Под снегом дышит весна

5 О пишем, А в уме

Прихрамывая, Альбина зашла в дом и кинула сумочку в угол. Нагнулась, чтобы снять тесные босоножки, и тут же ощутила толчок в спину – сын Костик пробежал мимо неё в свою комнату.

– И куда это мы спешим? – с трудом удержав равновесие, она мрачно уставилась на отпрыска.

Костик притормозил на пороге, настороженно глянул на хмурую мать, оценивая её настроение и свои шансы, и, торопливо объяснил:

– Да я к Коляну забегу, он с машиной просил помочь. Я ненадолго, там делов на пару минут, у него просто задняя фара чудит. Быстренько посмотрю и домой.

– Никаких Колянов! – твёрдо заявила Альбина, рассматривая натёртые пальцы ног. – Выпускные на носу, а они носятся с этой машиной, как оголтелые. Я не пойму, для кого мы с отцом стараемся, такие деньги на репетиторов тратим? А Наталья Валерьевна, между прочим, многим помогла поступить. Что она сейчас сказала? Что тебе надо сидеть и корпеть над учебниками, если хочешь поступить в универ. Кому это надо, нам или тебе?

– Не мне, это точно, – тоскливо пробормотал Костик, поддевая ногтём кусочек отставших от стены обоев. Он уже понял, что мать явно не в духе. – Я бы лучше в каблуху пошёл.

– В каблуху бы он пошёл! – заметив выглянувшую из своей комнаты свекровь, Валентину Матвеевну, Альбина адресовала свои слова уже ей. – Вы только посмотрите на него! Мы стараемся, из кожи вон лезем, чтобы он мог получить высшее образование и достойную профессию, а он в каблуху хочет!

– Так, может, это мечта всей моей жизни! Может, мне нравится машины ремонтировать! – с вызовом прокричал Костик.

– Ничего ты в жизни не понимаешь, о будущем не думаешь. Это сейчас нормально, пока молодой, а вот будет тебе лет сорок-пятьдесят, вот тогда и оценишь нашу с отцом заботу, увидишь, что мы были правы. Твой Колька так и будет до старости под чужими машинами ползать да грязные железки перебирать. От запаха бензина не отмоется, так и будет ходить, вонять на всю округу.

– Да ну вас всех! – обиженно выкрикнул Костя и скрылся в своей комнате.

– А, может, пусть ковыряется в своих железках, коль ему так хочется? – тихо предложила Валентина Матвеевна, но слова прозвучали для Альбины, словно звучная пощёчина – хлёсткая и обидная.

– Как это? Что вы такое говорите? – выпучив глаза, смотрела она на свекровь. – А если он опять передумает? В пятом классе он всех «обрадовал» своим желанием стать ветеринаром, в седьмом уверенно заявил, что хочет быть слесарем, а сейчас вот автомехаником надумал. Выбор профессии – это серьезно, на всю жизнь. Нельзя относиться к этому так бездумно. Надо всё хорошенько взвесить и решить, где ему будет лучше.

– Да делайте, как хотите! Я просто так сказала. – Валентина Матвеевна устало взмахнула рукой и, грузно переваливаясь с ноги на ногу, побрела в кухню.

Альбина с триумфом бросила вдогонку, словно поставив жирную точку в разговоре:

– Вы своего сына даже в лагерь летом не отпускали и в институт его сами пристроили, вы же рассказывали! И Максим рад, что послушался вас тогда. Вот и мои дети поймут, когда вырастут, что я для них стараюсь!

Не ожидая ответа, она прошла в детскую. Тринадцатилетний Денис лежал на диване и сосредоточенно смотрел в учебник, первоклассник Лёва склонился над раскрытой тетрадью и аккуратно выводил в ней буквы. Увидев, что все заняты делом, Альбина прошла в ванную. Намыливая руки, заметила, что вода в ванне плохо уходит, и насупила брови. Заслышав же голос мужа, сделала глубокий вздох и схватила висящее на стене полотенце.

– Мам, сама посуди, мне что, в драку с ним лезть? Ну, задел он её случайно, с кем не бывает! К тому же он сразу принёс свои извинения и всё объяснил. А она прямо в магазине концерт устроила!

Альбина выскочила в коридор с перекошенным лицом.

– Не случайно он меня задел! Ясно? Не случайно! Я что, дура? Не могу отличить, когда случайно задевают или когда специально хватают за задницу? А извинился, потому что тебя увидел. Он же не знает, что это ты с виду такой грозный, а на деле даже не можешь жену защитить, когда её мужик какой-то лапает.

– И что я должен был сделать? – округлил глаза Максим и, ища поддержку, бросил растерянный взгляд на мать, но та, качая головой, зашла в свою комнату. – Морду ему набить? Мужик принёс свои извинения, сказал, что случайно. Думаю, этого достаточно.

Просвистевший затейливой птичьей трелью дверной звонок не дал Альбине ответить мужу, она угрюмо прошла мимо него к окну, на ходу поправляя растрепанные рыжие волосы. За обвитым диким виноградом забором застыла в ожидании учительница физики, жившая через два дома от них. Размышляя, кто из детей успел набедокурить на этот раз, Альбина поспешила на улицу.

– Здравствуйте, я к вам на минутку, муж ждёт в машине, – Маргарита Сергеевна, отказавшись войти в дом, сразу перешла к делу. – Денис вам уже рассказал, что произошло?

Альбина недоуменно покосилась на мужа, но тот смотрел на учительницу, явно не понимая, о чём речь.

– Вижу, что нет, – сделала вывод Маргарита Сергеевна. – Ваш сын сегодня после уроков устроил разборку с одноклассником на школьном дворе. Про причину драки они молчат, – учительница быстро вываливала на родителей подробности, а они стояли с глупыми лицами и внимательно слушали, хотя половина слов пролетала мимо ушей. – У Егора разбит нос, но дело могло быть намного хуже – мальчик мог неудачно упасть и разбить голову. Его отец этого так просто не оставит. Хотелось бы узнать, что вы думаете обо всём этом, ведь надо что-то делать, как-то решать вопрос.

Маргарита Сергеевна резко замолчала и явно ждала ответа, но Альбина не знала, как реагировать и стояла, переминаясь с ноги на ногу, как когда-то в детстве у доски.

– На занятиях он постоянно спорит с учителем, пререкается, – продолжила Маргарита Сергеевна, – перебивает и мешает вести урок. Я ему постоянно говорю, что дома он обязан подчиняться родителям, а в школе учителю, но он меня не слушает.

Автомобильный гудок вынудил Маргариту Сергеевну завершить монолог. Ещё раз повторив, что они обязаны принять меры, она сообщила обескураженным родителям, что ждёт их завтра с утра у себя в кабинете и, торопливо кивнув, поспешила к машине.