По законам звездной стаи

Размер шрифта: - +

4. Егор

Снег валил уже третий день подряд. Зима, как водится, нагрянула для москвичей неожиданно. Ей было безразлично, что мэр в неизменной кепке оказался совершенно не готов к ее приходу. Зима не поставила его в известность, и явилась в декабре, запоздав на полмесяца. Снегоуборочная техника справиться с последствиями не смогла, оттого город потонул в пробках.

Егор раздраженно барабанил пальцами по рулю, глядел в окно и молчал. Работы было много, он катастрофически не успевал ничего делать. Алла, сидевшая рядом, попользовалась паузой и сосредоточенно красила левый глаз. А снег все валил и валил, превращаясь на дороге в шоколадную кашу.

Когда Алла впервые увидела Егора на съемках ролика, ей и в голову не могло придти, что спустя какой то час, она не сможет глаз оторвать. Поначалу ничего, кроме раздражения и жалости он у нее не вызвал: промерзший, промокший, с красным носом, с которого текли сопли, он казался жалким. К тому же в павильоне было довольно темно. Разглядеть вне освещенной съемочной площадки что-либо еще было довольно тяжело. Утащив Егора подальше от актеров и психующего режиссера, Алла напоила горячим чаем.

-Спасибо, - поблагодарил Егор, обхватив кружку дрожащими ладонями. – А булочки нету?

-Есть, - сказала Алла. Булочек было не жаль. Сегодня их закупили в большом количестве, вот только есть никто не хотел. В перерыве народ налег на водочку, греясь. В нетопленном павильоне «Мосфильма» водка была единственным спасением, поэтому пили все, не стесняясь. В конце концов, это всего лишь рекламный ролик, а не эпическая драма с костюмированным балом. Никого особенно не волновало, что получится в итоге. Клиент попался не слишком взыскательным. Единственное его требование, чтобы в ролике снималась Голубева, было удовлетворено, а дальше – хоть трава не расти. На декорации сэкономили, воспользовавшись уже использованной для съемок какой-то романтической мелодрамы. Деньги, забитые для этой цели в смете, поделили между собой наиболее ушлые. В итоге все были счастливы и довольны. На водку хватило, на ресторан после съемок тоже, и даже на кое-какие безделушки от Тиффани директору студии перепало.

Егор схарчил булочку, точно у него месяц не было во рту маковой росинки. Алла сперва смотрела, как он ест: алчно, быстро, как хищник, время от времени запуская в волосы руку, дабы откинуть назад длинные черные пряди, а потом она посмотрела в его темные глаза.

Все разговоры о любви с первого взгляда, когда люди, останавливаются, точно пораженные молнией, увидев друг друга, всегда казались Алле вымыслом. Ну, встретились, ну поговорили… Сходили в кафе, на дискотеку, потанцевали, прижимаясь друг к другу, ощущая сладкое томление внизу живота и жар кожи. Потом горячечный секс, может быть, даже несколько раз за вечер… Потом попытка организовать совместный быт  и нудное привыкание друг к другу. Она разбрасывает колготки в спальне, он не опускает крышку унитаза и забывает закрутить тюбик зубной пасты. Через несколько месяцев они, строя романтические планы, собираются в Турцию или Египет, предвкушая какое-то подобие свадебного путешествия, ведь о браке оба думают с опаской. Проведя десять дней в одном номере, они к ужасу своему понимают, что совершенно не готовы к семейной жизни, уж друг с другом точно. По дороге обратно, просидев на жестких стульях аэропорта три часа, они высказывают друг другу накопившиеся претензии, потом три с лишним часа в самолете, ночные огни за иллюминатором, остывший обед, поданный судорожно улыбающейся стюардессой, и по приезду на родину волна раздражения прорывается в очереди на паспортном контроле. Такси, дорога, съемная квартира – и два ставших чужими человека, осознавших, что вместе проведенная ночь – еще не повод для знакомства. Они встретятся снова через год, запоздало удивляясь, как могли быть такими безрассудными раньше, понимая, что сейчас никогда в жизни не оглянутся на недавнего спутника жизни. В голове забьется мысль: где были прежде мои глаза? Она – не принцесса, он – не Лео Ди Каприо. Она – брюнетистая дылда, спотыкающаяся о собственные ноги, он – невзрачный пегий инструктор по фитнесу, все достоинства которого заканчиваются после описания могучей тушки. И горькое понимание: я никогда не хотела бы быть рядом с этим человеком, и никогда не была бы, если бы тогда не выпила махито сверх нормы.

Разглядев Егора, лукаво пялившегося на нее поверх дымящейся кружки, Алла почувствовала, как подкашиваются ноги. Нет, если бы кто-то назвал это любовью с первого взгляда, она рассмеялась бы ему в лицо. Но, чего греха таить, сама она понимала: рядом находится то, чего она хочет больше всего на свете. Хочет, несмотря на то, что шансов то, собственно, немного, если судить по его шмотью, небрежно болтавшимся на руке часам от Baume&Mercier и замурзанным ботинкам, в которых даже под слоем грязи угадывалась внушительная цифра в условных единицах.

А он все смотрел и смотрел. Дурманящим бархатным взглядом, от которого становилось нехорошо, руки цепенели, колени тряслись, а соски твердели, потому что в голове мелькали картинки, которые и порнографией назвать было стыдно. Он наверняка понимал мощь своей харизмы, потому что временами, под масляной пленкой извечного мужского желания проглядывала насмешка, злая и жестокая…

Егору же, околевшему от холода, в первый момент было не до амуров. Прождав Голубеву на улице под проливным дождем, он продрог до самых костей, и если о чем-то мечтал, то только о горячем чае, лучше с лимоном и коньяком. Потому на Аллу он первое время не обращал никакого внимания. Однако съемки ролика все затягивались и затягивались. Съев еще одну булочку, он, наконец-то, посмотрел на девушку.



Георгий Ланской

Отредактировано: 28.03.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться