Письмо в никуда. Электронно-почтовый роман

5

По дороге домой я купил пару бутылок пива и шоколадку для Катьки. Даже не знаю, почему я это сделал… Я имею в виду не пиво – с ним-то как раз все предельно ясно, это я насчет шоколадки. Словно вину какую-то хотел перед женой загладить. А какую вину-то? То, что мне на фотке кто-то понравился? Любовь с первого взгляда? Чушь все это!

Я уже и правда думал, что вся эта моя влюбленность в Люси – полная чушь. Во всяком случае, я себя в этом настойчиво убеждал. Ну, влюбчивый я такой, что тут сделаешь? Я ведь Катьке не изменяю при этом! Похожу «влюбленный» недельку-другую – делов-то. Люблю-то по-настоящему я все равно свою Катюху. Да и как ее не любить – она ж такая… родная, она ж понимает меня, как никто больше! Мне с ней хорошо. И спокойно. Я почему-то уверен, что Катя мне тоже не изменяет. Я склонен даже верить, что она меня любит.

– Нашкодил? – Катька вертела в руке шоколадку, глядя на меня с легким ироничным прищуром. Я ж говорю: умная, понимает меня, как никто.

– Ф-р-р-пх! – фыркнул я возмущенно-обиженно и даже развел руками. – Уже нельзя просто так угостить жену сладостями!

– Можно, – кивнула Катька. – Только у тебя просто так ничего не бывает. Кстати, одно пиво мое! – Катька ловко выхватила одну из прижатых мной к груди бутылок.

– Ну вот… – вздохнул я. – Ты ж недавно говорила, что пиво тебе надоело.

– Это тогда надоело, – укоризненно, как на сказавшего крамолу, посмотрела на меня Катька.

– Ладно, пошли тогда на кухню пьянствовать.

– Пойти-то мы пойдем, только ты мне зубы не заговаривай, – снова прищурилась Катька. – Говори, зачем шоколадка?

– Чтобы есть, – предельно точно ответил я. Но точность эта Катьку не удовлетворила.

– С Геной своей поругался, и она тебе премию срезала?

– Да ни с кем я не ругался! Просто взял и купил тебе шоколадку. Не хочешь – давай сюда, я сам съем.

– Что ж… – Катька гордо пожала плечами. – Пусть будет просто. Лишь бы это не привело в будущем к сложностям.

– Ну, Катька, ты и зануда! – восхищенно сказал я.

За пивом, как бы между прочим, я не утерпел и похвастался перед Катюхой:

– А у меня теперь электронная почта есть! И личный адрес. Можешь мне письма писать.

– На кухонной плите? А отправлять с помощью холодильника? – сострила Катька даже не улыбнувшись. Учитывая то, что моя жена уже полгода не может найти подходящую работу и временно является, так сказать, «домохозяйкой», мой вопрос прозвучал несколько бестактно, на что я и получил достойный ответ.

– Ну-у… Я вообще, в принципе… – промямлил я.

– Если в принципе, то лучше ты мне посылай, только не письма, а почтовые переводы. Это твоя электронная почта может?

– Боюсь, что нет, – признался я.

– Ну, тогда мне твоя почта не интересна. – И Катька допила остатки своего пива.

– Ты не права, – попытался поспорить я. – Ведь теперь я могу поддерживать связь практически со всем миром! Причем очень быструю. Вот сколько, например, идет обычное письмо в Америку? Неделю, две? А здесь – минуты!

– Ну, и кому ты собрался писать в Америку? Папе Римскому?

– По-моему, Папа живет в Ватикане, – осторожно заметил я.

– Да хоть в Африке! Зачем он тебе?

– Кто? – Я немного занервничал. Этот дурацкий диалог что-то мне смутно напомнил. «Дежавю» какое-то…

– Как кто? Папа Римский.

– Незачем, – растерянно пожал я плечами. И вспомнил! Такой же диалог, почти дословно, состоялся сегодня между мною и Саней Ванеевым. Ни фига себе, как порой совпадают мысли у совершенно незнакомых людей…

Снова совпадение! Я невольно вспомнил всю сегодняшнюю дурацкую историю с перепиской.

– Ты чего? – тыркнула меня в бок Катька.

– Что «чего»? – вздрогнул я, «возвращаясь» на кухню.

– Ты остолбенел аж, – тревожно заглянула мне в глаза Катюха. – Нет, что-то определенно с тобой сегодня случилось! Ты не влюбился часом?

– Влюбился. – Я постарался, чтобы мой голос не дрогнул. – В тебя! – И я потянулся к жене, чтобы скрепить признание поцелуем. Но Катька вывернулась и погрозила мне пальчиком.

– Смотри мне! – сказала она, как бы игриво, но в то же время с угрожающими нотками в голосе. – Придушу!

– Кого?! – возмущенно привстал я со стула.

– Обоих! Но тебя – в первую очередь.