Пламя судьбы

Размер шрифта: - +

Глава 3 Воспитание

Глава 3 Воспитание

 

Взыскивать с детей за проступки, которых они не совершили,

или хотя бы строго наказывать их за мелкие провинности —

значит лишиться всякого их доверия и уважения.

Жан де Лабрюйер

 

Воспитанием в их семье занимался папа. Пока Надя и Славик были совсем маленькими, папа играл с ними, немного баловал. Он сделал им качели. Повесив веревки на ветку дерева. Строил с ними замки из песка. Возил всех на речку, в цирк, в парки с аттакционами. Но чем старше они становились, тем строже и взыскательней он становился. Сам он рос без отца, тот погиб на фронте в сорок втором. Поэтому неизвестно где и у кого он почерпнул свои принципы воспитания детей. Но они у него были. И очень даже не двусмысленные. Он хотел, чтобы его дети выросли сильными, трудолюбивыми, ответственными и стойкими людьми. Это позволит им, по его мнению, добиться гораздо большего в жизни, чем он сам.

Утро начиналось с зарядки. Он подбирал им сложный и разнообразный комплекс упражнений. Когда он был усвоен, то уже никаких поблажек не существовало. За неправильное выполнение следовало наказание. Заключалось оно в пяти или в десяти ударах ремнем. При этом плакать не разрешалось.Только вести счет ударам. Дети должны усвоить правило жизни номер один - за каждый проступок следует наказание. Отступление от правил не существовало. Так после упражнений надо было еще совершить пробежку босиком. Беговая дорожка шла по тротуару, а потом по лесной тропинке, где попадались сухие сосновые иглы и шишки. Славик этого не боялся и бежал - прыгал, как заяц. Надины ножки все время страдали от всех этих уколов сухими иглами. Она спотыкалась, наступив на шишку или падала, подскользнувшись на россыпи сухих сосновых игл. Но у нее даже мысли не возникало тайком обуть тапочки. Она знала, что последствия от непослушания будут еще больнее, чем уколы сосновых игл.

Когда и Славик научился писать, они должны были каждый день вести дневник хороших и плохих поступков. В том числе Наде надо было писать о провинностях брата. Надя этого не делала. Но когда никого не было дома и брат оставался под ее ответственность, то начинал много шалить. Она пугала его тетрадкой. Тогда он успокаивался. Она просто записывала его проказы на листик и говорила, что покажет это папе. Конечно, Надя не собиралась этого делать. Она очень переживала за Славку, когда его наказывал отец. Ей, как умной девочке, удавалось избегать ошибок и наказаний. Славке доставалось гораздо больше и чаще.

Однажды листик с его проказами, который она прятала, все-таки нашел отец. Славка был выпорот за все сразу. Это было страшно. Когда он уже не мог терпеть, то отец предложил ему запустить все моторы на водонасосной станции вместо него. Но, как семилетний мальчик может сделать такое? Он не справился. Экзекуция продолжилась. Он получил сто ударов ремнем.

Сердце Нади разрывалось на мелкие кусочки. Она до крови прикусила свою губу, и вся блузка была в крови. Но она этого даже не замечала. Только слышала гулко стучавшее сердце в такт ударам.

Она старалась оправдать отца тем, что он хотел, как лучше. Если они совершали плохие проступки или делали что-то не то, то их надо было научить и наказать. Ничего не правильного в этом не было. Так и должно быть. Ведь он только хотел, чтобы они все делали правильно. Если они ехали, например, в цирк. То Надя должна была прочесть, а потом слово в слово пересказать любую страницу из прочитанного. Если не могла, значит оставалась дома.

Иногда Надя получала четверку, но при этом написано было неаккуратно и буквы получились корявыми, то наказание бывало большим, чем за тройку, где все чисто, но есть несколько ошибок. Поэтому в младших классах они со Славиком были круглыми отличниками.

Мама пыталась сначала заступаться, но тогда количество ударов удваивалось или даже утраивалось. Поэтому она считала за лучшее не вмешиваться. Если и ее отец заставлял наказать кого-то из детей, то она била очень слабо и старалась смухлевать с количеством ударов. Но такое случалось редко. Отец предпочитал заниматься воспитанием сам.

В глубине души Надя считала, что он их не любит. Особенно, после того случая со Славиком. Но однажды она только стала засыпать, ее разбудило прикосновение - отец подошел и поцеловал ее в лобик. " Значит, он все-таки любит нас," - подумала девочка. После этого стало чуточку легче переносить наказания.

Однажды папа похвалил ее за правильные лунки для клубники, которые они делали весь день до темноты, сказав:

- Молодец!

Внутри у девочки все расцвело от этих слов. Но он сразу же добавил:

- Против овец, а против молодца и сам, как овца.

И в душе Нади все потухло...

Когда Славик нечаянно ломал игрушки - свои или чужие,  отец говорил ему:

- Мы никогда не будем называть тебя Славиком. Ты будешь только Вячеславом.

Для мальчика это было не менее страшно, чем ремень. Он расстраивался и плакал. Однажды ему очень захотелось сладкого. В холодильнике оставалась баночка сгущенки. Он не выдержал и съел ее. А про себя подумал: "Меня побьют, а калории останутся".

Перед Новым годом в школе устраивали утренник. В их семье уже был третий ребенок. Тоже мальчик, которого назвали Витюшей. Надя должна была танцевать вместе с другими Снежинками и прочесть большое новогоднее стихотворение. Но так сложилось, что родителей вызвали на работу с утра, и младших не с кем было оставить. Должна была остаться Надя. Ей было очень обидно. Слезы выступили на глазах. Отец увидел и началось:

- Ты думаешь только о себе! Не хочешь помочь матери. Ты безответственная и плохая девочка, - говорил отец.

 Надя не понимала в чем ее провинность. Она ведь не возразила ни слова, не отказалась. Просто от огорчения и разочарования не смогла удержать слез. Мало было лишить ее праздника, но надо было еще и выпороть. Теперь она восприняла это без единой слезинки. Надя четко и громко считала удары, Она только корила себя за несдержанность и глупость.



Розалия Цех

Отредактировано: 17.08.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться