Пьеса для двоих

Глава 17 «Все тесней, все больней притяжение в груди…»

 Предстоящий корпоратив по случаю Нового года начал обсуждать еще задолго до дня его проведения двадцать восьмого декабря. А за несколько дней до этого всеобщее возбуждение достигло своего апогея и, казалось, в коллективе уже ни о чем не говорили кроме как о празднике. Во всяком случае, так казалось Юле, поскольку все беседы  во время обедов в компании Нади и Ани были посвящены именно этому событию. Они бесконечно обсуждали свои наряды и прически, гадали меню и потирали руки в предвкушении каких-нибудь скандальчиков и происшествий, как непременном атрибуте любого корпоратива. Эти  их разговоры не прекращались и в рабочее время: периодически в приемной у Юли возникали то Аня, то Надя с очередной новостью или сплетней, касающихся данного мероприятия. Юля же относилась к этой суете с одной стороны с  иронией, с другой же – с волнением и даже переживаниями, которые были связаны ни с кем иным, как Врублевским. А волновало ее одно – придет ли на этот корпоратив Лера и как Юле себя вести при встрече с ней? И еще – что она будет чувствовать при виде Романа с Лерой вместе…

На знаменательный новогодний вечер Юля решила одеться сдержанно – классический цвета морской волны костюм, состоящий из узких брючек и короткого приталенного пиджачка и укороченные сапожки на высокой шпильке. Из украшений – крупные золотые серьги, ажурная цепочка и несколько колец из этого же металла. Волосы она заколола высоко на макушке, придав им легкую небрежность.

Столики в зале ресторана, где должно было происходить празднество, были расставлены по группам для каждого из отделов компании. Отдельно по центру располагался стол для директоров. Юля в глубине души порадовалась, что столик их отдела находились далеко от стола начальства. Она быстро проскользнула в конец зала и заняла место рядом с взбудораженными Аней и Надей.

Сердце Юли предательски екнуло, когда в зале наконец появился Врублевский в сопровождении своей жены (глупо было надеяться на обратное, не так ли?). Лера совсем не изменилась и была так же прекрасна, как и двенадцать лет назад: высокая, стройная, в облегающем лиловом платье с глубоким декольте; волосы длинные гладкие, более теплого светлого оттенка, чем раньше, были распущены по плечам. Глядя на это совершенство, на Юлю вновь нахлынуло уже забытое чувство собственной неполноценности, которое мучило ее в те студенческие дни, когда Роман был еще с Лерой, а не с ней. Правда, теперь все вернулось на круги своя…

Лера заняла место рядом со своим отцом, генеральным директором, по другую сторону от нее сел сам Роман.

- Видала жену Врублевского? – толкнула Юлю в бок Надя. – Снова заявилась, краля… Ни одного мероприятия не пропустит…

- Вы лучше посмотрите на Мариночку, - перебила ее Аня с ехидной улыбочкой. – Вырядилась-то как! А все без толку! Сегодня ее золотая рыбка на другом крючке! Лица прям на ней нет… Уже даже не может скрыть своей досады…

Юле оставалось надеяться, что лично на ее лице все же не так явно отражаются эмоции, распирающие ее изнутри, но для подстраховки она пересела на другое, пока еще свободное место, тем самым, оказавшись спиной к столику директоров. «С глаз долой – из сердца вон!» - решила она и улыбнулась Мише, экономисту из их отдела, который как раз в этот момент наполнял ее бокал шампанским.

Поздравления руководства, многочисленные тосты, выступления приглашенных артистов, конкурсы – все это проносилось мимо Юли, даже не отпечатываясь глубоко в памяти. Она улыбалась, поддерживала разговор, чокалась бокалами, делая все это лишь на автомате, хотя на самом деле ничего не ощущала кроме страшного выматывающего напряжения и желания поскорей отсюда уйти. Юля не могла видеть Романа, сидя  нему спиной, и то, как он ведет себя в присутствии своей жены, и это безумно утомляло ее, при этом Юлино воспаленное  воображение упорно рисовало идеалистические картины его с Лерой семейной жизни. Спустя часа три пребывания на этом празднике Юля окончательно поняла, что с нее довольно, и она больше не может здесь находиться. К счастью, за столиком кроме нее никого не было (все в этот момент отплясывали на танцполе под Верку Сердючку), и Юля решила уйти по-английски, не прощаясь. Она украдкой кинула взгляд на стол директоров, отметив, что там сидит только Лера со своим отцом, Романа же рядом с ней не было. Не было его и среди танцующих. Юля подумала, что может это и к лучшему, и, быстро вызвав такси, поспешила в гардероб.

Когда она вышла на крыльцо ресторана, такси еще не подъехало. Чувствуя, что мороз к ночи заметно покрепчал, Юля поежилась и даже чуть подпрыгнула на месте, чтобы не замерзнуть в ожидании такси. Да уж, за годы, проведенные в Америке, где климат был существенно мягче, она уже отвыкла от нашей зимы…

- Ты уже уходишь? – услышала она вдруг знакомый голос, и из-за одной из колонн, которые располагались по обе стороны от входа в ресторан, вышел Врублевский; в руках у него была зажженная сигарета.

- Как видишь, - довольно сухо ответила Юля, снова поежившись. – Жду такси.

- Так быстро…, - протянул он, подходя ближе. – Мы даже не успели словом обмолвиться за вечер…

- А сейчас мы что делаем? – усмехнулась Юля. – По-моему, мы уже обмолвились не одним словом…

Из-за угла показалось такси, и Юля стала спускаться со ступенек навстречу ему.

- С наступающим, - негромко произнес ей вслед Роман.

- И тебя тоже, - повернувшись вполоборота, ответила ему Юля и приоткрыла дверцу такси. – Увидимся после праздников.

(В «Медтехимпорт» была довольно приятная традиция  - рождественские каникулы, начинающиеся сразу же после новогоднего корпоратива и заканчивающиеся днем празднования  православного  Рождества).

- После праздников все же не получится, - отозвался Роман, и Юля непонимающе посмотрела на него.



Ольга Иванова

Отредактировано: 10.11.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться