Плетение. Книга вторая

Цена свободы. Глава 4

Вериг был раздражен, и в первую очередь  это было заметно по кускам от крышки стола, оставшимся в его руках после того, как он за нее ухватился.

- Внук, ты понимаешь в какой мы теперь ситуации? – прорычал он – Почти сотня лет работы под угрозой.

- Все не так плохо, – флегматично заметил Дэйнир – он еще жив. Огорчает другое. Мы так и не выяснили, кто стоит за всем этим. Правда есть одна новость – мы выяснили, что никто из известных Высших Магов за этим не стоит.

- Так уж и никто? – прищурился Вериг.

- Именно так. Я провел доскональную проверку. Никто из них даже не обладал достаточными познаниями в геомантии, чтобы сделать такое. И…

- Да?

- Глау Фернон сообщил мне, что в мире Лены была найдена книга Мерлана.

Вериг расхохотался.

- Так вот куда этот умник на самом деле делся… Мне даже было бы любопытно ее почитать.

- Прошу прощения?

- Мерлан. Мы пророчили ему влиться в наши ряды. Он был действительно талантливым во всех областях магии, и обладал просто удивительными способностями в отношении геомантии. А также – уникумом, в отношении теории магии. Некоторые его наработки мы до сих пор понять не можем, а сколько веков уже прошло. Где книга?

- У Артема.

В следующую секунду, куски стола, нервно сжимаемые Веригом, полетели в голову его внука, и упали на пол, рассеченные на ровные части его клинком.

Привыкший к подобным вспышкам со стороны деда, Дэйнир небрежно отправил клинок назад в ножны, и произнес:

- Не обязательно было так делать. Атион не любит, когда со мной играют подобным образом, и мог бы счесть это нападением.

Он любовно погладил рукоять клинка.

- Ты совсем уже спятил, в отношении своей игрушки, – недовольно проворчал Вериг – сначала стащил у отца из под носа самого злостного нарушителя наших границ, притом сделал это во время суда, потом нянчился с ним как неизвестно кто… Вместо того, чтобы впитать его душу, зачем-то попросил меня выковать из нее этот психованный клинок… Что ты в нем такого нашел?

Дэйнир пожал плечами.

- Мне нравился его стиль. И он был настолько признателен мне за спасение своей шкуры, что сдуру пообещал мне сделать для меня что угодно. Ну как тут было не воспользоваться. И никакой он не психованный, просто не любит, когда к нему прикасается кто-то кроме меня. Кроме того, у него слегка гипертрофированно чувство ответственности за мою жизнь.

- Он бы таким не был, если бы ты не позволил ему в себя влюбиться. Ох уж мне эти примеси человеческой крови…

- Кстати, о человеческой крови. Дедушка, я бы хотел…

- Нет.

- Но…

- Нет. Введения еще одного бастарда в семью я не потерплю. К тому же, в твоем поколении, уже теряется значительная часть нашей силы. В следующем – она еще уменьшится, и за демона ребенка не примет никто и никогда. Ладно я, по молодости, допустил ошибку… Ладно Спарон, хотя он потом за это еще несколько веком расплачивался… Но от тебя…

- Я говорил совсем о другом – деликатно произнес Дэйнир.

Вериг замер, посмотрел на внука, и вздохнул.

- Стар я становлюсь, и несдержан…  Говори, что хотел.

Дэйнир слегка кашлянул, давая понять, что он думает о возрасте и несдержанности предка, которые уже вошли в легенды даже среди демонов, и произнес:

- Лена.

- Что?

- Лена. Дочь Клауда. Как ты думаешь, могла бы ее кровь вплеснуть в наши ряды былой огонь?

Вериг серьезно задумался.

- Теоретически – возможно. Она носительница редкого Дара, так что, при соответствующем обучении вполне могла бы претендовать на уровень мистресс. Когда Клауд поправится, я поговорю с ним о том, чтобы он выдал свою дочь замуж за кого-нибудь из Совета Лордов. Мы сможем усилить ее способности. Молодец, внук, хорошая мысль. А теперь ступай, и сделай все, чтобы книгой Мерлана не воспользовались. И разберись, кто тот паршивый геомант, который путает нам карты.

С легким хлопком он исчез. Оторванные им куски стола побежали на свое изначальное место, и накрепко приросли, попутно слившись между собой.

Дэйнир сел в кресло деда, и тихо произнес:

- На нее у меня другие планы, дед. И вовсе не в виде жены кого-нибудь из этих старых хрычей.

- Не понимаю, - прогудел Гром – сначала мы хотим убить Дайруса, теперь мы ему помогаем. Неправильно это. Плохой – должен быть плохим, хороший – хорошим. Или слишком легко запутаться кто какой. С Ильтой было проще. Те, кто в нас стрелял – были плохими. Те, кто помогал – хорошими. Он Ильту в другой мир засунул. Из-за него чуть Сейс не погиб. Весь этот беспорядок – из-за него.

- Гром, он делает очень сложные вещи, которые даже я не всегда понимаю, – ответил ему Сейс – но я считаю его не просто «шефом», но и другом.

- У него нет друзей. Он – Высший Маг, у них не бывает друзей.

- Я не сказал, что он меня считает другом. Я сказал, что я его таковым считаю.

- Я не хочу стараться ради него.

Шелти, не выдержав, поцеловала Грома, отвлекая его от спора с Сейсом.

- Гром, он вылечил Сейса. Он помогал моей семье, я просто не знала об этом. Не хочешь делать это ради него – сделай это ради меня и Сейса, ладно?

- Не убедили – ответил Гром.

- А что если так… Дайрус - единственный, кому под силу вернуть Ильту. Ради нее согласен постараться?

Гром долго сопел, глядя на атаковавшую его парочку.

- Еду приносить не забывайте. Делать для него я ничего не буду, но чтобы не убили – прослежу.

- Уже легче, – вздохнул Сейс – а теперь, девочка моя, у нас есть дело.

- Какое?