По дороге к солнцу

Глава 1

Глава 1.

Миарселия

Последние несколько дней я проводила в библиотеке безвылазно. Я вообще в библиотеке бывала чаще, чем в любом другой части замка. Для меня это был родной и уютный уголок, а наш архивариус был мне как дедушка. Больше всего я любила обитать в библиотеке. Еще маленькой малышкой, будучи непослушной любительницей приключений, я сбегала от нянечек и исследовала замок на наличие тайных ходов, обитала в зверинце и переворачивала все с ног на голову, заставляя поволноваться обитателей всего замка. В одну из таких вылазок, я забралась в библиотеку. Детский восторг был безграничен. Мне казалось, что это отдельный волшебный мир, который таит в себе много знаний, приключений, историй… Когда мне было три, я брала книги и рассматривала картинки в них. Чаще всего, это были легенды и мифы. Полку с ними я обнаружила, когда пряталась от нянечек. Не сдержав любопытства, я вытащила книгу и пролистала её всю. От корки до корки. Красочная яркая книга изобиловала картинками. Я подолгу задерживала взгляд на каждой, тщательно рассматривая её вдоль и поперек. С того момента это стало любимым моим времяпровождением. Теперь я сбегала от нянек в одно определенное место, где меня так никому и не удавалось найти. Если мне удавалось сбежать, я проводила там как можно больше времени. А удавалось это не так часто, как хотелось бы. Я уже исследовала нижнюю полочку книжного шкафа, когда меня обнаружил дедушка-библиотекарь. Точнее, я сама выдала свое месторасположение. Когда закончились книги в зоне моей досягаемости, я забралась на лесенку и попыталась вытащить книги со второй полке. Но не удержала сначала её, а потом и себя. Следом полетела и лестница. Грохот стоял знатный. Но библиотекарь, господин Леер не стал меня выгонять, и даже не отругал меня за учиненный бардак. А наоборот, помогал мне приобщаться к литературе нашего мира. Он читал мне легенды, так понравившихся мне картинок. Он же и занялся моим образованием. Позже мне, конечно же, нашли преподавателей, но столько знаний, сколько мне дал дедушка Либро, не дал никто.

Да и учителя предоставляемые отцом не задерживались надолго. Они меня боялись и уходили, как только сталкивались с моим даром. Я видела души мертвых. Я видела, что за многими людьми тенью следуют умершие родственники. И я не просто их видела, я могла говорить с ними. А каждый призрак так и норовил что-то передать своему живому родственнику. Представьте, как реагировали люди, когда маленький ребенок не просто говорит с мертвыми, но и может узнать всё о вас? Не знаю почему, но людей это очень пугает. В детстве я ненавидела свой дар, думая, что именно из-за него папочка не любит меня. Ведь изменилось всё по большей части именно в тот момент, когда отец узнал о моем даре.

До пяти лет я была папиным любимым солнышком. Он баловал меня до крайности. Укладывал меня сам, возвращаясь из поездок, бежал с подарками сразу к нам, своим детям. Но однажды, я рассказала папе про женщину, которая укладывает меня спать. Отец очень удивился, а когда я описала её рыжие кудри и зеленые глаза, он побледнел. Начал расспрашивать. Я, будучи непосредственным ребенком, рассказала, что эта женщина всегда рядом со мной или с братом или с папой. И что она всегда молчит и грустно смотрит на нас.

В тот же день вызвали магов, чтобы они определили мою магию. Они смогли определить только огонь, который свойственен Темным и Демонам. Но никак не Светлым. Светлым свойственна земля и вода, иногда воздух, но и это редкость. Отец сразу же велел запечатать эту магию. А вот с моей особенностью видеть духов ничего не могли понять. Маги даже не могли определить её как магию. Только пожимали плечами. В этот день закончилось моё беззаботное детство. А отца будто подменили… Нет, он все так же любил. Сейчас я это понимаю. А когда была ребенком, сильно переживала из-за того, что мама перестал меня баловать и всерьез занялся моим обучением. Он стал меньше улыбаться, что я восприняла как разочарование во мне. Но сейчас, сейчас я понимаю, что отец беспокоится обо мне и очень боится о моем будущем. Он нанял мне кучу учителей. История, языки, политика, танцы, этикет….  Особенно сильно я не любила танцы и этикет. Они удручали меня. Тем более что все важные балы, обеды и ужины в нашем родовом замке я удачно пропускала. Первое время, я сама отказывалась идти, а после уже и не стали приглашать. Когда мне было десять, я устроила бунт и окончательно выкинула этикет и танцы из своего расписания. Когда учителя пожаловались отцу на мои самовольные пропуски, он только недовольно посмотрел на меня. В наказание каждое утро я должна была пробегать полосу препятствий, на которой тренировался мой старший брат. Отец думал, что это отобьет моё желание капризничать. И прогадал. Я не только не стала жаловаться, но и с особым воодушевлением вставала каждое утро. У десятилетней меня было великое желание привлечь внимание отца. Я думала, что если буду такой как мой брат, то он заметит меня. И он заметил. У нас был с ним серьезный разговор. Отец сказал, что идея уберечь меня от всего незнанием глупа, и правильнее будет, если я смогу сама защитить себя. Он не объяснял, зачем и почему, а просто составил новое расписание моего обучения. Танцы и этикет там тоже оставались, но уже не в таком количестве. Дипломатия и языки наоборот увеличились еще больше. А физической подготовке и боевым искусствам определили много времени. Я должна была заниматься вместе со своим братом, который был старше меня на пять лет. Иногда отец сам проводил наши тренировки, что было в радость и мне и брату. Именно благодаря общим тренировкам я сблизилась со своим братом.

Мой отец – Варлеон Винтер, герцог Наекский был главным советником Светлого Императора и видной персоной в государстве. Для всего остального мира отец был спокойным, не выражая никаких эмоций на своем лице, иногда даже угрюмым и местами жестоким. Но не с нами. Дома отец был другой. Мягкий, заботливый, часто улыбался. Я помнила, что раньше отец громко смеялся и широко улыбался. Позже, когда открылась моя магия, он часто серьезно о чем-то задумывался, а когда я пыталась привлечь его внимание, только грустно улыбался. Сейчас отец все реже бывает дома, должность советника Императора отнимает много времени и сил.  Брат тоже присоединится к нему, когда закончит академию. Сейчас он учится последний год. Мой брат был полной копией отца. Светлые, почти белые волосы до плеч, ярко-голубые глаза и нос с горбинкой. Оба они крутились в политических кругах нашей империи. И только меня отец тщательно скрывал. Это я уже потом узнала, что каждый работник в нашем поместье дал клятву не распространяться обо всем происходящем в замке. Особенно выделил неприкосновенностью информацию обо мне. В общем, в стране, конечно, знали, что у первого советника Его Величества есть еще и дочь, но никто не знал, как она выглядит, сколько её лет и что она из себя представляет.