Платье для королевы

Размер шрифта: - +

Глава 7.

С каждым шагом лошади Аделл чувствовала, как отдаляется от своего дома. Девушка понимала, что сейчас у нее начинается нечто новое, и пути назад нет. Это было её решение, и только ей нести ответственность за все последствия этого выбора. Она пыталась заговорить с виконтом, но мужчина, казалось, не заметил ни единого её взгляда. Вместо того чтобы обратить внимание на девушку, которая вскоре станет его женой, Гарнет завел негромкий разговор с одним из воинов. Как чуть позже поняла Аделл, это был командир. Она вовсе не надеялась, что во время их пути, виконт что-то расскажет о своем замке, о его традициях, но даже в самых смелых мечтах не могла представить, что их поездка будет настолько… обыденной. Наверное, поэтому Аделл чувствовала себя немного грустно: сейчас она уезжает из дома на какое-то время, но ведь придет день, и ей придется остаться с ним навсегда. Девушке стало даже интересно, будет ли он и тогда вести себя так же отстранено? Хотя, это был не такой и плохой вариант — прожить всю жизнь в молчании со своим супругом, как решила Аделл. Конечно, девушка отдавала себе отчет в том, что по факту они с Гарнетом едва ли знают друг друга, но она быстро поняла, что мужчина куда более интересуется ходом войны, нежели их грядущей свадьбой. Аделл вовсе не была против сидеть за надежными стенами замка виконта, в то время как он сам будет пропадать на ратных полях. Её отец, бывало, уходил на месяцы во главе своей армии, и девушке не привыкать к длительному ожиданию кого-то.

Она с ночи думала о том, как изменится и изменится ли жизнь вообще, с приездом в замок Гарнета Барна. Аделл так привыкла к своему поместью, что с трудом представляла себя где-то еще. Вчера, когда ей пришлось побывать в его замке, девушка совершенно не обратила внимания ни на стены, ни на внешнее убранство — не до того было. Впрочем, Аделл напоминала себе, что его титул выше, а значит больше привилегий и благ в его распоряжении. Возможно, после свадьбы, её пригласят к королю… От мысли об этом, девушка едва не задохнулась от нахлынувшего волнения. Она обожала красивые и величественные приемы гостей, и только в мыслях могла представлять, какие балы бывают в замке короля. Прекрасно понимая, что данное возможно только тогда, когда они с Гарнетом Барном станут мужем и женой, Аделл надеялась, что возможно подобные вещи смогут скрасить её жизнь, так как будущее девушке вовсе не казалось беззаботным и светлым…

Шпага ощутимо висела на поясе, и Аделл невольно задумалась о том, будет ли прок от её столь необычного увлечения, как для баронессы? Девушка видела, что виконт обратил внимание на оружие, но не произнес ни слова, и это её весьма удивило. Единственный человек, который мог простить ей ношение шпаги — это отец, но он сейчас был далеко, и Аделл до этого не видела, чтобы мужчины спешили поделиться с женщинами своим оружием. Все-таки, воевать — это не забота для леди. Однако после недавних событий, когда, по словам отца и виконта, её пытались убить, наличие шпаги при себе девушке не казалось легкомысленным капризом, желанием выделиться. Она всерьез думала о том, разрешит ли Гарнет Барн и дальше упражняться ей с оружием, ведь как знать, вдруг это умение однажды сможет спасти жизнь?

Аделл устало вздохнула и взглянула в сторону виконта — тот продолжал вести беседу с одним из воинов. Она порядком устала за время езды, но не желала показывать слишком явно свою слабость окружающих её людям Гарнета. Сейчас ей путь к его замку казался куда более длинным, нежели вчера. Не мудрено, ведь тогда они мчались галопом, словно в безумной погоне. А сейчас девушка желала лишь одного: поскорее добраться к замку виконта, и спуститься с лошади на землю. А потом, если очень повезет, то даже и отдохнуть, ведь за всей этой отстраненностью мужчины, Аделл не понимала, какие на неё у него могут появиться планы. Да и появятся ли?

Когда на горизонте появились знакомые стены замка виконта, девушка была готова возблагодарить бога за то, что её мучения закончились. Она никогда до этого не проводила столько времени на лошади, и поклялась себе не садиться больше на это животное как минимум год. Пока что с неё достаточно. Гарнет Барн помог ей спуститься вниз, и только сейчас Аделл смогла рассмотреть, каким внушительным казался его замок и угодья рядом с ним. Её поместье ни шло, ни в какое сравнение с этим. Обитель виконта превосходила размерами поместье барона Верджила минимум в два раза, и Аделл не могла даже предположить, сколько людей жило здесь. На высоких башнях развевались знамена и их герб — красная роза на темном фоне. На первый взгляд замок ей показался холодным и неприятным, но не успела она окончательно сформировать не лучшее мнение, перед ними распахнули врата, и следом за виконтом Аделл вошла в холл его замка. С первых минут её внимание захватили никак не мраморные полы, картины на стенах и прочее внешнее убранство, а то, что все слуги, которые проходили мимо, кланялись ей, словно она уже была их хозяйкой. Девушке даже стало немного неловко от подобного, но Гарнет Барн не дал ей долго размышлять об этом.

— Миледи, — она тут же встрепенулась, подняв голову на мужчину, — извольте показать вам ваши покои.
— Как пожелаете, милорд, — сдержанно произнесла она, кивнув головой.

Они направились в главный зал, из которого поднимались две лестницы на второй ярус, где на стыке лестниц образовался балкон. Там же находилась дверь, за которой начиналось целое хитросплетение коридоров и переходов, чтобы добраться до нужной комнаты. Аделл была уверенна в том, что попросит еще не один раз у виконта, дабы тот показал, где находятся её покои. Девушка честно пыталась запомнить, куда они идут, но сбилась после третьего поворота и второй лестницы. Однако вскоре они оказались в широком коридоре, где она насчитала четыре массивных двери. На стенах возле каждой горело по два факела, и недостатка в свете вовсе не ощущалось, несмотря на отсутствие окон.

— Ваши покои, миледи, — виконт отворил одну из дверей, пропуская Аделл внутрь.

Она сделала несколько шагов за порог комнаты и вдруг замерла, неожиданно для себя обнаружив, что в комнате кто-то есть. Девушка в куда более простом платье вытирала пыль с резного сундука, и испуганно обернулась, когда в помещение кто-то вошел. Девушка тут же поклонилась, а затем Гарнет пояснил обеим:

— Миледи Аделл, это Беатрис — ваша горничная. Она будет помогать вам во всем. Беатрис, спустись вниз и возьми прислугу, чтобы перенести сюда вещи миледи, — отдал распоряжение Гарнет.
— Как прикажете, милорд, — поклонилась она. — Миледи, изволите идти.
— Иди, — кивнула Аделл, бросив на неё пристальный взгляд.

Беатрис выглядела несколько старше Аделл, у неё были светлые волосы, заплетенные в косу, голубые глаза и куда более женственное телосложение. В поместье отца у неё не было своей горничной, и как общаться с ней, девушка еще не совсем понимала, но догадывалась, что не сложнее, чем с няньками Алеты. Впрочем, Аделл не думала много о слугах. Она с интересом оглядела комнату, отметив, что нет никаких разительных отличий с её покоями в поместье отца. Широкая кровать, стол, несколько мягких кресел, дальний угол был закрыт ширмой, и на стенах висели множество подсвечников со свечами, хотя в комнате и так хватало света из окна, портьеры которого были распахнуты.

— Надеюсь, вам будет здесь удобно, миледи, — произнес Гарнет, вновь обратив на себя её внимание. — Я дам распоряжение, чтобы слуги поторопились быстрее приготовить ужин, так как вы устали в пути, и лучшим решением будет как можно скорее отправиться отдыхать. Но, прежде чем мы спустимся вниз, я попрошу вас о том, чтобы вы никогда не ходили в восточную башню. Она полуразрушена, и там нельзя никому находиться. Еще я хочу, чтобы вы сегодня познакомились с Ателардом Барном — виконтом и моим отцом. Он ждал встречи с вами.
— Как прикажете, милорд — кивнула она. Аделл было все равно, как отец и сын могут иметь один титул, но сейчас девушка вовсе не хотела разбираться в этом. 

Гарнет вышел вместе с ней из комнаты, а затем они направились по этому же коридору, но на другой конец. Оказалось, что покои старого виконта тоже располагались здесь, и девушка рискнула предположить, что одна из двух оставшихся комнат принадлежит Гарнету. Он постучал в дверь, а затем отворил её, приглашая Аделл следом за ним. Она только успела подумать о том, что эти покои убраны богаче, чем её, как вдруг взгляд девушки наткнулся на человека, который сидел в кресле у окна. Он был стар, пожалуй, даже очень. Его лицо иссеченное морщинами и шрамами не излучало ничего, кроме усталости. Виконт Ателард устремил свой взор на сына, и тот понял все без слов. Ничего не сказав, Гарнет вышел, оставляя Аделл и своего отца наедине. Девушка неосознанно напряглась, только сейчас осознав, что в присутствии Гарнета Барна было куда спокойнее.

— Подойдите ближе, миледи, не стойте в дверях.

Голос его был спокойный, усталый и без единой эмоции. Аделл на мгновение показалось, что это в роду у Барнов, так разговаривать… Стоя перед ним, девушка не знала, как себя вести, поэтому скромно сцепила руки спереди и потупила взгляд, ожидая, что же он скажет дальше.

— Признаться, не ожидал увидеть вас именно такой, баронесса Аделл Уайт, — негромко произнес виконт, отчего она подняла голову, слегка непонимающе взглянув на старика. — Хотя, отец ваш не лгал, когда говорил, что вы весьма красивы.

Аделл не считала себя настолько красивой, как говорил виконт Ателард, но она не думала, что возражать ему — хорошая мысль.

— Вы очень добры ко мне, виконт, — ответила она немного невпопад, отчего смутилась.
— Вовсе нет, леди Аделл, — старик попробовал усмехнуться. — Доброта не та благодетель, которой я пользуюсь каждый день. Я не ожидал увидеть девушку, которая вскоре станет женой моего сына, такой. Это оружие у вас на поясе: простое украшение или же вы умеете им пользоваться?

Аделл сглотнула. Она совершенно забыла о шпаге на поясе, и сейчас чувствовала себя чрезвычайно неловко, а так же в ней начинал просыпаться страх перед этим человеком. Несмотря на политический брак с Гарнетом Барном, ей не хотелось настолько не понравиться его отцу, что тот еще превратит её жизнь в кромешный ад. Девушка совершенно забыла о том, как могут относиться некоторые мужчины к тому, когда женщины берут то, что по праву принадлежит им, а именно оружие.

— Я лишь учусь, милорд, — негромко произнесла она, решив, что лучше сказать правду, нежели лгать при первой же встрече.
— Хорошо, — вздохнул он, вновь отвернувшись к окну. — Ступайте, миледи.
— Благодарю, милорд, — поклонилась Аделл и направилась к двери.

Оказавшись в коридоре, девушка вздохнула с облегчением и прислонилась к прохладной каменной стене. Сейчас она осознала, как сильно ошиблась, посчитав будущего мужа жутким человеком из-за его шрамов и того, что он едва не убил сира Крайтона. Как глупо было так думать… Его же отец, ничего не делая, одной лишь фразой заставил Аделл беспокоиться за свое дальнейшее пребывание здесь. Девушка вдруг огляделась по сторонам: Гарнета нигде не было, а как вернуться в главный зал она не запомнила. Решив, что, во всяком случае, не потеряется в замке, где полно слуг, Аделл направилась примерно туда, откуда они с виконтом пришли. На мгновение задумавшись о том, не оставить ли шпагу в своих покоях, и уже собиралась идти так, но вспомнила, что Гарнет говорил об ужине, а негоже за столом сидеть оружием. В её покоях уже появился один сундук с платьями из двух, и Аделл, воспользовавшись тем, что в комнате никого не было, заперлась, чтобы переодеться в другую одежду. Все же, она провела половину дня в дороге, и платье запылилось.

Выйдя из своих покоев в почти новом платье глубокого зеленого цвета с золотой вышивкой на рукавах и плечах, Аделл принялась искать путь в главный зал. Девушка тут же поняла, что свернула куда-то не туда, так как уперлась в тупик. Один из коридоров заканчивался стеной, где висела огромная картина. Подойдя ближе, Аделл поняла, что на ней изображена семья виконта. Она узнала Гарнета, на его лице еще не было шрамов. Его отец выглядел разве что немного моложе, а так фактически не изменился. Рядом с ним стояла миловидная и, это было видно по её глазам, волевая женщина — явно его жена. Аделл не смогла назвать её красивой, но и безобразной она тоже отнюдь не была… А вот парня, который был рядом с Гарнетом, девушка не видела, и не знала, кто это.

— Вы здесь, миледи.

Она едва не подпрыгнула от испуга. Виконт Гарнет направлялся широким шагом к ней, и Аделл вздохнула с облегчением. Это всего лишь он.

— Вы не ожидали меня здесь увидеть, не так ли? — холодно спросил он, глядя на неё сверху вниз.
— Вовсе нет, милорд, — покачала головой девушка, — простите, я вышла из покоев вашего отца, и не смогла найти путь в зал. Я заблудилась, и случайно пришла сюда…
— Хорошо. Я велю Беатрис показать вам все ходы в замке.
— Спасибо, милорд, — сдавлено ответила Аделл, ощущая при этом свою глупость. — Я могу у вас спросить?
— Спрашивайте, — позволил он, даже не глядя на эту злосчастную картину, которую мужчина так не любил.
— Скажите, кто этот мужчина рядом с вами на картине?

Гарнет на мгновение закрыл глаза, моля у бога терпения, ведь девушка не виновата ни в чем, и злиться на неё в первый же день пребывания в замке — не лучшая мысль, чтобы наладить отношения.

— Брат, — коротко ответил он, намереваясь прямо сейчас забрать её в зал, так как распорядитель уже оповестил о том, что ужин готов.
— Он здесь? — заинтересовалась Аделл, еще раз взглянув на картину.
— Нет, — резко обронил Гарнет. — Не будем об этом, миледи. Нас ожидают внизу.
— Простите, — смутилась она, и поспешила следом за ним, на этот раз внимательно наблюдая, куда именно они идут, запоминая каждый поворот.

К её удивлению, за длинным столом сидели лишь они вдвоем. Его отец не спустился к ужину, хотя, быть может, он уже не выходил из своих покоев ввиду старости? Хотя, Аделл знать не хотела, о причинах отсутствия виконта Ателарда, и в глубине души радовалась, что его сейчас нет. Она вовсе не желала предоставлять ему еще поводов, которые позволят косо на неё смотреть. Гарнет лишь спросил за ужином, устраивают ли её покои и горничная и, получив положительный ответ, больше ничего не говорил. Когда с едой было покончено, он сопроводил Аделл к комнате и, пожелав хорошего сна, напоследок сообщил еще одну вещь.

— Миледи, настоятельно советую вам выспаться перед завтрашним днем.
— А что будет завтра, милорд? — насторожилась Аделл, взглянув в глаза мужчины.

Тот едва слышно хмыкнул: Аделл Уайт явно не справлялась со следованием поучений, которые в неё вдалбливали перед отъездом к нему. Он все время наблюдал за ней, даже если со стороны казалось, что ему совершенно безразлично рядом она, или нет. Гарнет прекрасно помнил их первый разговор, когда Аделл сказала, что он не смеет ей приказывать. Затем в ней пошли весьма заметные перемены: девушка держалась неуверенно, часто опускала голову, отвечала односложно и учтиво, словно тогда была вовсе не она. Гарнету, впрочем, было все равно, как именно она себя ведет, ведь прекрасно знал, что сломит её без труда, если потребуется. Но сейчас он увидел ту самую Аделл, которая весьма грубо ответила ему на приеме в честь их помолвки.

— Сейчас это секрет, миледи, — объяснил Гарнет, — вы завтра все сами увидите. Обязательно отдохните.

Поцеловав девушке руку, он удалился в свои покои, которые были по соседству с её комнатой. Аделл недовольно нахмурилась, а затем скрылась за дверью в свою комнату. Там, переодевшись в юбку для спальни, она легла в уже приготовленную горничной постель, положив рядом с собой шпагу. Устав за день Аделл Уайт понятия не имела, что приготовил для неё виконт на завтрашний день. Она так и уснула, сжимая рукою шпагу в ножнах.



Мария Рэд

Отредактировано: 06.01.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться