Под Золотыми воротами

Размер шрифта: - +

2

Белокурый воин медленно спускается по крутым небесным ступеням, в начищенном до блеска нагруднике и наручах брони играют солнечные блики, позади развивается алый корзень. Невозмутимый взгляд пронзительно-синих очей пробирает насквозь. Любим пытается подняться, чтобы лучше рассмотреть незнакомца, но у него ничего не получается, словно на грудь навалена груда камней.

- Эй, - слабо шепчут губы.

Незнакомец небрежно откидывает белесые кудри, легкая улыбка играет на умиротворенном лице.

- Ярополк, и ты здесь? – собрав силы, окликает его Любим и сам не узнает свой сухой голос.

- Какой я тебе Ярополк? – усмехается воин. – Не признал?

- Нет.

- Я Федор Стратилат, - наклоняется к Любиму незнакомец, - помнишь, меня язычники ослепили, а Бог исцелил?

«Федор Стратилат… как на иконе Федора Стратилата… где-то недавно слышал», - мысли путаются.  

- Я что же, умер? – спросил и замер в ожидании ответа.

- С чего бы это? – воин садится прямо на травяной ковер подле Любима.

«Какая мягкая трава, как на моем дворе. Может я дома? Вот же она под пальцами гнется и щекочет», - Любим улыбается.

- Я не умер?

- Нет.

- Ну так… святого… в-вижу, значит... – слова как и мысли сложно собираются в кучу.

- Да мало ли кто кого в беспамятстве видит, - еще ближе наклоняется небесный воин к Любиму, – ты вот, тезка, меня. Имя свое во Христе хотя бы помнишь? Венчался ведь недавно, как тебя в церкви прозывали? 

- Федором. Федор я.

- Устал, Федор?

- Я умру?

- Конечно. Все умирают, - воин срывает травинку, - а ты с мечом в руках умрешь, в бою… восемьдесят седьмое лето встретишь и преставишься.

Любим хохочет и чувствует резкую боль в подреберье: «Да нет, пока живой».

- Не веришь? – иронично поднимает бровь другой Федор.

- Не многовато ли?

- В самый раз.

- Нешто старцы в сечу ходить станут, а молодые на что?

- А молодые все полягут, град защищая, а ты невестку и правнука заслонишь, когда уж некому станет.

- От кого?

- От ворогов, мало ли ворогов у Руси.

- Это да, - вздыхает Любим и опять чувствует боль, - и сами мы себе вороги.

- Ну, бывай, Федор, да не гневайся, в гневе бесы сидят, ангелы - в прощении, - небесный воин делает взмах руками точно крыльями и пропадает, растворяясь, словно туман по утру. А был ли он?

 

Теперь под руками чувствовалось льняное полотно, в нос ударял приторно-медовый аромат свечей и терпкий запах пота, по вискам струилась прохладная влага, медленно стекая куда-то под шею, а в ушах звучал совсем другой голос – женский, надрывный, отчаянный:

- Господи, спаси его, спаси его!!! Молю тебя! Это я виновата, все я! Прости меня, спаси, исцели его! Исцели Любушку моего.

Что-то нежно коснулось кожи руки, еще и еще раз – это Марья целует ему руку, а вот она уткнулась в нее лбом и рыдает. Его курочка опечалена.

Любим медленно открыл глаза, прищурился, привыкая к свету: горница, вот знакомый узор на балке перекрытия. «Я дома». Он с трудом повернул к жене отяжелевшую голову:

- Не… н-н-не, - какое-то шипение вместо слов.

- Любушка? – подняла Марьяша заплаканное лицо, темная ночь залегла под ее опухшими веками.

- Не п-плачь, - выговорил Любим, хватая воздух губами.

- Любушка очнулся!!! Матушка, он очнулся!

Над Любимом появилось бледное лицо матери:

- Любушка!  

- Я ж говорила – очнется, а вы рыдали, что по покойнику, – это нянька ворчливо прикрикнула на хозяек, а у самой глаза встревоженные, отчаявшиеся.

- Пить, - еле слышно проговорил Любим.

- Сейчас, сейчас. Воды, быстрей!

Перед губами появился серебряный ковшик, вода показалась сладкой и приятно холодной. Любим сделал несколько жадных глотков, попытался подняться.

- Лежи, лежи, - Марья с матушкой разом стали укладывать его обратно.

В боку заныло, а при движении тело пронзила острая игла боли.

- И давно я лежу?

- Два дня в бреду, - Марья всхлипнула.

- Два дня?! А Рос-тис-ла-вичи?  

- Живы, живы, - поспешила успокоить жена, но по ее бегающему взгляду он сразу понял - она что-то недоговаривает.

- Сказывай уж, - попытался усмехнуться Любим.



Луковская Татьяна Владимировна

Отредактировано: 31.12.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться