Плейбой для феи

Размер шрифта: - +

Глава 8

«Глаза Дэва горели и умоляли. Они просили о правде, так настойчиво требовали ее. А взгляд захлестывал как бездонный океан, как сильная пенистая волна — напористо и беспощадно. Я смотрела на Дэвида и понимала: не могу не то что соврать, а даже не договорить правду. Как он воспримет ее? Рассердится? Или испугается? Но ведь чему быть, того не миновать».

 

Фея глубоко вдохнула, смахнув непрошеную слезинку со щеки.

- Прости меня, Дэвид Стронг, - тихо заговорила она, потупившись. - Я хочу, чтобы ты понял: мы добрые феи действительно, по-настоящему, любим вас, людей. И хоть наше волшебство не безгранично и имеет свои рамки, свои законы, мы как можем — пытаемся помогать вам. Но одновременно мы с очень-очень большой осторожностью являем себя.

- Это мне как раз понятно, - нахмурился Дэвид. Впрочем, мужчина тут же откинулся на спинку дивана, а его взгляд стал мягче. - Я не прошу объяснять свои мотивы, Зизи, я прошу рассказать правду, - повторился он.

Зефира несколько секунд думала, но не потому, что сомневалась, а чтобы подобрать нужные, правильные слова, понять, с чего начать.

- Это реальность, - наконец проговорила она, - прости, идея про волшебный сон - первое, что пришло мне на ум, - начала было оправдываться, но под прищуром Дэва тут же пресекла себя. - Всего существуют два вида феи: добрые и, как ты понимаешь, злые. Мы стремимся помогать людям, они — напротив. Никто не знает, почему так. Это скорее суть наша — то, без чего ни они, ни мы себя не мыслим. Когда-то мы чаще посещали ваш мир, но теперь врата появляются лишь в особых случаях. Врата — это, как сказать, портал между нашими мирами. Каждая фея чувствует, когда приходит ее время помочь недолго_живущим, вам. Так случилось и со мной. Я должна была проследить за одной свадьбой, всё шло хорошо, но появились Темные феи — мне пришлось дать им бой, отогнать от молодых, и я спасла ту пару и ее будущее, но Темные закружили в своем вихре, и так я влетела в твоё окно. Оно и вправду разбито.

Зефира замолчала: от вновь остекленевшего взгляда Дэвида сердце скулением рвало душу.

Какое-то время оба молчали, каждый думая о своём.

- Я не знаю, как доказать тебе свои слова, - в итоге решилась прервать тишину Зефира. - Я потратила слишком много сил: неспособна создать даже самую простенькую пыльцу, не могу себя вылечить, – а на восстановление нужно время. Ты можешь пойти к врачам, лечь в клинику, загубить свою жизнь. А может, кто-то придет сюда за твоими вещами, найдет меня. И в отличии от тебя, церемониться не будет. Даже боюсь предполагать, что потом произойдет: перевернется ваш и наш миры, или меня тайком отдадут на опыты.

- Так, Зефирка, хватит нагнетать, - прервал ее Дэвид. - Такое чувство, что ты пересмотрела фильмов про всяких инопланетян, спасающихся от злого правительства. И вообще, не дави на жалость, - отмахнулся он.

Фея развела руками, тактично умалчивая, что в словах Дэвида была доля истины.

- Так значит, не муза, а, так, залетная, - не смешно пошутил Дэв, но Зефира вновь не обиделась.

- Если честно, в качестве муз мы последнее столетие-два особо и не являемся. Как-то нет в этом особой необходимости. Раньше мы так рассказывали о себе. А теперь...зачем?

- И то верно, - согласился Дэвид. - Где-то в глубине души люди до сих пор хотят верить в сказки, тянутся к волшебному, отрицая его. Мы придумываем себе идолов и поклоняемся рационализму. Мы творим ради денег, мечтая остаться в истории. А маленьким феям остается так мало места в наших сердцах и этом огромном мире.

- Но я считаю, что не зря Матушка-Судьба закинула меня именно в твоё окно. Она бывает строптива и капризна, но если и делает что-то, то не просто так. Я не рассказала про Темных, чтобы не пугать. Но я не лгала, Дэвид, в том, что действительно считаю тебя избранным, тем, кто может по-новому рассказать о феях, - мягко улыбнулась Зизи.

Дэвид не ответил. Помолчал некоторое время, а потом протянул Зефире ладонь.

- Из окна дует, - мягко произнес он, - тебе ночами, наверное, прохладно. Давай перенесу тебя в спальню. Там и уютнее, - улыбнулся Дэв, - заодно квартиру покажу, раз уж ты у меня тут застряла.

 

«Дэвид очень-очень-очень осторожно помог мне перебраться на его ладонь. Ах! А ведь, как сейчас понимаю, это было так здорово кататься на нём. И интересно: Дэвид показывал мне разные причудливые вазы, из глины или из стекла; разрисованные деревянные маски на стенах, картины с пейзажами: горы, океаны, леса – каждый из предметов он привез из другой страны.

"Я в свое время немало путешествовал, искал себя", - вскользь упомянул Дэв, и, как мне показалось, он не слишком хотел углубляться в эту тему. Странно, обычно люди с большим воодушевлением рассказывают о своих отпусках, о том, где были и что видели. А Дэвид… как будто эти предметы для него не просто памятные сувениры, а напоминание о чем-то, что хочется вычеркнуть из жизни, но оно столь важно, что нельзя забывать.

Этот Дэв — сплошные противоречия.

Гостиная, где я лежала первое время, обставлена в строгом минимализме, всё однотонное, явно купленное сразу — в одной коллекции, диван под стать столу, стол идеально гармонирует с журнальным столиком и шкафом, и рояль — в тон им. Выход из гостиной вел в широкую и просторную прихожую, полную творческого беспорядка — такое чувство, что все предметы здесь лежали и стояли в произвольном порядке, разве что резная вешалка на ножке красовалась у входной двери. Почти такой же беспорядок царил и на расположенной за аркой-входом кухне, и это при том, что мебели там было совсем немного. А вот в спальне — всё иначе — скромно и уютно: две тумбочки с ночниками, встроенный шкаф, одна двуспальная кровать. На последнюю Дэвид и опустил меня. Заботливо поправил подушки за спиной и под больной ногой, положил пульт от телевизора: тонкая плазма растянулась почти во всю стену. И вопреки всем моим ожиданиям плюхнулся рядом!»



Анна Елагина

Отредактировано: 20.06.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться