По морям по волнам. Часть 2

Размер шрифта: - +

Глава 18

 

— Великая Книга Книг, — громко, нараспев, читал Деннис. — Рассказывает нам следующее:

«Давным-давно в Бхенине не было рек. Вся вода в мире находилась в Великом Океане, и владел всей водой двоюродный брат Нефритового Императора — Бог Воды. Маленькие трудолюбивые люди рождались, прося пить, и умирали с этой просьбой. Природа не давала сочных плодов, и вокруг росли только жалкие колючки. Не было риса, и не было жизни. Но помимо Великого Яйца у Праматери Всего Сущего, Богини Гуань Инь, были ещё яйца, и она, в грусти от поступков своего старшего сына, который правил миром, любя мёртвых и не заботясь о живых, дала дыхание ещё четырём драконам. Так появились братья: Длинный Дракон, Жёлтый Дракон, Чёрный Дракон и Жемчужный Дракон.

Драконы любили жизнь и были дружны. Как-то раз, играя в облаках, Жёлтый Дракон посмотрел вниз и увидел умиравших от жажды. «Бедные маленькие люди», — подумал он и рассказал своим братьям. Опечалились драконы и полетели к своему старшему брату. Старший брат — Великий Нефритовый Император, обещал помочь. Но шли дни и месяцы, а воды всё не было. И тогда, братья полетели к Великому Океану и, набрав в нём воды, оросили землю и совершили чудо. На сухой земле родился Бхенин.

Посмотрел Нефритовый Император на землю и страшно разгневался. Повелел он прибыть в Пхаталлу своим братьям и заточил их в четыре горы, стоящие рядом с дворцом.

Узнала Светлая Богиня, как поступил сын, и превратила Длинного Дракона, Жёлтого Дракона, Чёрного Дракона и Жемчужного Дракона в четыре реки да выпустила их из темниц. Рассердился Нефритовый Император, но не смог помешать течению Великих Рек.

Когда он понял, что правит только миром мёртвых и не может влиять на мир живых, то отгородил Бхенин стеной и проклял всё живое. С тех пор, он собирает тех, за кого не кому бороться, и делает их своими рабами. Не может увидеть прекрасный Мир Нефритовый Император, грозно сидит он в неприступной Пхаталле, и нет спасения тем, в чьих сердцах пепел...».

 

— Не фига себе, сказочка! — сказал Теодор. — Жутковатенько. Хотелось бы думать, что мы прёмся не к этому чудищу...

— Хотелось бы, — подтвердил Станислав. — Но нам, ознакомившись с этим... Эээ... Эпосом, необходимо решить несколько других животрепещущих моментов. Где мы встанем на якорь? Сколько джонок наймём? Кто останется на галеоне? Кто приобрёл Бурого? Потому, что сказка сказкой, а цена ценой!

 

***

Я решил, что утро — понятие растяжимое, и начал его, как только пробило две склянки... Дома... Какое счастье! Вчера, мне было не очень хорошо, и внутри всё тряслось, и живот крутило, а сегодня... Сегодня, я хотел есть! Жизнь опять повернулась ко мне солнечной стороной, поэтому после пробуждения по знакомой дорожке, бегущей от каюты Теда, я отправился прогуляться в трюм и впервые посмотрел на него другими глазами.

Оказалось, что наш трюм — очень неплохое местечко, когда используешь его для весёлых походов, а не для жизни. В этом кладезе приключений моего детства имелся богатый выбор мешков с крупами, бобами, множеством мелких и крупных деталек, железок и тряпья. Мой путь пролегал между возлюбленными бочонками Гризли к месту моей силы — загончику с бирюзовыми клушами. Они дремали. Но, вот-вот должны были, близоруко щурясь, рассмотреть «покупателя» и, разбегаясь, интригующе кудахтать и трястись.

Но что-то мутное и противоречащее моей охотничьей натуре появилось в душе. Хьюго! Куролюб вчера спас меня! Вот наглец! Как я теперь смогу порезвиться с пернатыми девчонками? Эта мысль ударила в голову и с силой бросила мой зад на деревянный настил! Мерзкий любитель петухообразных, все-таки добился своего! Так, в целом такое приятное место, резко потеряло свою привлекательность.

На обратном пути, так и не потревожив перьевые мешки, я случайно набрёл на хорошо выдержанный крысиный трупик. Ну хоть что-то! Уделив особое внимание местам за ушами и в межлопаточной области, от души повалялся. Больше находиться в трюме не было необходимости — пришлось отправиться будить кока.

Он благосклонно принял раннюю побудку и, кинув в меня ключом, повернулся на другой бок. Пришлось обернуться и навести порядок в камбузе. Что было, то и съел. Негусто!

Выяснилось, что от такого количества еды я отвык, поэтому какое-то время периодически маялся животом. Когда же, наконец, солнце включило отопление на полную катушку, я закончил сиесту и оставил, использованную вместо подстилки Полинину шаль.

Но тут в мои планы ворвался отдалённый разговор, вникнув в который я расстроился! Капитан и графиня, приплетя аромат дохлой крысы, совместно, не противореча друг другу, отдавали странные распоряжения. Я невольно попятился, но уткнулся в стенку, а меня, схватив за лапы, потянули два дюжих моряка, которые с цыканьем и смешками затолкали в огромную лохань, гордо именуемую ванной.

Вспоминать, что произошло дальше — неприятно. Они мылили, мочили, поливали, полоскали и снова пачкали мылом! Затем, Станислав приказал обернуться, и пытку повторили. Но это было только началом! Меня подстригли в двух ипостасях, а в довершение экзекуции, выделили опасную бритву, приказав поскоблить морду. Голого и расстроенного меня скептически осмотрели и разрешили позавтракать! Кошмар!

 

***

Согласно лоциям, «Морской Мозгоед» мог углубиться внутрь территории километров на сто. Дальше его продвижение было бы остановлено порогами и мелями. Поэтому, войдя в устье Жёлтой реки, они встали на якоря и занялись приготовлением к экспедиции вглубь страны.

Спасателям невероятно повезло, на стоянке рядом была пришвартована небольшая паровая яхта. Выяснилось, что она принадлежит Бритландскому торговому дому и не используется. После двух дней витиеватых переговоров яхта была зафрахтована, и оставалось лишь позаботиться о быстром переоборудовании судна.



АИ

Отредактировано: 12.01.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться