Phoenix

Размер шрифта: - +

Священная Земля

      Сопровождаемая Шики, Клодин упорно шагала, ни разу не остановившись, чтобы передохнуть. В скором времени они добрались до сельской пристани. Клодин обернулась и взглянула на Асуан, который сейчас был освещён множеством уличных фонарей. Клодин помогла оборотням исправить некоторые технические неполадки, а также дала несколько важных указаний, которые должны были значительно улучшить жизнь этого, казалось бы, неприметного селения.
      Над горной рекой Анора стелился тяжёлый, призрачный туман, в котором растворялся холодный лунный свет. Но что-то в этом мраке завораживало Клодин. Вглядываясь в туманную завесу, девушка заметила лодку, что приближалась к пристани. Когда лодка мягко ткнулась в край плота, Клодин потянула Шики за собой и села в лодку рядом с ним. Лодка медленно развернулась и поплыла по лунному пути. Клодин уложила свою голову на колени Шики и прикрыла глаза, чувствуя, что засыпает под ритмичные качания лодки, словно в колыбельной. 
      Клодин проснулась когда солнце было уже в зените. Она чуть прищурилась из-за ярких солнечных лучей. Подняв голову с колен Шики, Клодин заметила, что лодка приближается к песчаному берегу. Когда лодка остановилась, Клодин уверенно выпрыгнула из неё, ступив на золотистый песок пустыни Шарм-эль-Шейх и глядя на грифа, что парил вокруг солнечного диска. Клодин широко улыбнулась и потянула руки к солнцу, медленно разводя их в стороны.
- Ах, как же я рада снова ощутить этот горячий песок под ногами! Я уже чувствую себя дома… — мечтательно протянула Клодин. - Я могла бы провести здесь целую вечность, окруженная лишь этими бесконечными песками, не замечая, как пролетают года. Я чувствую себя такой воодушевлённой, — Клодин потянулась ещё сильнее, её легкие были наполнены жаром пустыни, а сердце билось с такой дикой силой, что отражалось эхом во всём живом, что её окружало. Откуда-то из глубин Клодин раздалось тяжёлое мурчанье, похожее на гром, что заставило воздух вокруг Клодин колебаться. 
      Раскалённое дыхание пустыни Шарм-эль-Шейх порождало песчаные вихри, что взметались к небу, будто пытаясь поймать грифа. Горный хребет Ахаггар был подобен священной чаше Бога Ра, наполненной горячим песком, который сворачивался кольцами, создавая дюны, что тянулись до самого горизонта. Клодин ощущала некую вибрацию. Под песками словно было спрятано необъятное бьющееся сердце, что согревает своим жаром даже малозаметных обитателей пустыни. 
      Клодин указала на полуразрушенный храм, и они с Шики направились туда. Храм находился гораздо дальше, чем могло показаться на первый взгляд. 
      В лучах закатного солнца, по барханам скользили длинные тени двух путников. Так, почти незаметно, наступила абсолютно чёрная ночь. Лишь яркая звезда Сириус освещала путникам дорогу, равнодушно смотря на них с бесконечной высоты, подобно Всевышнему Оку, что взирает с вершины своей незримой пирамиды. Остальные звёзды светили спокойно и ровно, пока луна скрывалась за облаками.
      Лишь глубокой ночью Шики и Клодин добрались до того храма, на который Клодин указала днём. Девушка без проблем миновала колонны храма, чьи капители были украшены бутонами папируса, а вот Шики остановил волшебный барьер. Клодин обернулась, когда Шики остановился.
- Ты сам сказал, что Боги для тебя ничего не значат. Они не впустят тебя в свою обитель, потому что ты не испытываешь к ним ни уважения, ни страха. Эту ночь ты проведёшь здесь. Храм защитит тебя, даже если ты не признаёшь хозяйку этого дома.
      Шики лишь усмехнулся словам Клодин, она слепо доверяла этим жалким Царям Славы, и это в какой-то мере раздражало Шики. Он сел на песок и облокотился о колону, прикрыв глаза.
      Клодин остановилась перед статуей Тефнут. 
      «Всё же зной пустынь беспощаден, учитывая, что сейчас сезон дождей» — подумала Клодин, перед тем как призывать божество. 
- Приветствую тебя, Нубийская кошка. Вот она Я, стою перед тобой. Чем разгневали тебя мои верные подданные? Чью голову ты повелишь мне принести, лишь бы умерить твой пыл? Твоё огненное дыхание уничтожило мельчайшие капли влаги, даже воды Аноры были вынуждены отступить от своих берегов. 
      Прикосновение жгучего ветра заставило Клодин вздрогнуть. Из статуи раздался голос Тефнут, но лишь Клодин могла его услышать:
- Супруг мой, Шу, пригнал дождевые тучи, Я орошила пашни, щедрый Хапи, покровитель урожая, удобрил поля, отец мой, Ра, согрел землю своими золотыми лучами. Народ твой не знает голода и болезни, но они забыли, кто дал им это благо. Коронованные запамятовали, кто предоставил им власть над двуногими волками. Твои подданные привели к разрухе Дом Богов. Они больше не благодарят нас за богатые урожаи, не распевают гимны в Храмах, не украшают наши статуи цветами, не приносят пальмовое вино к нашим ногам, не обмывают их благовонными маслами. Вскоре твой народ постигнет большая беда. 
      Тефнут была воплощением девяти Богов и гневить её, было чревато. 
- Нубийская кошка, прошу, отмени свою небесную кару. Моё отсутствие было долгим, и слово моё не имело власти за пределами этих священных земель, я… 
- Довольно оправданий! Ты не раз доказала свою верность и преданность нам. Слова твои дороже золота, ибо истинны они. Вернись в своё Королевство и докажи народу, кто есть их истинная правительница. Открой глаза Царственным, что сбились с верного пути, напомни Воительницам, кто наполнил их сердца храбростью. Ты символ истины и мирового порядка, правь мудро своим народом, не позволь Хаосу взять верх над тем, что поистине принадлежит тебе. Если ты последуешь моему слову я очищу тебя, и ты войдешь в усыпальницу Исиды, где узнаешь правду о том, кого так настойчиво ищешь. Ты должна быть готова, тебя ожидает горькая правда и гнев твой будет безграничен, но не позволь рукам твоим испачкаться кровью предателей. Я обещаю, что когда Ра утром взойдет над горизонтом, я, своим огненным оком, что сияет у него во лбу, испепелю врагов твоих.
      Клодин не знала, что ответить на слова Тефнут, в какой-то мере она её подкупала, но сделка всё же казалось выгодной для обеих сторон.
- Мудрость и щедрость твоя безгранична, поэтому прошу тебя, пошли на землю благодатный дождь.
      В ответ Тефнут лишь издала одобрительный рык. Всё погрузилось в непроглядную темноту, когда дождевые тучи закрыли собой звёздное небо. Клодин направилась к озеру, что огибало собой полуразрушенный храм. Когда она приблизилась к его берегам, оно, как по волшебству, наполнилось кристально чистой водой, а территория храма вмиг превратилась в прекраснейший оазис.
      Сняв одежду и распустив волосы, что до сих пор были собраны в высокий хвост, Клодин вошла в воду по пояс, и её ноги снова превратились в русалочий хвост. Озеро не было глубоким, но вода всё же приятно холодила кожу Клодин. Тело её все еще было разгорячённым, и жар этот исходил из глубин её души. От одной лишь мысли о встрече с Создателем её бросало в дрожь. Какой он? Как создал её, и зачем? Кто вынудил его бросить своё собственное творение? Эти вопросы уже долгие годы мучили Клодин, и она продолжала верить в то, что однажды узнает на них ответы, и не от кого-то, а из уст Создателя. 
      Когда Клодин вернулась на берег, её уже ожидало бережно сложенное платье, королевские украшения, и сандалии, расшитые золотыми нитями. На этот раз Клодин удалось довольно легко высушить свой русалочий хвост. Магической энергии хватило даже на то, чтобы высушить и красиво завить шоколадные волосы в локоны. 
      Клодин с интересом подняла сложенное платье и поспешила его примерить. Нижнее платье было довольно простым — сливовый топ из шелка на бретельках, и низ из прозрачного шифона с легким лиловым оттенком. Поверх него надевалось объёмное, плотное ожерелье-воротник из золота, что говорило о высоком статусе Клодин в обществе. Ожерелье было выполнено в форме клина, имея основу на уровне плеч, что была отделана аметистами, откуда начинались низко спущенные муслиновые рукава ярко-фиолетового цвета, что плавно переходили в розовато-лиловый. Ожерелье спускалось к груди, заканчиваясь массивным аметистом, откуда начиналась верхняя асимметричная муслиновая юбка, с тем же ярко-фиолетовым цветом, что переходил в другой, розовато-лиловый. Королевский образ Клодин дополняли золотые серьги-каффы, имеющие на конце продолговатые острые аметисты, тонкие круглые золотые браслеты и золотая тиара, на конце которой тоже был аметист, что сиял во лбу Клодин, подобно третьему глазу. 
      Надев платье и украшения, Клодин взглянула вдаль, наблюдая за непроницаемой пеленой дождя, что отделяла её от внешнего мира. Поднявшись по пяти обвалившимся каменным ступеням, Клодин поклонилась и, сняв свою магическую защиту, вошла в храм. Пройдя под аркой главного входа, Клодин направилась через главный зал в святилище, где находились культовые изображения и статуи богов. Шаги Клодин гулким эхом отдавались в пустом зале, когда она ступала по гладкому и сверкающему белому мрамору. Гладкая поверхность пола была покрыта массивными трещинами, особенно там, где обвалилась часть стены и потолка. 
      Подойдя к одной из полуобрушенных колон, Клодин коснулась подушечками пальцев холодного камня, чувствуя как тело пробивает дрожь. Она не могла не отметить грандиозность замысла архитекторов, и ей было больно смотреть на юго-восточный угол святилища, что обвалился внутрь. 
      Заняв место в центре магического круга, Клодин сделала глубокий вдох и легко, почти что невесомо, взмахнула кистями рук, рисуя магические знаки. Когда комбинация символов оказывалась правильной, они ложились на древние руны высеченные в мраморном колдовском круге, который сиял под ногами Клодин. Пытаясь уловить верный порядок и разгадать таинственную чародейскую формулу, Клодин продолжала всё усердней вырисовывать знаки, не замечая того, что символы, покрыв напольные руны, повисали в воздухе, пробуждая энергию, скрытую в камнях Клодин, цвета сумеречного неба, обжигая её кожу. Внутри пылала сила, что растекалась по телу истомой. Безумие граничило с гармонией, и эта грань была почти осязаема. 
      Таким образом ей удалось восстановить ту часть храма, что пострадала больше всего, использовав почти одну треть своей магической энергии. Но Клодин этого показалось мало, и она решила воссоздать монументальность этой святыни. 
      Всё, что сейчас создавалось в разуме Клодин, воплощалось в реальность с невероятной чёткостью и торжественной детальностью. Из-под земли возникло большое количество так называемых «изобразительных» колон, что поражали высочайшим уровнем своего исполнения, повествуя о ключевых моментах создания и правления Азалеаса. Стены украсились рельефными росписями, представляя собой одно из самых больших собраний иероглифических текстов, а на потолке возникли астрономические сцены. В остальном Клодин постаралась сохранить простоту строения внутри храма. Снаружи она создала огромную террасу, что вела к просторному залу, и возвела двухкилометровую аллею крылатых львов. Террасу украшали многочисленные, ярко расписанные, колонны и колоссальные статуи. Клодин наполнила каждую частичку этого храма своей собственной энергией. По завершении, над храмом и внутри него, витал воздух тайны и мистерий. Теперь это место стало почти сказочным, напоминая место из снов, где совсем недалеко раскинулись воды широкой Аноры, где голубая гладь воды практически сливалась с песчаными золотистыми дюнами, и спокойным звёздным небом.
      Опустившись на мраморный пол, Клодин скрестила ноги, и расслабленно положила руки на колени. Затаив дыхание, она продолжила держать глаза полуприкрытыми, наблюдая за непрерывным мерцанием магических знаков и чутко прислушиваясь к царящей вокруг тишине.



Anastasia Wolif

Отредактировано: 13.02.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться