По острию сна

Размер шрифта: - +

Глава 1. Близнец реальности

«Это как два человека играют в карты.

Только на трех столах сразу.

И количество карт в колоде неизвестно: там может быть, например, пять пиковых тузов, но ни одной бубновой десятки.

И правила игры по ходу меняются.

И ни один из игроков не знает точно, кому в конце отрубят голову – победителю или побежденному.

Вот и сиди себе играй».

На вводном коллективном занятии каждому из нас первым делом велели описать свое понимание логики и законов Той стороны. Те двадцать человек, что сидели за партами в небольшой, но светлой и хорошо кондиционированной комнате, один за другим утонули в своих мыслях. Было похоже на то, как команда пловцов по очереди прыгает в воду. В темную неспокойную воду.

Первым за трибуну вышел мой сосед по парте и вслух зачитал с планшета свое определение.

Как удобно, что помещение, в котором проходят наши занятия, больше похоже на конференц-зал, чем на школьный класс. Когда в школе меня вызывали к доске, меня словно бы заставляли покинуть укрытие и выставить себя, как мишень, на всеобщее обозрение. Я стояла одна против всех, с беззащитно пустыми руками, и забывала о главной цели своего появления здесь – ответить выученный урок.

Трибуна же действует наоборот: поднимает выступающего на пьедестал и закрывает его до груди, давая ему преимущество над остальными, которые сидят за низкими столами. Перед ним предупредительно выгнулся микрофон, на него направлен дополнительный свет. Внимание, как к королевской персоне.

«Та сторона на первый взгляд кажется страной снов, придуманным миром, который живет только в воображении спящего. Когда выясняется, что это не плод твоих фантазий, а объективно существующий пласт реальности, в это сложно поверить. Та сторона – это особое измерение нашего бытия, которое пускает к себе не всех».

Ого. Девочка в прошлой жизни явно занималась наукой. Может, философией. Мы в шутку делим свою жизнь на “до” и “после” Ритрита. Слишком уж резким поворотом судьбы стал переезд в это затягивающее, магнетическое место.

Все мы попали сюда более-менее случайно. Из тех двадцати человек, что сейчас сидели в классе, двенадцать в свое время были сотрудниками или клиентами заведения. Остальные восемь были найдены скаутами Ритрита за его пределами и приглашены на обучение. Инструментом поиска для скаутов служила социальная сеть Trulfy, которая обращает эмоциональные и ментальные способности пользователей в завораживающие динамичные картины. Но к Trulfy я еще вернусь в своем рассказе.

Я, до того как переместилась за парту, работала тут тренером по стрейчингу. Утром и вечером проводила классы на открытом воздухе, помогая гостям размять мышцы, снять напряжение с позвоночника, уменьшить в объеме перекачанные бицепсы и четырехглавые мышцы.

Меня выловили ночью на пляже, под дождем. Я тогда споткнулась о невидимую в темноте ногу чернокожего ментора по имени Кикко. Я брела, подавленная отчаянием и эмоционально растерзанная, так что подцепить меня на крючок новых перспектив и радикальной смены образа жизни было нетрудно.

«Та сторона – это близнец нашей реальности, у которого глобально сбился эквалайзер. Там все так же, как у нас – только непредсказуемо смещены границы возможного и невозможного, простого и сложного, похвального и наказуемого».

За трибуной стоит парень, работавший в Ритрите сисадмином. Неудивительно, что у него прошла такая техническая аналогия.

Мы едва знали друг друга. Распорядок жизни в Ритрите был организован так, что даже постоянно проживавшие на его территории сотрудники редко встречались друг с другом – если только не жили в одном домике. Я, например, из всего класса хорошо знала только одного человека – он как раз-таки был моим соседом по домику, а до начала обучения работал поваром.

Общаться было трудно еще и потому, что нас - всех учеников - лишили имен. Привилегию носить индивидуальное имя имели только менторы. И мой кот, Грабабайт, выуженный с Той стороны и служащий мне советником и проводником по тому отчаянному, сумасбродному миру.

Мы не имели права обращаться друг к другу иначе как на «ты», «он» или «она».

Имена предстояло заслужить.

- В процессе обучения вы будете накапливать баллы, - рассказала нам на вводном занятии Эмма, ментор с сухим восточным лицом и сияющими волосами цвета воронова крыла. – Как только наберете определенное количество – оно для каждого рассчитывается индивидуально – будете приглашены на экзамен. Сдадите экзамен – получите имя. Не сдадите – покинете Ритрит и тоже получите имя. Вернее, если покинете, просто возьмете себе назад то имя, которое было при вас до пересечения порога нашего замечательного заведения.

Глядя на Эмму, никогда не подумаешь, что она трансгендер.

Но я этот секрет знаю.

Я вообще знаю чуть больше, чем положено.

Хотя и не стремилась к этому знанию намеренно.

“В мире нет противостояния добра и зла. Есть только вечная борьба рационального с иррациональным. Иррациональное так же неизбежно и болезненно притягательно, как челюсти крокодила и центростремительная сила водоворота. Та сторона - высшее проявление иррациональности”, - вдохновившись образными и интеллектуальными речами предыдущих ораторов, выдала невысокая девочка в легинсах и черном топе. Она уцепилась за трибуну на грани панической атаки от боязни выступления на публике.

Если фобия не исказила мне память, это была я.



Рита Агеева

Отредактировано: 03.01.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться