Под Сенью Тёмных Богов

Размер шрифта: - +

Глава 7 С надеждой на отраду

Глава седьмая

С НАДЕЖДОЙ НА ОТРАДУ

 

Ранее утро пятого дня Багрового Урдана Священной Коранты для Томирис началось с неожиданных хлопот. Верный себе, дядюшка Кадар всё провернул по-тихому, лишний раз подтвердив своё прозвище. Царевна не знала, чего ему стоило убедить отца отпустить её с ним в его родовую вотчину, но была уверена, что разговор у них состоялся долгий и не простой. Ведь теперь уже скоро – через Урдан-другой должен прибыть ненавистный жених, а значит отец ни за что не станет подвергать хоть малейшей угрозе свои замыслы. Раньше Томирис как-то не задумывалась, насколько дядюшка влиятелен, теперь же это стало понятно ей со всей очевидностью. Он мало того, что убедил отца отпустить сосватанную царевну на несколько дней из столицы, так ещё и провернул всё так, что во дворце этого не заметили, пока она не оказалась за пределами врат верхнего города. Да к тому же Тихоня настоял, чтобы Томирис не разъезжала в царской колымаге, чтобы за ней не увязалась приглядывающая свита, да и Ташья была оставлена во дворце.

Вместо роскошной, изукрашенной золотом колымаги, запряжённой шестёркой белых коней, царевна начала путешествие в простой крытой коляске. Вместо сотни конных стражей – десяток воинов во главе с Лугом. Несколько заводных кобыл и столько же вьючных – вот и весь отряд, что повёл с собою Тихоня. При этом, по его настоянию, и сама Томирис оделась в простой дорожный наряд, и Луг с его бойцами облачились в простые доспехи, не выдающие их принадлежности к царской страже.

Томирис знала, что отцу дядюшка сообщил о намерении навестить могилу её матери, что покоилась в родовой усыпальнице в вотчине Тихони. В общем-то, царевна навещала могилу ежегодно и следующий раз намеревалась посетить её к годовщине смерти, что исполнится через три Урдана. Но возможно, именно из-за этого срока отец и отпустил дочь, ведь в его расчётах, спустя три Урдана Томирис должна будет уже находиться за пределами Хирканского Царства. Царевна не знала, права ли в своих предположениях, но даже если дядя нашёл для отца иные доводы, её это не волновало. Главное, что дядюшка изобрёл способ исполнить обещание. И теперь запряжённая в коляску двойка вороных кобылиц несла девушку навстречу надежде.

Путь отряда лежал в дивлинский урез, что с  северо-запада соседствует со столичным, но в отличие от последнего, земли под управлением славного града Дивлин необычайно обширны и простираются далеко вглубь страны. Но земли те сколь обширны, столь и слабо заселены. Большую их часть покрывают дремучие леса, обступающие местами старое нагорье с дикими равнинами. Дивлинские горы во всех справочниках по землеописанию значатся как очень древние, имеющие возраст тысячи тысяч лет. В некоторых книгах утверждается даже, будто некогда эти горы были островами, а все остальные земли лежали под толщами морских вод.

Первые полдня пути Томирис думала о предстоящем и просто таращилась в окошко, где мимо проплывали убранные к зиме пажити, да угадывались вдали деревни. Иногда вблизи дороги показывались обнесённые частоколом полковые станы отцовских войск, иногда попадались придорожные корчмы и конные стоянки, где вестовым или глашатаям можно было сменить усталых животных.

После полудня отряд остановился в корчме. Дерун – так звали воина, что сидел на облучке и правил вожжами, подвёл коляску к стойлу и занялся распряганием. Луг ушёл договариваться с хозяином, а Тихоня помог племяннице выбраться и повёл к открытой настежь двери. Раньше Томирис в подобных заведениях никогда ещё не бывала, путешествуя до этого в открытую и потому останавливалась вместе со свитой в любом из подвернувшихся имений, где царевне всегда оказывали достойные её положению почести. Теперь же, в обличии девицы из захолустного знатного рода, она во все глаза глядела по сторонам и многое казалось ей в диковинку.

Посетителей в корчме оказалось немного, в основном проезжие приказчики и ремесленники. Тихоня с племянницей обособились в дальнем углу зала, а Луг с бойцами заняли соседний стол. Поданную еду Томирис ела охотно, но без удовлетворения. Всё-таки она была царской дочерью и привыкла к иной пище. Тихоня же спокойно слопал две тарелки простой каши и грубо помолотый хлеб, запил всё это остро пахнущим травяным настоем и подначивающе посматривал на Томирис.

‒ Когда доешь, ‒ сказал он с улыбкой, ‒ четверть часа на отдых. И в путь!

Томирис покорно кивнула, задумавшись, как её дядюшка, Луг и остальные могут целый день проводить в седле. Сама она тоже могла бы ехать верхом, но прекрасно знала, что собственных сил хватит хорошо если часа на четыре. А дальше и слезть-то самостоятельно с коня не сможет.

Вторую половину дня в пути Томирис также безвылазно провела в коляске, ни разу не попросив об остановке, даже когда тело понемногу стало призывать справить нужду. За окошком бушевала гроза, а косые водопады ливня громко стучали по крыше. Всадникам, укутавшимся в плащи, ливень был будто нипочём. За окошком ветер колыхал кроны подступившего к дороге соснового леса и трепал ветви одиноко растущих ясеней. Созерцая непогоду, царевна переваривала в уме свои похождения в нижнем городе и давешний разговор с Иградой Корин. А когда на землю легли ночные сумерки, дождь кончился и в просветах туч показался серп Коранты.

Заночевать Тихоня решил на постоялом дворе.

Уставшая за день от постоянной тряски, царевна до ужина пробыла на улице, сперва разминая ноги, а затем просто наблюдая за прибывающими во двор всё новыми постояльцами. Сам ужин мало отличался от предыдущей кормёжки в корчме; она и Тихоня вновь обособились ото всех и царевна, борясь со сном, приговорила поданную снедь. Желала поговорить с дядей, но тот дал понять, что сейчас неподходящее время. А когда она уже готовилась ко сну в отведённой ей почивальне, в дверь постучали. На пороге стоял Тихоня.



Александр Валидуда

Отредактировано: 19.02.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language: