Подземный бастион. Глава 1

Размер шрифта: - +

Подземный бастион. Глава 1

Глава 1. Мокик против джипа

 

Теплый ветер кружит над городом, как бестелесный чародей, смешивает пар от земли с терпким воздухом весны. Набухшие почки деревьев в матовой испарине. Пробужденные от долгого зимнего сна, они спешат сбросить коричневый кокон. Зеленые усики клейких листочков увенчали макушки сердцевидного сосредоточия новой жизни.

Трехшерстная кошка погружена в остатки тех же сладких снов, что и деревья вокруг. Скамейка у подъезда многоэтажного дома для неё, как деревенская завалинка в старые добрые времена. В первую половину воскресного дня во дворе умиротворенное затишье. И только веселый щебет серых пташек, облепивших куст сирени, приглашает, анонсирует, торопит окунуться в половодье весны.

Впритык друг другу громоздятся дома разной этажности и разного уровня комфорта. Еще не вполне кричаще разного, но достаточного, чтобы начать движение к полюсам бедности и богатства.

К пятиэтажным панельным строениям унылого серого цвета примыкает двенадцатиэтажный кирпичный дом с квартирами повышенной комфортности, с лоджиями, мусоропроводом, с широкими коридорами и просторной кухней. На придомовой площадке у двенадцатиэтажки припаркованы автомобили на класс выше с тем, что ютятся вдоль бетонных коробок социального жилья.

У панельных пятиэтажек и дорога намного уже, и машин намного больше. Но что за машины? Аляповатые авто для развивающихся стран да ржавые детища советского автопрома встали вдоль и поперек проезда. И на газонах встали, превратив их в месиво.

Пешеходы боязливо жмутся к стенам домов, когда лавирует по запруженной улочке четырехколесное транспортное средство. Но когда раздается сухой треск мотоциклетного двигателя, застигнутые врасплох пешеходы застывают каменными статуями.

Это — что-то! Так вытягиваются по струнке солдаты на прибытие генерала, так большой начальник строит подчиненных. А те, кто готов явить себя под мотоциклетный раскат, обладают иной силой, недоступной для понимания добропорядочных граждан.

Зачастую подобных возмутителей общественного порядка называют хулиганами, шпаной, трудными подростками. По ним якобы плачет тюрьма. Они входят в пресловутые десять процентов, что из века в век потрясают мир. И вряд ли  граждане понимают: есть нечто, из-за чего пацаны гоняют по двору. И что это нечто не позволит пацанам стать отмороженными бандитами, подонками и подлецами.

 

Об этом НЕЧТО и получилась настоящая история

 

***

 

Из-за угла дома, не сбрасывая скорость, вынырнули два мокика с тремя наездниками. Это летели три  друга пятнадцати лет от роду. Жора, Жига и Жук.

Жора отличается грузным телом: его распирает жир во всех направлениях. Ноги и руки кажутся несоразмерными култышками. Голова того и гляди втянется в рыхлые плечи, шею уже втянуло. Живот закрывает немногочисленные устройства на приборной панели, подпирая руль. Но это ничуть не омрачало паренька. В классе он верховодил (с позволения Жука!). Одним ударом мог уложить кого угодно. Никто не осмеливался вслух обозвать его жирюгой. Кроме двух старшеклассников, предпочитающих держать язык за зубами.

Жига (для матери —  Гена), напротив, худ и высок. На голову выше друзей, весь такой нескладный; жесткие волосы взъерошены, точно последние здравые мысли многочисленными пружинами выпрыгнули из головы, лишенной единого центра координации.

Жук (для матери — Саша) одного роста с Жорой, сложен нормально, как среднестатистический подросток пятнадцати лет. Не толст и не худ, не широк в плечах и не узок. Вихрастых волос изредка расческа касалась. Неисчезающие ссадины на руках подобны мозолям трудяги. Острые глаза с прищуром дают понять: паренек далеко не прост, любое враждебное действие будет немедленно пресечено.

Совершенно разных по внешнему виду подростков объединяет безотцовщина. Так уж сложилось, что у всех троих по разным причинам образ грозного отца прорывается смутными воспоминаниями. От действительного отца лет 10 и следа нет.

Недостающие кирпичики в собственном воспитании троица вынуждена добывать совместными дружескими усилиями. Но вопрос, как сложить правильно эти кирпичики, пока оставался без ответа. Многолетняя дружба не давала весам социальной оценки опустить их до уровня отбросов общества, хотя порой ситуации подталкивали на тропу опасных мадригалов.

 

Мокик в дружеской кампании мало чем отличается от навороченного супербайка. Собственные глотки запросто усилят рев от двух движков, всего-то по 50 кубиков каждый. Но вместе будет 100. Жажда скорости троих, помноженная на юношескую горячность, отодвигает планку заявленной мощности на рубеж 1000 кубических сантиметров, а значит, держись мир!..

Жора гнал первым. Движок разогнал квадратное тело до скорости, близкой к отрыву от асфальта. Центнер отборного жира готов произвести мгновенную метаморфозу пищевых калорий в ракетное топливо. Редкие пешеходы держатся ближе к стене дома, справедливо опасаясь стать катализатором такой метаморфозы.

Не отставая от форварда, неслись на точно таком же мокике Жук и Жига. Длинные ноги Жиги, поставленные на подножки, издали смахивали за  массивные дуги безопасности, чуть притормаживали, не давая вырваться вперед.



Сергей Усков

Отредактировано: 09.03.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться