По ту сторону глаз

Размер шрифта: - +

глава восемнадцатая

Этот звук начинал действовать мне на нервы. Сначала он казался таким далёким, но с каждой секундой он слышался всё громче и громче и в конце концов вырвал меня из пустого сна. Я открыла глаза, щурясь от дневного света, и увидела Алана. Он сидел в кровати, а на его коленях был ноутбук, по клавишам которого он бодро бил пальцами.

— Какого хрена... — простонала я, чувствуя явное недосыпание.

— Поднимайся и сияй, — без капли энтузиазма отозвался Алан. Он хмуро пялился в монитор, время от времени что-то печатая.

Я потянулась, стараясь избавиться от оков сна.

— Один мудрый человек сказал мне однажды, что будить людей это кощунство, — проговорила я ещё вялым голосом. — Советую тебе к нему прислушаться.

— Я тебя не будил, — всё так же равнодушно бросил Алан.

— Зато стучал по клавиатуре, словно молотками по голове!

— Молотками? — Он наконец посмотрел на меня, выражая недоумение.

— Ну да, знаешь, такими маленькими и надоедливыми, — попыталась объяснить я, вставая с кровати. Я обернулась в одеяло и направилась в ванную, пару раз споткнувшись об него и чуть не упав. Я услышала за спиной смешок.

— К чему такие сложности, дорогая? У тебя нет ничего, чего бы я не видел. К тому же это даже не принадлежит тебе.

Это было неприятно, но Алан прав. С чего бы мне стесняться? И тут события прошлого вечера обрушились на меня. Может, потому, что Алан видел настоящую меня?

Ох, тут я вспомнила и его признания, которые сжали сердце. Я поспешила в ванную, захлопывая за собой дверь. Я прижалась к ней спиной, стараясь перевести дыхание, но грудь так бешено поднималась и опускалась, словно я пробежала десятикилометровый марафон.

Судя по его сегодняшнему настроению, он сам не рад, что сказал мне об этом. Что ж, делать вид, что ничего не было, я умею лучше всего. Особенно хорошо я могу игнорировать свои чувства.

Оставленная вчера здесь одежда здорово пригодилась. Я переоделась в джинсы и кофту. Умылась, почистила зубы и почувствовала себя немного лучше. По крайней мере, готовой убраться из этого места.

Когда я вышла из ванной, Алана на кровати не оказалось. Секундная паника пропала, когда я заметила его у входной двери. Кого-то поблагодарив, он развернулся ко мне с квадратной картонной коробкой в руках.

— Пицца на завтрак? — спросила я.

— Какие-то возражения? — бросил Алан, проходя мимо меня к маленькому столику.

— Против пиццы? Никогда! — голод добавил энтузиазма моему голосу.

Мы устроились за столиком, набросившись на еду. Последний раз мы ели в какой-то забегаловке за тридцать километров до мотеля. Мы были настолько увлечены поеданием пиццы, что никто из нас даже не собирался разговаривать. Так мы позавтракали во взаимном молчании и идиллии. Хотя с последним я погорячилась. Алан выглядел отрешённым, он избегал моего взгляда, и наше молчание сохранилось вплоть до момента, как мы сели в машину.

Мне хотелось, чтобы земля разверзлась, и я провалилась сквозь неё. Я знала, что его вчерашнее признание не приведёт ни к чему хорошему. Теперь посмотрите на нас, утопаем в неловкости и взаимном игнорировании. Не представляю, как проведу с ним в машине ещё пару дней.

— Это всё, конечно, очень не точно, — вдруг заговорил Алан хрипловатым голосом. — Но по крайней мере имеет научную основу…

Я не стала реагировать на его слова, продолжая смотреть на дорогу и давая ему возможность продолжить.

— Вчера я говорил тебе о параллельных мирах… И был не так уж неправ. Существует некая теория струн, — объявил парень.

— Струн? — переспросила я, поддавшись любопытству.

Алан коротко кивнул, не отводя взгляда от дороги.

— Чтобы было понятней, начнём издалека. Мы, как известно, существуем в трёхмерном пространстве.

— Высота, ширина и длина, — проговорила я, давая понять, что понимаю, о чём он говорит. По крайне мере, пока.

— Именно. Однако теория относительности утверждает о существовании четвёртого измерения — времени.

— Да-а… — протянула я, всё ещё не понимая, к чему он ведёт.

— Так вот теория струн подразумевает гораздо большее количество измерений. Представь, что точка — это нулевое измерение. Отрезок — уже второе измерение, обладающее длиной и шириной, но не объёмом, который мы получаем в третьем измерении. Так вот наше четырёхмерное пространство существует в виде одномерной точки, которую перемещает в двумерную плоскость пятое измерение, — парень бросил на меня быстрый взгляд, убеждаясь, что я ещё не потеряла ход его мыслей. — Знаешь трюк с листком бумаги? Чтобы как можно скорее добраться из одной точки в другую…

— Лист нужно сложить пополам, соединив эти точки, — нетерпеливо продолжила я. — Да, это я тоже знаю.

— Правильно! — согласился Алан, не обращая внимания на мою нервозность. — Если согнуть двумерную плоскость, мы получим шестое измерение, благодаря которому вся эта конструкция получит объём.

— То есть, это как третье измерение, только на другом уровне? — уточнила я.

Алан коротко кивнул.

— Раз мы оба с тобой не физики, давай допустим такую формулировку.

— Хорошо, — я поёрзала на сидении, оттягивая ремень безопасности. Если бы в школе физику преподносили так же интересно, а особенно если бы такие же учителя, этот предмет стал бы моим любимым. — Но я никак не могу понять, каким образом это объясняет мою ситуацию?

Брови Алана сдвинулись к переносице.

— А вот здесь начинается самое сложное. Мы подобрались к седьмому измерению. Оно представляется в виде новой прямой, состоящей из шестимерных вселенных в виде точек, улавливаешь? — деликатно поинтересовался он.



Ana Vogel

Отредактировано: 24.06.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться