Плач серого неба

Font size: - +

Глава 19

ГЛАВА 19,

в которой помехи множатся, а продвижение вперед настолько странное, что ничем не напоминает прогресс

 

Перед глазами снова и снова вставала картина последних мгновений доктора Ольта. Полицейские задали много вопросов, в том числе и о водителе экипажа. Я ответил на все, кроме последнего. Как заявить, что руль паромобиля крутил сгусток черного тумана в форме одушевленного, как передать ужас, которым придавил меня безумный хохот, перебивший даже истошный гудок гигантской машины?

Я снова сидел в «Жабьей пасти» и крепко сжимал чашку, в которой ликера было больше чем кофе, как последний якорь, которым мой разум цеплялся за реальность. Абсурд! Неожиданность! Я совсем смешался.

Надо привести себя в порядок и сосредоточиться. На чем? Правильно. На работе. Начнем-ка заново старую песню.

Итак, есть молодой карлик, который одержим жаждой знаний и культурой общения. Этот карлик живет на Материке, чтит традиции своего народа и нравится всем вокруг, кроме тех, кого достает бесконечной и обязательной болтовней. Его советник и наставник – полная противоположность воспитаннику, – который сдерживает болтливость посла настолько искусно, что попутно умудряется встать поперек горла куче народу. Тем не менее, они, видимо, настолько удачно дополняют друг друга, что ссорятся всего единожды, и после этого снова друзья, но ненадолго – через несколько оборотов после примирения посольство горит… Так. Здесь в знаниях провал.

– Хозяин!

Хоблинг с готовностью подбежал. Заказ я оплатил вперед, и это приводило его в восторг.

– Скажи, любезный, нет ли у тебя газет за последние два-три дня?

– А как же, – толстяк радостно осклабился, – конечно, есть, мастер. Вам все, или какую конкретно?

– Тащи все. Я верну.

Итак. Посольство горит. Труп советника находят, посла – нет. Все решают, что он похищен. А я уверенно вырываюсь вперед, ибо имею показания некоего бездомного бродяги, буквально в руки мне совавшего перстень жертвы похищения. Бродягу найти не удалось. Значит, подтвердить свои слова он не может. Но причем тут Хидейк и доктор Ольт? Если первого хотели убить за то, что полез не в свое дело (насколько оно «не свое» еще предстоит выяснить), то за что пострадал второй? И что вообще уважаемый доктор делал глубокой ночью в Рыбацком квартале? И почему я решил, что его смерть связана с принцем?

Хозяин харчевни отвлек меня от борьбы интуиции с фактами, разложив на столешнице четыре газетных тетрадки. «Ухо рыбака». Да. Каждому району – свою газету. Я очень надеялся найти что-то более светское, чем графики половой активности макрели.

Я перекидывал тонкие и хрусткие листы грубой бумаги, всматривался в ряды бледных, напечатанных плохими чернилами букв, но постоянно ловил себя на попытках отвлечься и восстановить картину произошедшего на перекрестке. Доктор оказался крайне загадочной личностью. Сначала – строгий врач, потом – яростный защитник нестандартного прогресса, и, наконец, труп в Рыбацком квартале. А не заглянуть ли мне в его кабинет?..

Ага. Вот оно.

«Срочно в номер. Не далее, чем минувшей ночью, посольство острова Боргнафельд подверглось атаке со стороны неизвестных злоумышленников».

Подумать только. Кому это в Рыбацком вздумалось так изъясняться? Читатели же не поймут…

«Раздался громкий хлопок, и пожар моментально охватил все здание. Прибывшее на место сотрудники пожарной охраны и полиции не обнаружили виновников и не смогли спасти само здание и находившихся внутри одушевленных. Огонь моментально распространился по этажам, отрезав несчастным пути к отступлению. На данный момент насчитывается более десяти погибших. Так же во время пожара произошло дерзкое похищение посла острова Боргнафельд, наследного принца Тродда Крокхейма. Мы постараемся держать вас в курсе событий».

Негусто, но информации, тем не менее, больше, чем в скользкой статейке «Вечерних Новостей», что я намедни видел у Хидейка. В следующем номере обнаружилось продолжение.

«Несмотря на то, что департаментом мирской полиции нам запрещено проводить собственное расследование, мы имели смелость опросить некоторых пожарников, принимавших участие в ликвидации последствий преступного акта. От одушевленного, пожелавшего остаться неизвестным, поступила информация, что в число жертв попали такие известные личности, как телохранитель принца Гормин Букварф,  ближайший друг и советник принца профессор Миррионского Университета Магии, господин Артамаль ил-Лакар, а так же находившийся в ту ночь в здании посольства господин Дорен Вальд, известный театральный критик. Ведется следствие.

Спешим обратить внимание наших дорогих читателей на то, что подтвержденная неоспоримыми доказательствами информация о местонахождении принца Тродда щедро вознаграждается. Если вы располагаете какими-либо сведениями, будьте добры сообщить их в приемный отдел городской Ратуши».

Последним абзацем редакция видимо пыталась обеспечить себе некоторое прикрытие.

Итак. Посольство не просто загорелось, а взорвалось, как и говорил Гейнцель. Громкий хлопок – не что иное, как взрыв. И что же тогда не давало мне покоя? Что за мысль отвлекала от чтения сильнее, чем мертвый половинчик, и пускала по лбу волны морщин, убегавшие к каким-то близким, но уже туманным воспоминаниям?

Тьфу ты! Ну конечно!

– Хозяин!

– Я слушаю, мастер.

– Говоришь, студия татуировки тут была? Та, что сгорела?

– Да, мастер, так все и было.

– И утверждаешь, что рвануло знатно?

– Еще как, мастер. У меня два стекла в окнах выбило. А ихние клиенты, те, которым повезло, прямо-таки вылетели на улицу, да прямо на тротуар и шлепнулись. Я сам видел.



Максим Михайлов

#56 at Detective / Thriller
#5372 at Fantasy

Text includes: нуар, стимпанк

Edited: 01.10.2015

Add to Library


Complain




Books language: