По тонкому лезвию мести

Размер шрифта: - +

Глава 5.1 "Незнакомец. Странное чувство"

   Двенадцать лет спустя.

   — Папа!!! — яростно вопила миловидная девушка восемнадцати лет от роду, влетая в резиденцию, подобно маленькому блондинистому урагану, и крепко удерживая брыкающегося парня у себя за спиной. — Минато подглядывал за мной, когда я была в душе! — И словно бы в доказательство своих слов она предъявила родителю полностью покрасневшего до кончиков ушей белобрысого мальчишку, всеми возможными жестами пытающегося доказать свою полную непричастность ко всем обвинениям.

   Звук падающей челюсти шестого Хокаге заставил куноичи победно улыбнуться.

   — Что ты делал, Минато? — шокированно переспросил Наруто.

   — Ми… ми… ми… — начал заикаться тот, ощущая на себе всю тяжесть отцовского недоумения, — Мидори всё врёт! Не такая уж она и привлекательная, чтобы подглядывать за ней! — на одном дыхании выпалил Минато, посылая гневный взгляд своих синих глаз в сторону сестры.

   — Что-о-о?! Да ты просто злишься, что единственный бьякуган не унаследовал! — воскликнула Мидори в негодовании, сжимая миниатюрные ладони в кулаки.

   — Да нахрена мне ваш бьякуган? Я в папу пошёл, понятно?! И расенгану папа только меня научил, понятно? — Он так же сжал кулаки и, не найдя слов получше, добавил остервенелым ором: — Накося выкуси, уродина!
   

   Вены на щеках куноичи стали медленно взбухать, активируя клановое додзюцу, и, не мешкая больше ни секунды, она кинулась к брату… Ситуация накалялась до предела и грозила перерасти в масштабную потасовку, поэтому вмешательство стороннего наблюдателя, коим и являлся достопочтенный глава деревни, а по совместительству отец этого безумного семейства, было просто необходимым условием для предотвращения братоубийства.

   — А ну молчать!!! — сорвался Наруто, яростно разнимая старшую дочь и среднего сына. — Вы что это, совсем не понимаете, что папа занят, папа ра-бо-та-ет! — Схватив обоих за шкирку, он хорошенько их потряс. — Минато, нельзя так говорить про сестру. Мидори, не дразни его лишний раз!

   Неугомонные дети Хокаге насупились и отвернулись друг от друга, заслуживая тем самым раздражённый вздох со стороны отца. Спустя пару секунд, сердито нахмурившись, Шестой выпустил непутёвых отпрысков из своего захвата, начиная яростно, и оттого неприлично звонко, вышагивать по паркетному полу родного кабинета.

   — Ну почему? Почему вы не можете взять пример с Джирайи? — запричитал Узумаки-старший, безостановочно качая белокурой головой. — Он, конечно, самый младший, но… — и опять его голос сорвался на крик, — почему-то самый спокойный из вас, даттебайо!!!

   Тело Шестого охватило пламя, что говорило о непроизвольном переходе в режим Девятихвостого, а это, в свою очередь, означало лишь одно: Он. Был. Зол. Неимоверно зол. Просто-таки абсолютное зло в человеческом обличье.

   Быстро смекнув, что разнервировали отца не на шутку, Мидори и Минато оперативненько ретировались из кабинета прямиком в коридор, естественно, зная все закидоны своего не вполне обычного родителя. Никто из них не хотел попасть под горячую руку джинчурики, а благодаря звукам чего-то ломаемого, доносившимся по ту сторону двери, они лишний раз убеждались, что смылись как нельзя вовремя. Прислонившись к стене и напряжённо вслушиваясь в каждый треск и удар в кабинете, неугомонная парочка очень надеялась, что вскоре их отец всё-таки сможет прийти в норму.

   — Кажется, опять придётся делать ремонт, — тихо промямлила Мидори, виновато сдвинув брови к переносице и закусив нижнюю губу. — Зря мы его злим постоянно…

   — Да уж, это точно, — тихо вторил ей Минато, но уже через секунду, довольно ухмыльнувшись, произнёс: — Я же говорил, что папа не станет меня наказывать. — И, сделав несложные манипуляции руками, будто бы создавая расенган, запулил воображаемой техникой в сестру. — Страшилка.

   — Пф-ф, — сердито фыркнула куноичи, понимая, что их временное перемирие закончено. — Извращенец мелкий!

   Активировав свои глаза, она яростно подлетела к брату и, заблокировав несколько точек потока чакры, полностью вывела его правую руку из строя.

   — Ах ты скотина! — взревел Минато. — Я всё маме расскажу! Она же запретила тебе такое делать! Запретила! Правило номер один! Самое важное правило! — Сейчас молодой шиноби больше походил на визжащую неуравновешенную барышню, которая балансировала на грани истерического обморока, нежели на сына знаменитого шестого Хокаге. — Готовься к неделе домашнего ареста, — закончил он уже совершенно осипшим голосом, потому как голосовые связки были безбожно сорваны. В последний раз зыркнув на сестру испепеляющим взглядом, Минато поспешил удалиться, судорожно разминая пострадавшую руку.

   Мидори зло цыкнула ему вслед, дескать, не пугай пуганных, однако же спустя мгновение уже глубоко сожалела о содеянном. Несомненно, ей здорово влетит за подобное от матери. И это являлось неоспоримым фактом.

   Правило номер один семьи Узумаки, самое важное из всех существующих правил, звучало так: «Применять бьякуган к членам семьи, не имеющих этого додзюцу, а это были отец и Минато, строго-настрого запрещено».

   При нарушении данного пункта домашнего кодекса «преступник», вне зависимости от его возраста и звания, действительно карался недельным арестом в собственной комнате. Это было золотым правилом их семейства, и именно его-то она и нарушила. Очень неосмотрительно нарушила. Мидори тяжко вздохнула, нещадно ругая себя за свою же несдержанность и импульсивность. Ну, а что она, в принципе, могла с этим поделать? Какая уж уродилась!



Decoysie Linden

Отредактировано: 17.05.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться