Пленница заснеженного замка

Размер шрифта: - +

Часть 1

- Несколькими месяцами ранее - 

— Миссис Фаулер, вам необыкновенно идёт эта шляпка! Для светского приёма беспроигрышный вариант!

Красивая дама лет тридцати довольно глядела в зеркало, примеряя мой новый шедевр — шляпку из алого бархата, украшенную можжевеловыми веточками, шоколадными конфетами, бантами и бусинками из разноцветного стекла.

Женские шляпки — моя страсть. Я могу колдовать над ними дни и ночи напролёт, сооружая немыслимые конструкции из ткани и подручных материалов. Два года назад я продала дом, доставшийся мне от покойных родителей, Фанни Дуглас, моя лучшая подруга, вложила в дело все деньги, предназначавшиеся для приданого, и мы открыли мастерскую по изготовлению женских шляп. Клиенток поначалу было не много — далеко не всем приходились по вкусу наши экстравагантные шляпки, да и местоположение магазинчика оставляло желать лучшего, но мы не отчаивались и продолжали творить.

И вот в канун прошлого Рождества известная законодательница моды леди Трэвис забрела в нашу скромную мастерскую, как она сказала, «от безысходности найти в этом городе что-то оригинальное», и неожиданно приобрела шляпку, созданную на скорую руку, — с жёлтыми шёлковыми бантами, дольками сушёных апельсинов и палочками корицы. Второй неожиданностью, или, скорее, настоящим Рождественским чудом стала новость о том, что моя шляпка произвела в высшем свете настоящий фурор — фотография леди Трэвис крупным планом попала в раздел «Светская жизнь» «Хроник Маунтона» и «Маунтон сегодня»!

С тех пор ни один выпуск этих газет не обходится без фотографий моих клиенток.

Для леди Карпентер в честь крестин старшего внука я сделала симпатичную белую шляпку с огромной, подсвеченной крохотными фонариками розой на боку. А леди Крейг пришла в восторг от шляпки в форме птичьего гнезда с целым грачиным семейством в нём, поэтому минувшее лето прошло под девизом: «Посадите мне на голову птиц, и побольше!» Даже леди Тирни, супруга лидера партии консерваторов, щеголяла на светских мероприятиях в милых шляпках с фетровыми кукушками, канарейками или цыплятами. Осенью с моей лёгкой руки оказались в тренде головные уборы в виде еды — всевозможных тортов, кренделей, яичницы, гроздьев винограда или ведёрок с шампанским, а ближе к Рождеству — с декором из живой хвои, шишек и ёлочных игрушек.

Я никогда не повторяюсь. У каждой клиентки — эксклюзивная шляпка, сделанная на заказ или купленная уже готовой. И главное, мои головные уборы пользуются большим спросом среди городских модниц — это ли не доказательство того, что руки у меня растут из нужного места?

— Благодарю, мисс Эшби, — не отрываясь от созерцания своего отражения в зеркале, отозвалась миссис Фаулер. — Я чрезвычайно довольна своей новой шляпкой!

— Носите с удовольствием, миссис Фаулер, — искренне улыбнулась я, — и счастливого вам Рождества!

Распрощавшись с довольной клиенткой, я на минутку застыла у окна. На площадь Пяти Углов и прилегающие к ней улицы белоснежным покрывалом ложился снег. По мостовой важно проезжали автомобили — в этой части города было запрещено ездить со скоростью свыше двадцати миль в час. По тротуарам степенно прохаживались дамы под руку с джентльменами. Миссис Мэтьюз, наша клиентка, выгуливала собак. Со стороны Центральной улицы быстрым шагом в форменном синем мундире шёл почтальон.

Прошлой весной, поднакопив денег, мы с Фанни покинули, наконец, Тихую улочку и открыли новый магазин в Южном районе Маунтона, наняли двух работниц, которые шили шляпки по готовым выкройкам. А ещё год тому назад мы и мечтать не могли, что будем одевать прекрасную половину высшего общества столицы!..

Почтальон прошёл мимо окна, заглядывая внутрь и слегка приподняв фуражку, и я поняла, что он спешил к нам. Фанни была занята клиенткой. Мисс Паркинсон, племянница одного из самых богатых жителей Маунтона, примеряла миниатюрную шляпку, украшенную еловой веточкой и хлопушкой-обманкой.

Открылась дверь, звякнули дверные колокольчики.

— Добрый день, мисс Эшби! — приветливо поздоровался почтальон, молодой человек лет двадцати пяти с простоватым деревенским лицом.

— Здравствуйте, мистер Браун, — ответила я, — морозная сегодня погодка, не правда ли?

— Да, мисс, морозная, — благодарно закивал тот, — поговаривают, к Рождеству снега выпадет столько, что движение на дорогах остановится.

— Не может быть! — улыбнулась я. — В северной части Королевства достаточно мягкий климат, и на моей памяти даже в самую суровую зиму снега не выпадало выше щиколотки!

Почтальон стыдливо опустил взгляд. Очевидно, его воспитывали строго, по старинке. Трудно представить, что ещё полвека тому назад незамужней девушке не только возбранялось вести собственное дело, но и не рекомендовалось оставаться с молодым человеком наедине, даже будучи помолвленной с ним! А уж такие безобидные слова как «щиколотка» или «колено» были и вовсе под запретом.

— Вам письма, мисс Эшби, — пробормотал Браун, — и две телеграммы.

— Благодарю, — сказала я, принимая ворох хрустящих конвертов и откладывая их на стойку. — Где мне расписаться?

— Вот здесь.

— Готово. Счастливого вам Рождества, мистер Браун!

— И вам, мисс Эшби, счастливого Рождества. Очень счастливого.

Он сглотнул, открыл рот, желая сказать что-то ещё, но передумал, затем, откланявшись, подскочил к двери, споткнулся о порог, пробормотал: «Извините», — и, громко хлопнув дверью, пулей пролетел мимо окна. Боюсь, наш почтальон ко мне слегка неравнодушен, хотя, клянусь, я не подавала ни малейшего к тому повода.

Я принялась просматривать письма. В основном это были поздравительные открытки от счастливых замужних подруг и счета. Счета я отложила в сторонку.



Александра Кравец

Отредактировано: 01.08.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться