Пленники проклятой земли. Книга 1

Размер шрифта: - +

Глава 6

 

Приезд подростков на повторное обследование отложили на три дня по просьбе администрации Зеленограда. Выслушав  аргументы доктора Марчука, вирусолога больницы особого округа, Герберт скрепя сердце, согласился. В НИЦ, куда уже был отправлен отчет о необходимости повторного обследования группы подростков, профессор сообщил версию о якобы сбое в работе оборудования.  Дон Уэст, главный вирусолог НИЦ Зеленоград предложил прислать специалиста для наладки аппаратуры. Герберт, проклиная про себя ослиное упрямство Ноэля (в том, что за всей этой тягомотиной стоит именно Сатор-младший, Берт не сомневался), уверил профессора Уэста, что они справятся сами. Им дали три дня. Ландас дорого заплатил бы за то, чтобы узнать, чего таким демаршем добивается администрация телепатов. Но сам Ноэль сказался занятым, а его зам Имре Гайдош только мило улыбался и накручивал километры бессмысленных фраз.

Контроль над состоянием здоровья жителей особого зеленоградского округа осуществлялся в три этапа. Первая ступень - больница собственно, Зеленограда. Результаты обследований принимались к сведению, но их достоверность априори ставилась под сомнение. Тем не менее, график обследования составлялся исходя из данных именно Зеленоградской клиники. В зависимости от результатов, каждый житель округа раз в год, раз в полгода или чаще приезжал на обследование в лабораторию пятой, шестнадцатой или девятой станций. Собственно, обследование состояло в том, что у субъекта брали кровь и проводили экспресс-тест на Z-индекс. А дальше пробы ехали в НИЦ для более глубоких исследований. Четвертый этап - размещение субъекта в санитарном изоляторе имел место в случае повышения темпов роста индекса. Это был плохой признак. 90% обследуемых домой уже не возвращались. Зеленоград не первый год требовал перенести все этапы, включая последний, на территорию округа и отдать под юрисдикцию Совета округа. Телепаты были убеждены: в санизоляторе их просто убивают.

Утром на третий день пребывания на станции Алиса примчалась в кабинет к директору станции.

- Господин директор, а можно, я поговорю с теми ребятами, которые на  комиссию приедут? Они же не заразные?

- Нет, не заразные, - почему-то недовольно пробурчал Герберт. –  Если ты не будешь с ними целоваться. Сколько же у тебя мусора в голове, Алиса…

- Чего это? – обиделась Алиса.

- Вот ты ехала в Зону, так? Что ты читала перед этим, как готовилась? Ты же понятия не имеешь об элементарных вещах! Вы все такие в вашем университете?

- Во-первых, я читала все, что нам рекомендовали. Нечего на меня  наезжать, шеф. Возьми любую газету или новости посмотри, или блоги почитай. Если про мута... зеленоградцев, то сразу про вирус, про то, что от него за неделю все внутренности выгнивают, и нет никакого спасения. Или что телепаты в банк прошли, деньги все вынесли, девчонку украли и увезли… ну всякое такое. И что они спят и видят, как бы какую гадость нормальным людям сделать. Поэтому нас сюда и прислали – собирать достоверные данные. Дед, ну, сколько еще толочь воду в ступе? Мы же это все уже обсудили. Так можно мне с ними поговорить?

Герберт смотрел в окно, постукивая по столу кончиками пальцев. Господи, ну куда они этих птенцов толкают? Руками молодых ребят готовят что-то грязное. Руками его Алисы в том числе. Он, как говорится, чувствовал это «нутром».

- Алиса, а почему в твоих документах нет допуска в Зону? Как ты собираешься материал получать? От кого? У твоих одногруппников та же ситуация?

- Ага. Нам в деканате сказали – в минобразе чего-то протормозили или перепутали, и не успели обратиться в ДКЗТ вовремя. И еще там у них в Зеленограде какой-то тип вредный вставляет палки  в колеса. Проф обещал все уладить и дослать допуск на контакты и посещение Зоны.

- Вредный какой-то тип… Ну-ну… То есть сейчас, строго говоря, тебе не разрешено с ними контактировать?

Алиса почесала кончик носа.

- Строго говоря – нет. Но я не понимаю, почему людям нужно чье-то разрешение на то, чтобы поболтать? Это же абсурд полный! Представляю: я захожу в кафе, например. Хочу подойти к группе молодежи, но сначала иду к полицейскому: «Дядя, а, дядя, мона мне вон с тем мальчиком поговорить»? Чушь собачья! С четырнадцати лет подросткам разрешено ходить по улицам без сопровождения взрослых! А ты сам сказал – тем, кто приедет сегодня уже четырнадцать – шестнадцать, так ведь?!

- Хорошо. Я разрешу пройти в лабораторию. Но помни: это - прежде всего дети. С нелегкой судьбой, многие уже сейчас с большими проблемами со здоровьем. Ты увидишь. Они знают, что, скорее всего, всю жизнь проведут за колючей проволокой, умрут рано и вполне возможно, мучительно. Даже то, что их привезли на повторное обследование – плохой знак. И с этим знанием они живут. Будь осторожна в своих вопросах. Как ты будешь записывать?

- Вот, у меня видеофон, - Алиса показала на небольшой диск, как брошка приколотый на груди. – Объем большой, можно часа три писать.

- Обязательно спроси у них разрешения познакомиться и на запись. Конечно, это надо было сделать заранее, у их куратора, и обратиться в администрацию Зеленограда, но ладно. Я договорюсь. А потом все записи покажешь мне.

- Цензура? – Девушка напряглась, нахмурилась. – Я, между прочим, имею официальное направление на определенные виды работы.



Kira Lyss

Отредактировано: 20.02.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться