Письмо кумиру

Размер шрифта: - +

НОВОСТИ

Лерка… Нет, теперь Лера Осипова, тоже хотела такую жизнь, как у кумира. Мечтала о ней. Когда собирала утром детей в школу или когда потягивалась под ритмичные мелодии Пака с гантелями на коврике, или когда открывала створку окна и впускала в небольшую спальню горячие солнечные  лучи и майский воздух. Лере казалось, что дни Пака наполнены счастьем, звездами, радостью, шариками, как в его последних песнях, он танцует и поет для друзей, и он душа компании. Его кирпичный особняк в два этажа полон гостей, и гости не просто восхваляют Пака – любимца публики, Пака – шатена, они знают о нем что-то особенное, таким, как Лера не доступное. Где у него спальня, там, где балкон или просто окно, или какого цвета обивка мебели, из какой ткани шторы, каково на ощупь покрывало, что он готовит на кухне, умеет ли жарить мясо и топить печку… И прочее… Прочее…

Лера без конца просматривала личные страницы Пака в социальных сетях. Мигающий на экране курсор сам тянулся к фотоальбому «папарацци» и она могла любоваться глянцевым кумиром в его игрушечной жизни бесконечное число раз. Тот же дом. Паркер Джонс стоит на каменных ступеньках в широченных штанах и в шапке, похожей на чулок, только с кисточкой, и смотрит куда-то вдаль. На лужайку. И лужайка в жизни Пака залита солнцем, и трава зеленая-зеленая. Свежая.

У Леры не было особняка, не было дачи, но был муж. В настоящем Макс не дарил ирисок, но научился играть на гитаре и петь. Были в ее жизни и дети-близнецы. Светловолосые, с большими глазами, как круглые пуговицы. Кристина в шесть лет подарила браслет, собранный из розовых бусинок, а Коля рисунок – поляну, дом в лесу. Была у Леры и квартира матери из четырех комнат, и в одной из них, самой светлой и просторной из-за огромного панорамного окна на всю стену, она и крутила сейчас свой обруч. Как обычно, по утрам. Перед работой.   

««VictoryGA» дадут единственный концерт в Москве…»

- Что???? - тяжелый обруч упал на паркет. Лера от удивления моргнула, потянулась к динамику и прибавила звук. - О, Боги!!! Он!!! Приедет!!!

 «Билеты в кассах с…» - донеслось из приемника, но Лера не стала слушать. Побежала в спальню, растолкала спящего Макса, который вернулся за полночь после выступления у кого-то там крутого на вечеринке, и почти сорвала голос. Так громко она закричала, что Паркер Джонс приедет в Москву. Ей хотелось, чтобы Макс услышал приятные новости и порадовался вместе с ней.

- Макс! Пак приедет в Москву? Это же Пак! Ау!

- Снизошли их зарубежные величества до лицезрения смертных, - зевнул Макс. – Статья на звуках.ру о твоем Паке вышла. Продажи пластинок упали, вот и подсуетился менеджмент, тур по восточным странам организовали...

Но Лере до причитаний мужа дела не было. Идея передать письмо Паку вновь захватила  внимание.

- Варшава – пройденный этап, - быстро произнесла она. - Я выслежу Пака. Да, выслежу!

- А ну повтори? – Лера отчетливо услышала, как скрипнули ножки кровати, но на звук не пошла. Села на пестрый коврик и заговорила:

- Я напишу новое письмо, найду Пака, вручу ему конверт и потребую ответ. Настоящий. Пока не знаю как, но придумаю. Времени – вагон. Ты поможешь? У Маринки муж и дети…

- У нас тоже дети, - вяло ответил Макс. – Твоя мать не может постоянно сидеть с ними, пока мы бегаем по каким-то там концертам и выслеживаем каких-то там кумиров.

- По концертам бегаешь ты!

- Концерты – мой заработок, - Макс закутался в одеяло и отвернулся к стене, обклеенной плакатами Паркера Джонса по желанию Леры. - Твой Пак открыто пренебрегает нашей страной, - прошептал он. – Мартовский кот и сладенький слюнтяй. Вот он кто. Неужели его музыка тебе до сих пор нравится?

- Ну да, - Лера вздохнула. - Пак не носит черные штаны и куртку с заклепками, не украшает нос и губы пирсингом. Зато как улыбается! И тепло от этой улыбки передается даже через плакат в журнале о звездах. В юности поцелую лоб, пахнущий типографской краской, и начну фантазировать…

Тут Лера залетала по комнате, закружилась, как в тот день перед концертом в Варшаве. Утреннее солнце озолотило волосы до плеч. Светло-коричневые локоны теперь казались желтыми и блестящими. Светлана Сергеевна, мама Леры, прокричала, что если Лера немедленно не придет на кухню, то близнецы опоздают в школу, а сама она на работу в архив. Но в жизни Леры в данную минуту было место для него одного – Пака-шатена, Пака в темных очках и в черной шапке, Пака на регистрации у стойки терминала, Пака с поднятым кулаком, Пак… Пак…. Паркер… Джонс.

- Ты же хвастался, что твоя директриса знакома с организаторами? – продолжила нападать на Макса Лера. – Пусть пристроит на работу к ним! Не могу я больше разбирать пыльные папки.

- Приемом звезд типа «Паркер Джонс» занимаются солидные люди...

- Но…

- Узнай, кто привозит. Может, meet&great будет. Дерзай! А я спать… Днем у меня репетиция. 

Ух! Вредина!

Лера неохотно потащилась в корилор. Дети с тяжелыми рюкзаками уже были там. Кристина переобувалась в уличные туфельки. Коля с охами и вздохами натягивал ботинки – хотел пойти в школу в удобных кедах, но бабушка ему не позволила.



Мария

Отредактировано: 29.06.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться