Подмастерье. За час до заката

Скверна (I)

Всю ночь — или, вернее сказать, весь тот промежуток времени с ночи до полудня, который Мервин провел в кровати, — ему снились кошмары. По большей части они были слишком безумными, чтобы воспринимать их всерьез, но попадались и такие, где грань между сном и реальностью исчезала, и Мервин вновь и вновь переживал смутные образы прошлого. Там были лица людей и оскаленные пасти тварей, были места, при виде которых сердце обливалось кровью; и собственно кровь тоже там была — и ее всегда было много.

Мервин просыпался и снова засыпал. Простыни насквозь пропотели. Черная рука казалась мерзкой омертвевшей ветошью.

В какой-то момент Мервин услышал стон и вдруг понял, что стон принадлежит ему самому. Разлепив веки, он увидел проникающий сквозь щели в ставнях свет. Наступило очередное утро очередного дня.

Сегодня в башне было тихо. Мервин в одних штанах спустился вниз и вышел во двор. Северный ветер тут же напомнил о себе тысячью мурашек по телу. Солнце стояло высоко — время близилось к полудню. Из сарая доносилось недовольное ворчание некормленой скотины.

Мервин добрел до колодца, набрал воды и, зажмурившись, вылил ее на себя. Ледяной поток пробрал до самых костей, смывая остатки кошмаров и возвращая здравый смысл. Клацая зубами, Мервин обхватил себя руками и бросился в башню — за одеждой. Резвой ланью перескакивая через ступеньки, он едва заметил отшатнувшегося к стене Эдельферда, но в таком состоянии ему было плевать, что там еще особо остроумного придумает вредный рыцарь.

Одевшись и согревшись, Мервин вновь спустился вниз, на этот раз степенно, как подобает уважаемому подмастерью ведьмы. Правда, всю степенность разрушил громогласный зов голодного желудка. Время завтрака давно прошло, но, может быть, самый раз для обеда?

Мервин заглянул в обеденный зал, но там никого не было. Даже графин с вином отсутствовал — Виллирун явно сюда еще не спускалась. Тогда Мервин отправился на кухню. Даже если Эдельферд не занят готовкой, кухня — это такое место, где всегда можно что-нибудь найти.

В первую очередь Мервин нашел Эдельферда. Впрочем, как раз таки его Мервин предпочел бы не находить. Рыцарь, ловко орудуя ножом, потрошил карпов. Хрясь! – отлетает голова. Хрясь! — еще одна. Над очагом уже булькала густая похлебка и резко пахло острыми специями.

Эдельферд, перехватив нож, одарил Мервина тяжелым взглядом.

– Заняться нечем? – спросил он. И тут же, выдержав паузу, усмехнулся и начал перечислять монотонным голосом: – Воды принеси. Свиней покорми. Кур выпусти. Сарай почисти — на весь двор навозом несет. И дрова для печи не забудь. Камины, кстати, тоже остыли за ночь. Чего стоишь? Или для недоучки это слишком сложно? Нет, есть еще, конечно, выгребная яма…

Мервин, оглушенный списком своих обязанностей, так и ушел несолоно хлебавши. Принес воды, покормил и выпустил во двор скотину и только взялся за вилы, чтобы навести порядок в сарае, как услышал гневный вопль, вспугнувший голубей над башней:

– Эдельферд!!!

Мервин тотчас бросил вилы и выбежал во двор. Из окна «шалаша», перевесившись через карниз, потревоженным драконом рычала Виллирун:

– Эдельферд, разрази тебя гром! Я же велела разбудить меня на рассвете! На рассвете! А сейчас полдень!

Эдельферд, вышедший из кухни с полотенцем в руках, запрокинул голову и спокойно ответил:

– Я забыл. Кстати, Виллирун, обед готов.

Они обменялись воинственными взглядами, и Виллирун с грохотом захлопнула ставни.

Мервин, заслышав об обеде, решил оставить уборку на будущее. Живот согласно заурчал.

За обедом Виллирун была привычно холодна и сдержана, словно это не на ее щеке все еще алел отпечаток подушки. С отвращением доев рыбную похлебку, она посмотрела на Мервина.

– Как твоя рука?

Мервин пошевелил пальцами, сжал и разжал кулак и, так и не найдя, что ответить, пожал плечами.

– Не знаю. Нормально. Вроде не болит, слушается… Обычная рука, только черная.

– То, что она черная, — уже необычно, – изрекла Виллирун и, отодвинув посуду, поднялась из-за стола. – Идем, Мервин. Начнем с книг.

Они поднялись на этаж выше, где за семью замками и магическими печатями, буквально в паре шагов от комнаты Мервина, таилась сокровищница духовного знания — ведьмовская библиотека. В отличие от мастерской, где стопками громоздились обычные, ничем не примечательные книги, библиотека хранила ценнейшие, неповторимые экземпляры рукописей. Мервин невольно замедлил шаг, а у двери и вовсе остановился.

– Что такое? – спросила Виллирун.

– Разве мне туда можно?

– Почему нет?

– Потому что в Шабаше — нельзя!

Виллирун распахнула перед ним дверь и рассеянным жестом пригласила внутрь.

– Так радуйся, Мервин, что мы не в Шабаше.

Мервин с сомнением провел над порогом черной рукой. Рука все равно уже проклята, если что — не жалко. Однако, вопреки его опасениям, никакая страшная магия не пробудилась. В Шабаше от нарушителя осталась бы только горстка пепла. Нет, у магов была библиотека, и в ней ученики проводили немало времени. Но ни один ученик — да что там, даже ни один маг! – не имел права подходить к библиотеке ведьм. А уж о том, чтобы попасть внутрь, и речи быть не могло!



Вера Седых

Отредактировано: 17.03.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться