Подарок судьбы, или билета назад не предусмотрено

Глава 20

Следующий день настал для меня в обед. Видимо вчера я очень сильно устала, поэтому организм решил проспать аж до двенадцати часов. Герта и Дель будить меня не стали и занимались вдвоем в парке. Когда практически последние этой осенью лучи яркого, но уже холодного солнца попали мне на лицо, я проснулась. Сначала я хотела еще немного поваляться в постели, а затем вспомнила про оперу и подскочила как угорелая: до приезда Дитриха осталось несколько часов, а я совершенно не готова и даже не начинала собираться. 

Видимо подумав также, в этот момент в комнату осторожно вошла Герта. 

--Госпожа, вы проснулись! А я хотела вас будить. Куда вам подать завтрак? 

--На террасу, пожалуйста. 

Пока готовился завтрак, Герта помогла мне быстро собраться, и после мы пошли на террасу. Выйдя туда, я увидела, как за столом сидит Дель и с рук кормит Пломбира сладким. 

--Привет, сластены! 

--Эль! Добрый день! Герта сказала, что вы с папой идете в оперу. Можно я помогу тебе собраться? 

--Конечно, малышка. Но сперва завтрак. Скажи, вы сами-то давно кушали? Может быть, пора вновь перекусить? 

--Оо, нет, мы завтракали недавно. Хотя от пироженого я бы не отказалась. 

--Хорошо, будет тебе пироженое. 

А после завтрака в кругу Дель, Герты и Пломбирчика началась подготовка к предстоящему вечеру. Описывать все действия не буду (это долго и неинтересно), скажу лучше, что результатом я осталась довольна. Моя кожа стала нежной и бархатистой, волосы, уложенные в высокую прическу, открывающую шею, были блестящими и шелковистыми. На лицо я нанесла уместный макияж, сделав акцент на глаза. Их я подчеркнула стрелками, делающими взгляд загадочным и манящим, ресницы накрасила тушью, сделав невероятно длинными и объемными. На губы нанесла еле заметный прозрачный блеск. Платье отлично на меня село, изящно подчеркнув достоинства моей фигуры, лодочки слелали выше, украшения--длинные серьги, кольцо и фероньерка--прекрасно гармонировали со всем образом в целом. Так как на улице вечером стало холодно, на плечи я накинула манто из меха черной норки. 

Ровно в шесть в гостиную вошел Дитрих. На нем были хорошо сидящие черные брюки, черная рубашка, соблазнительно распахнутая сверху и не скрывающая перекатывающихся при движении мышц. В руках он нес камзол, расшитый серебряными нитками, и большой букет красивых белых цветов, похожих на земные пионы. Собственно говоря, его он мне и подарил, после того, как подошел и поцеловал мне руку. Затем он долго смотрел на меня, видимо о чем-то думая. В его глазах была буря, но, что конкретно он испытывал сейчас, я сказать не могла. После почти целой минуты, длящейся невероятно долго, я устала от игры в гляделки и уже перестала ждать хоть один крошечный комплимент в мой адрес, отсутствие которого меня невероятно расстроило и разозлило одновременно, ведь, отчасти, я старалась превосходно выглядеть именно для него. Видимо прочитав на моем лице досаду и обиду, Дитрих отмер и сказал:

--Ты восхитительно выглядишь, Ари. 

--Спасибо. Как ты сюда попал? 

--С помощью портала. Кстати говоря, таким же образом мы попадем и в столицу: на улице уже слишком холодно для того, чтобы ехать в карете. И, я думаю, нам надо поторопиться, если мы не хотим опоздать. 

Я вложила свою руку в руку герцога, и мы пошли на террасу, откуда был открыт портал, и вышли в неизвестном мне доме. В том, что это был дом, а не оперный театр, я была уверена на сто процентов. Обернувшись и отыскав глазами Дитриха, я спросила:

--Где мы? 

-- В моем доме в столице. 

--Зачем мы здесь? 

--Я подумал, что мы могли бы заказать экипаж и поехать в оперу на карете, а пока подождать немного тут. 

Я подошла к высоким, во весь рост французским окнам и посмотрела на, несмотря на вечернее время, все еще оживленный, как муравейник, город. С моей высоты видились острые шпили храмов и соборов, черепичные покатые крыши домов, украшенных барельефами и статуями, главная площадь с выходящими на нее тавернами и бутиками, светлый каменный дворец со стрельчатыми окнами.