По ту сторону Солнца 2 том

Глава 55. Еще больше тайн

Ночь сменилась днем, день — ночью, и снова ей на смену пришел день.

— Вон та ловушка самая дальняя, — сквозь пелену забвения послышался женский голос.

— А чаво сама не поглядела? — окончательно вернул в реальность знакомый бас.

— Боязно, — тихо ответила женщина.

— И давненько он там? — поинтересовался Жак. В том, что это именно он, я уже не сомневалась.

— Третий денек пошел.

Голоса приближались.

— Помогите! Жак, миленький, — еле слышно пролепетала я.

— А если добрый человек расшибся? — укоризненно сказал он.

— Так боязно, — оправдывалась женщина.

— Ну и кто тута? — грозно спросил Жак, подойдя к краю ямы. — Ой, девка, ты что ли? — радостно спросил он.

Собрав все силы, у меня получилось издать короткий глухой звук:

— Я.

— Вот ты бедовая, — покачал он головой, — чаво разлеглась? Подымайся, доставать буду.

— Шевельнуться не могу, больно очень, спиной ударилась.

— Больно говоришь? Погодь, лестницу принесу. А ты пригляди за ней, — обратился он к женщине. Она показалась и, увидев меня, ойкнула.

Волосы, собранные на затылке, открыли ее круглое лицо и пухлые щеки. Большая грудь начиналась прямо под ключицами, даже закрытая кофта не смогла замаскировать ее размер. Она испуганно смотрела на меня, прикрыв рот руками. Жак вернулся быстро и сразу же поставил лестницу в яму. Неуклюжий как медведь он спустился вниз и присел на корточки возле меня. От него пахло костром и травами.

— Повернуться на живот могешь? — спросил он, осматривая мои руки и ноги.

— Попробую, — ответила я и попыталась приподнять правый бок. Огненными стрелами боль пронзила позвоночник вверх и вниз от поясницы.

— Терпи, — произнес Жак и быстро, но аккуратно перевернул меня. Из глаз потекли слезы, а мышцы превратились в камень. Жак задрал кофту и приспустил штаны. Сопя, он начал прощупывать каждый позвонок. Ловкими движениями пальцев, он со знанием дела перебирал косточку за косточкой. А когда я вскрикнула от резкой боли, остановился.

— Вот оно где.

— Перелом? — спросила я.

— Не-е, — ответил Жак и надавил на болезненную точку. Перед глазами потемнело, и я отключилась. Кратковременная потеря сознания осталась незамеченной, Жак как ни в чем не бывало продолжил прощупывать позвонки.

— Ну-ка шевельнись легонько, — с опаской произнес он. Я зажмурила глаза и три раза глубоко вздохнула, приподняла плечо и уперлась рукой в землю. Убедившись, что боли нет, следующее движение я сделала уже смелее. Так совершенно безболезненно я повернулась на бок, а затем и села. Жак расплылся в улыбке и с важностью пригладил усы. Я осторожно потрогала поясницу и вздохнула с облегчением.

— Жак, это ты яму выкопал?

— Угу, — смутился он.

— Кого ловишь?

— Звери всякие наведываться повадились, вот и накопал. Баба, вон, боится одна оставаться, — он кивнул головой в сторону женщины, молча наблюдавшей за нами. — По первой не ходил никто, а теперь идут и идут, будто прикормили их тута. Ты лучше расскажи, как нашла меня?

— По карте, — растерянно произнесла я, понимая, что Жак меня не ждал и карту не рисовал, — на двери карта. На двери того дома, где мы с тобой последний раз виделись. По ней я и дошла сюда.

— Странное дело, — почесал затылок Жак, — и сколько деньков шла?

— Пять почти, — ответила я.

— Странное дело, — повторил он. — Могешь вспомнить какой тропой шла?

— Конечно, я ж наизусть дорогу выучила, прежде чем идти.

Я начала, и Жак прервал сразу, как я произнесла первый пункт на карте после ямы.

— Два пня, говоришь, — загадочно протянул он. — Близко к ним подходила?

— Близко, конечно. Я на один даже присела, чтобы отдохнуть.

— А потом что? — испугался он.

— А потом пошла налево искать пещеру, — ответила я, не понимая, что вызвало у него такую реакцию.

— А потом?

Про холм и поляну Жак слушал не перебивая, только удивление на его лице приумножалось с каждым моим словом, будто я рассказывала о подвигах Геракла, а не о своем походе к его дому.

— Дерево сломанное? — прервал своим вопросом Жак.

— Да, я на нем и переночевала.

— Туман был вокруг? — как следователь поинтересовался он и прищурил глаза.

— Не помню, вечерело уже, — ответила я. Жак недоумевая посмотрел вверх на женщину, та качала головой, словно не верила моим словам. Не понимая их странной реакции, я продолжила про ручей и горку из которой он вытекает. Когда дошла до ямы, Жак меня уже не слышал. Он то и дело поглаживал усы и чесал затылок.

— Так-так, — наконец произнес он, поняв, что я жду объяснений, — давай-ка выбираться отсюда. Я взяла его за руку и, спросила:

— А ты мне ничего не расскажешь?

— Негоже гостей в яме-то держать, да языком чесать, — произнес он и поправил лестницу. Я осторожно встала на ноги, потопталась на месте. Чувствовалась только слабость, и восхождение наверх далось достаточно легко. Лишь пару раз я оступилась, ставя ногу мимо перекладины. Следом поднялся Жак, водрузил лестницу на плечо и двинулся к дому широким шагом. Я не поспевала за ним и отстала на несколько метров. Женщина же намеренно замедлила шаг и шла позади меня. Я почувствовала себя провинившимся ребенком, непонимающим в чем его вина. Добираясь к дому, Жак петлял, обходя невидимые моему глазу ловушки. Попасть снова в одну из них мне не хотелось, и я старательно повторяла его путь.