Пластмассовое сердце

Пластмассовое сердце

Часть первая.

- Ты бы с этим завязывала - не смотря на то что глаза её закрыты и она не может видеть его улыбки, чувствует в голосе усмешку. Этот голос... Он стал родным ещё до того как всё произошло, но теперь это выходит за все рамки... Она уже привыкла, что он может вторгнутся в её жизнь в любую секунду, в любой, даже до дикости, не подходящий момент.

- Кто бы говорил. Не напомнишь, кто виновник моей никотиновой зависимости? - спокойный тон, как будто не происходит ничего необычного, просто двое друзей болтают друг с другом, свесив ноги с крыши четырёхэтажки. Только вот одна проблема, один из них уже мёртв.

- Так ты всё таки наконец признала свою никотиновую зависимость? - в его голосе явно звучала ирония, открыв глаза, девушка обнаружила его чуть прищуренный взгляд, и кривоватую улыбку, от которой появлялись ямочками на щеках и подбородке. Эти ямочки она считала отдельным искусством природы.

- Для кого зависимость, а для кого спасение от надоедливых галлюцинаций - ехидный тон передался и ей, хотя стоило взглянуть в его бездонные, невинные, глаза, в которых вопреки всей их невинности читалась боль, пропадало всякое желание иронизировать, хотелось остаться в этих глазах навечно. И разумеется она не хотела от него спасаться, иногда ей казалось что он более реален чем весь остальной мир. Наверное если б он однажды сказал ей что она выдумала не его, а весь окружающий мир, в котором ему нет места, она бы поверила, поверила не задавая вопросов. Он не просто её подсознание или глюк, он был нечто большее.

Они могли ночами напролёт так сидеть, ждать рассвета, курить и тихо разговаривать на философские, или наоборот, просто дурацкие темы. Спорили, обсуждали, или просто молча сидели, ведя немой диалог, который обоим был ясен без слов. Нечто подобное она чувствовала до того как это случилось. Слушая его голос в записи, она всегда вела этот немой диалог, всегда понимала что он хочет сказать, или наоборот, о чём молчит.

- Тогда ты ответила на свой вопрос - он отвернулся и его лицо исчезло во тьме, фонарь освещал лишь светлые, немного спутанные на ветру, волосы.

- Вопрос? - иногда девушке казалось что она его знает так, как не знает даже себя, но иногда он неожиданно становился чужим, недостижимым и непонятным и для неё.

- Ты же спрашивала кто виновник твоей никотиновой зависимости, не так ли? Вот ты и ответила на свой вопрос: твои галлюцинации - он вновь повернулся к ней, но взгляд его блуждал где то в другом мире, казалось в другой, параллельной жизни. 
- Забавно 
- Что? 
- Ты злишься, и даже краснеешь, галлюцинации так могут? - он категорически не признавал себя галлюцинацией, в первый момент их встречи, когда она очнулась на больничной пастели, и вместо встревоженных родителей, ожидающих её пробуждения, обнаружила его. Он решил над ней пошутить, заявив что он ангел смерти, и пришёл что бы отправить её душу в Рай или Ад, но учитывая что она была до скуки хорошей девочкой, в которой к счастью есть потенциал бунтарки, учитывая это, она может пожить ещё год, что бы исправить это недоразумение, а затем тихонько рассмеялся и исчез. Вот так вот просто, безо всяких объяснений. Разумеется она ему не поверила, она знала кто он такой, она знала кем он был... Или это всё же не он, и она просто сошла с ума?

- Возможно... - Это будто был ответ сразу на оба вопроса, на тот что она задала в слух, и на тот что она задала мысленно. 
Возможно...

Часть вторая.

Кухня, полночь, за окном как и всегда, не смотря на непроглядную тьму, кипит жизнь. Люди давно научились побеждать эту тьму, яркие огни, вывески, фонари и неоны, они всегда побеждают тьму, жаль только они не могут победить и тьму в сердце.

Кофе дымится, пробуждая ужасные воспоминания того дня, когда для неё всё поменялось. Сегодня она впервые вдохнула этот кофейный запах, и её не вывернуло наружу. Помнится врач назвал это посттравматический синдром, выписал какие то антидепрессанты, которые она в торжественной обстановке смыла в унитаз. Конечно она могла бы делать вид что всё как прежде, что она не изменилась, и всё на своих местах, но она не умеет притворятся. А может просто не хочет, сама ещё не решила, но это не меняет ситуации. Конечно раны и переломы зажили, но только на теле, а не в душе. Кто бы мог подумать что с душой всё сложнее?

Дым от кофе завораживает её, как и воспоминания, которые затягивают и поглощают безвозвратно...

Дождь, дикая усталость после двухчасового сета, голос Billy Talentа из магнитолы, и запах любимого кофе, что так сладко окутал машину. Визг тормозов, немое молчание, скрежет и боль, которая кажется растеклась по всему телу, не пропустив ни участка. Единственная мысль, что пронеслась в голове в тот момент, была крайне странной, странной даже для неё. Все мы просто куклы. Куклы в своих бетонных коробках. Различия лишь в размере коробок, и наборе аксессуаров, которые в тот момент стали просто нелепыми. Всё это стремление к вещам, брендам и драгоценностям, по сути такая же пластмасска из которой сделаны розовые, бесформенные туфли для барби, с китайского рынка.

Действительно, Летов был прав, "пластмассовый мир победил"*, и победил уже сотню лет назад, если не тысячи. После всего произошедшего она много думала об этом под разными углами, но одно оставалось неизменным, она была права. С каждым разом, с каждым днём, она понимала это всё больше и больше, она пыталась не замечать этого, отгородится, надеть розовые очки, и забыть. Но у розовых очков есть побочный эффект: портится зрение.

А зрение, её точка зрения и смысл, который она тогда поняла, стали ей важнее чем мнение окружающих, дешёвых и дорогих, но кукол. Она тоже кукла, как это не приятно осознавать. С тех пор она пыталась от этого сбежать, перестать быть просто куклой, а стать хоть немного более живой. И он помогал ей чувствовать, помогал понять этот мир иначе, не так как она привыкла, помогал просто быть.



Tiki Salvatore

Отредактировано: 20.06.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться