Плывуны. Книга первая.Кто ты, Эрна?

Размер шрифта: - +

Часть первая, рассказанная Щеголем. Глава первая. Подвижки грунта

Часть первая

рассказанная Щеголем

 

Сдвиги по разным фазам

 

Глава первая

Подвижки грунта

 

Город наш А – южный. Конкретнее не напишу. У классиков − город N, латиницей. А у меня А – хоть латиницей, хоть русятницей – всё едино.

Ну так вот. Город наш большой. Не Москва, не Питер, но большой.

Центр города – холм. На холме – старый город, осаду держал в стародавние времена от татаро-монгол. Татары до сих пор с нами− по внешности горожан сужу. А монголов что-то не видать. Татаро-монголы крепко у нас обосновались лет так шестьсот назад, может семьсот, надо погуглить. В Москву только за данью наезжали, а у нас тусили, то есть жили, я хотел сказать. Юг на то и юг. Степи, степи − пространства.

В девятнадцатом веке вокруг холма строительство началось. Улицы мостили, рынки, там, разные. Рыбный рынок – обязательно, как же без него. В двадцати километрах от нас река, приличная такая река, тоже А её назовём. Ну понятно река – приток реки В, а река В в море К впадает – как поётся в одной старинной песне. Ну и вот от старого города, который на холме, во все стороны лучи проведём, как из центра. И вот по лучам этим всё дальше и дальше застройка, строительство жилищное. Понятное дело, луч самый северный, то есть реально прямиком на север идёт дорога, на этом луче – кладбище, поэтому его особо не застраивают. Кому нужен вид из окна на кладбище? Только каким-нибудь отморозкам. Кладбище когда-то, с самого начала, за чертой города стояло. Я как представлю, что древние наши предки на телегах туда своих покойников везли по бездорожью, на колёсах без шин – тряска, мне прям плохо становится, мутит. Прям внутренностями эту тряску чувствую. Далековато по тем временам от города хоронили. Чумы, что ли, боялись, не знаю.

Южная часть города, где я живу, —район развлечений и увлечений, секций, спортклубов, магазинов. Юг – для тех, у кого деньги есть. Север – рабочие районы.

В городе у нас жить вполне себе реал. К нам многие приезжают оттуда, где жить вообще несносно. Ну, там, работы нет, шнырики буянят, алкаши-наркоманы. У нас тоже буянят, но по ночам и в специально отведённых местах, районах. В целом город спокойный, полиции много, следят.

В городе у нас много чего. Институт пищевой, по новому универ, два колледжа, спортшкола гандбольная, секции, танцы, курсы кройки и шитья, рыбный завод и завод по переработке плодоовощной продукции. И те и те консервы гонят. А рыбный ещё и другой ассортимент, всё, начиная от деликатесов под вакуумом – технология упаковки у немцев закуплена. Фуры, фуры, наш город наводнён фурами… Папа мой дальнобойщик, на Север, в смысле в Питер, рыбку возит. Рыбные рулеты, разные деликатесы морские горячего копчения, речную рыбу вообще живую, в бочках. Но я речную не люблю – запах. А в Питере всё раскупают. Из нашего города по железке в Питер вообще неудобно, на фуре проще и прибыльнее. По железке очень много таможне отстёгивать в столицах приходится.

А ещё у нас в городе есть здания с трещинами. Школа папина старая. Выложены кирпичом эти цифры года постройки «1980» и слова: «быстрее, выше, сильнее», и пять колец, ну куда ж без колец. Но сильнее не получилось, получилось только быстрее. Построили. Поторопились. Как результат – трещина. Ну и поликлиника по соседству – тоже там трещины, тоже в фундаменте. Ничего смертельно опасного, но школу на всякий случай ещё отстроили, и всех, папу моего, тогда пятиклассника, туда перевели. От греха подальше. А поликлиника ничего не боится. Там же старикашки табунами скакать не будут, как наши, например, поцы. Или папины одноклассники. Папа говорит, в его детстве дети были правильнее, но злее. Дрались зло. Сейчас и вмазать норм без приёмов никто не может. Всё ногами, ногами лежачего, и рюкзак в унитаз – не благородно. Да что там говорить, я и сам такой. С этого всё и началось…

В общем, трещины в здании. В фундаменте.

Школа и поликлиника стоят во дворе. Если от них вправо идти, то выходим на улицу Я. Переходим её. Оказываемся как бы на огромном островке безопасности, шириной метров сто; дальше ещё улица, улица Т. Папа говорит, что когда-то между улицами был овраг. Я готов поверить. Но сейчас нет оврага, засыпали. Это пространство между улицами − длинное-предлинное. Улицы Я и Т идут по лучу от центра города прямо на юг, и противоположны лучу от старого кладбища. То есть вверх улицы идут, упираются как и все наши улицы-лучи в холм, в старый город, а вниз идут до магистрали, там где город кончается. Вдоль улиц Я и Т – высотки, а внизу… внизу тоже здание. За ним – густой кустарник, тоже овраг и − магистраль. И вот то здание, которое внизу, оно недавно построено. На месте рухнувшего. Прошлое здание простояло два года и рухнуло. Жертвы там были, руки-ноги, конечности оторванные. Но: не много. Здание не жилое, это был бизнес-центр и автосалон, там работали люди, в офисах сидели, в мастерских. Ну много всего было, разного бреда, консультации юридические и т.д., парковки, и магазины, ТРЦ: кофейни, прочие едальни, воняет прогорклым, жареным. И − рухнуло. Там, где автоцентр земля реал разошлась, разверзлась, то есть низкий автоцентр рухнул, а высокое здание бизнес-центра устояло. Хотя по законам разных наук должно было быть наоборот. Но автоцентр реал ушёл под землю. А бизнес-центр просто шатался. Люди, кто внутри был, говорят, что вибрация такая, что тошнило, а где стулья, кресла компьютерные на колёсиках, там всё это по полу само поехало. В общем, траур, все дела, новости по стране, понаехали следственные и экспертные комиссии из центра. Сказали, что при строительстве всё было сдвинуто относительно первоначального проекта на пятьдесят метров. Плывуны всему виной, нестабильные почвы. И вот подземные воды подточили фундамент, подвижки грунта привели к катастрофе. Но это гон. Вон Питер вообще на болоте выстроен, и всё у них норм, потому что под болотистыми почвами нормальный грунт. А у нас, блин, юг же! Сухо у нас. И никаких болот. Откуда вдруг плывуны? Но понаехавшие из столиц геодезисты, всё там изучали полгода и сказали: весь этот район, где улицы Т и Я, до низа, до магистрали, весь в плывунах. У нас в городе произносят «пловУны», всех эти ихние «плывунЫ» раздражали и эти чёртовы геодезисты. Они мою маму замучили просто, да всю администрацию города. И всё: плывунЫ и плывунЫ, и говорят так ме-едленно-ме-едленно…



Рахиль Гуревич

Отредактировано: 31.05.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language: