Плач серого неба

Font size: - +

Глава 14

ГЛАВА 14,

в которой выясняется, что прогресс не всем по душе,
а семена убеждения ложатся в плодородную почву

 

Женщина плакала навзрыд, и это здорово мешало доктору хлопотать над безобразным кровоподтеком, расплывшимся по всей ее скуле. Пол-оборота назад такой же бедой оказался нервический тремор, который никак не давал наложить шину на сломанную в двух местах руку несчастной.

Но доктор не роптал.

– Не волнуйтесь, госпожа. Уже не о чем. Немножко заживет – и красота не пострадает. Вот и все. Примочку прошу не снимать до завтрашнего утра. Сейчас легкое прогревание… – между пальцев его возник язычок пламени. Рука мгновенно заледенела, когда тепло тела стремительно выхлестнулось из пальцев, сосредоточилось в воздухе и воспламенилось. Женщина застыла, не дыша, скосив непострадавший глаз на быстро засыхавшую квадратную нашлепку. Плач прекратился.

– Руку держите в покое, а будете принимать ванну – не мочите. Через неделю снова приходите, будем снимать шину. Лицо уже начало заживать, но повязку, повторяю, до утра не снимайте. А то, чего доброго, останется рубец. И впредь не нужно слепо доверять жизнь этим новомодным штучкам.

– С-спасибо, доктор. Спасибо вам большое. Но вы же знаете Кассара, он такой… современный.

– Вот она, ваша современность, – доктор кивнул на белый кокон ниже локтя пациентки, – хороший извозчик всяко надежнее. И безопаснее.

– Он хотел как лучше, – женщина снова всхлипнула, – хотел показать всем, что может себе позволить… – слезинка скользнула от уголка глаза до самых губ, – хотел, чтобы мы перестали завидовать соседям.

– Зависть – ужасающее чувство. Намекните супругу, что избавляться от нее стоит не за счет технических приспособлений, которыми он, чего греха таить, не умеет пользоваться. Самый простой и ничуть не накладный способ избавиться от зависти – прогнать подальше одушевленных, что ставят вещи во главе угла. Поверьте, вы оба богаты тем, что есть друг у друга.

– Доктор, вы замечательный! Я никогда, честно, никогда не позволю ему снова купить этого монстра! И… И вы правы! Он уделял ему столько внимания, что честное слово, я стала лишней! А теперь… совершенно верно, я сделаю все, чтобы он и не вспоминал о паромобилях.

– Надеюсь, когда он придет в себя, то будет рассуждать так же здраво, – улыбнулся доктор снизу вверх. Ее решительность была немного комична, но все же приятна, а порыв он всецело одобрял.

Молчаливый слуга подал хозяйке плащ, и кабинет опустел.

Доктор погасил светильник, покрепче закрыл глаза и глубоко вздохнул, расслабляясь. Еще одна душа получила пищу для размышлений. Он давно недоумевал, с чего мир обуяла такая тяга к новым технологиям? Польза от них весьма сомнительна, а вред – очевиден. Сколько жертв дорожных катастроф поступало к нему – не просматривай он регулярно приемный журнал, немудрено было сбиться со счета.

Ольт подошел к окну и отодвинул тяжелую бархатную штору.

Ненавистные бездушные чудища, порождения извращенных умов Боргнафельда, заполонили все и продолжали набиваться в город, как сельди в бочку. Очередной экземпляр, самодовольно поблескивая в свете фонарей, рыгал дымными клубами в сырой вечерний воздух, и оконное стекло звенело от его грохота. Доктор гадливо поморщился. С заводами и фабриками все было понятно. Мир быстро восстанавливался после Раскола, природа стремительно гнала одушевленных обратно в опустевшие три века назад земли, и пробраться туда на ручном труде было бы непросто. Но время шло, гасло бурление душ, и в какой-то момент оказалось, что стремление к возрождению перетекло в страсть к уюту и комфорту. Архипелаг был забыт – одушевленные жадно закапывались в пустые блага и роскошь.

В прихожей звякнул колокольчик, и доктор вспомнил, что забыл запереть дверь. О половик зашаркали ноги – поздние визитеры были не чужды приличий и, похоже, не торопились. Молчание и размеренное дыхание – пожалуй, они и вовсе не были больны. Он вдруг вспомнил, что погасил свет. Что если это грабители, которые думают, что хозяева просто не заперли дверь офиса? Учтивые грабители, которые вытирают ноги… Он вспомнил давний совет своей незаменимой компаньонки, медсестры Пенрис, нанять охранника. На мгновение, протянувшееся от этой мысли до появления таинственных посетителей, он успел пожалеть, что не прислушался к здравой идее.

Но внешность визитеров поставила его в тупик. Их можно было принять за кого угодно, только не за грабителей. Первым шел высокий и поджарый ящер, обвитый вместо одежды десятком широких кожаных ремней, на одном из которых висели длинные ножны, закупоренные затейливо украшенной рукоятью. Доктор провел по нему взглядом снизу доверху и вздрогнул. Глаза рептилии, необычно большие, бледно мерцали в полумраке кабинета.

Тихое покашливание второго визитера отвлекло доктора от жутковатого зрелища. И его глаза немедленно заплутали меж бесчисленных кос снежно-белой бороды. Лишь добравшись до кончиков завитых ровными кольцами усов, он сумел сосредоточиться на лице гостя – пожилого альва, весь вид которого говорил о достоинстве и элегантности. Глубокие глаза полнились недюжинным интеллектом, и хотя доктор не привык доверять первому впечатлению, он заранее зауважал позднего визитера. Фраза «простите, я не принимаю» умерла у корня языка. Вместо нее родилось «Добрый вечер. Чем могу быть полезен?»

– Можете, – ласково улыбнулся альв. – Вы можете быть очень полезны, доктор.

И эта открытая, полная теплого дружества улыбка неожиданно подействовала. Подернулись темным маревом годы одиночества, и тонким, но таким осязаемым лучиком забрезжило впереди утешение. Обида на весь мир отступила пред светом доброй души, и доктор понял, что готов целиком и полностью довериться незнакомцу, который сделал неприметный рабочий вечер уютным и спокойным.



Максим Михайлов

#56 at Detective / Thriller
#5364 at Fantasy

Text includes: нуар, стимпанк

Edited: 01.10.2015

Add to Library


Complain




Books language: