Похищенная, или Заложница игры

Размер шрифта: - +

Глава 4. Обострение

 

Не чувствуя холода, Мириэль скорчилась на каменном полу. И думала, как докатилась до жизни такой. Что теперь ее ждет. Вряд ли Арелато теперь будет расточать ей любезности. Присылать откровенные платья и служанок для горячей душистой ванны.

Мириэль плевать хотела на его платья и любезности. Угроза голода ее тоже не пугала. Одна-единственная мысль свербила в мозгу. Арелато обещал отпустить ее скорее, если она будет "хорошо себя вести". Не сопротивляться.

Бесы знают, что для него значит – хорошо. Но и дураку понятно, что этим утром было "плохо". Чего она надеялась добиться, когда демонстрировала упрямство и своеволие? Уж явно не того, чтобы он отпустил ее к родным пораньше, засчитав это за "хорошее поведение"!

А во всем виновата проклятая натура огненных фей. Вспыльчивые, импульсивные, они сначала скажут или сделают, а потом подумают. А то и думать не станут.   

Сколько раз Мири так задевала Дейла, брякнув что-нибудь бездумно… Она вспомнила, как однажды рассказывала ему, чем отличаются феи разных стихий.

"Водные феи – такие глупенькие! Тихие, нежные, текучие. Во всем под своих Избранников подстраиваются. Чего он хочет, то они и примут. А мы, огненные – пылкие да своевольные. Никогда на поводу Избранника не идем. Не мы под мужчин подстраиваемся, а мужчины под нас! И другие люди вокруг тоже. Такая у нас участь – везде заводилами быть. Подумай, Дейл! Точно хочешь такую? Или поищешь глупышку водную?"

"Злая ты, Мири, - поджал губы парень. – Зачем так со мной…"

Долго Мири извинялась перед другом. А потом опять исхитрилась ляпнуть, не прошло и пяти минут. Вот и помирились уже, и Дейл заигрывал с ее волосами, приговаривая:

"Значит, не видать нам с тобой мирной полюбовной жизни? Всегда будешь  вспыльчивая да своевольная?"

"Нууу… - протянула девушка. – Мирная жизнь от тебя зависит!"

"Это как?"

"Вот ты на меня не сердишься сейчас, а спокойно разговариваешь. Такой у тебя характер. Водные выбирают себе мужчин жестких и горячих. Воинов в душе. Такому, если что поперек скажи, точно покоя не будет! А мы, огненные, выбираем мужчин спокойных…"

"Тюфяков? – иронично подсказал Дейл. – Тряпок, которых легко прогнуть под себя?"

Второй раз помириться было уже сложнее. Не потому, что Дейл всерьез обиделся. Он-то как раз в этот раз просто пошутил. Но сама Мири была готова сгореть от стыда. Прямо как в вечер семгейна, когда от нетерпения долбила паркет острым каблучком сапога. А мать напомнила, что они с отцом собственноручно его выкладывали.

Воспоминания наполнили девушку теплом и тоской по дому. Как сейчас ее близкие? Что с ними творится? Что думают о ее пропаже?

Гнев на похитителя поднялся привычной волной. Но Мириэль погасила ее волевым усилием. Злостью и гневом ничего не добиться. Надо действовать умом. Хитростью. Арелато хочет от нее хорошего поведения – значит, надо дать ему это поведение. Вот откуда его взять, когда внутри все кипит?! Как притворяться пай-девочкой, если хитрости в огненных феях – ни на грош?!

Она должна смочь. Хотя бы попытаться. На кону – возвращение домой. Встреча с близкими. Их спокойствие. А значит, придется притворяться, насколько получится. Держать себя в руках, строить из себя тряпку водную. Ну… хотя бы не такую горячую и вспыльчивую огненную. Не бить похитителя по лицу, не посылать к бесам. Извиниться за пощечину.  

Собрав волю в кулак, Мириэль встала с пола. Подошла к запертой двери, замолотила по царапинам, оставленным каблуками босоножек. Заорала:

- Мефало! Иди сюда! Мефало!

Она орала и стучала несколько минут, прежде чем дверь распахнулась. Но вместо служанки за порогом стоял мужчина лет тридцати. Поклонившись Мириэль, он произнес по-ремидейски почти без акцента:

- Чем могу служить, монна Мириэль?

Его речь была куда чище и правильнее, чем у Оршавы. А голос – низкий и бархатный, как у Арелато. Только не резкий и властный, а мягкий и певучий.

Удивляться или умиляться было некогда. Мириэль воскликнула:

- Я хочу поговорить с Арелато! Отведите меня к нему!

- Одну минуту, монна…

Парень замер, уставившись в одну точку. Мириэль вспомнила такой же взгляд у Оршавы в цирке – когда она приняла лже-цыгантийку за припадочную. Они так разговаривают с Арелато – поняла фея. И точно:

- Монсеньор сейчас занят, монна. Я передам вашу просьбу, как только он освободится.

Мириэль хмыкнула. Монсеньор? Что еще за титул?

- Спасибо, мэтр, не знаю вашего имени. Или милорд?

На Ремидее к благородным обращались милорд и миледи, к простолюдинам – мэтр и монна. С первого взгляда можно определить по внешности, к какому сословию принадлежит человек. Но она на Меркане, среди людей иной расы. Кто у них благородный, кто простолюдин, Мири не понимала.

Оршава, внешностью похожая на смуглых раскосых простолюдин Ремидеи, вела себя как заправская леди. Экзотическая внешность Арелато и подавно повергла бы в ступор ремидейских снобов.

Парень напротив Мириэль чем-то походил на них обоих, но в то же время обладал собственным неповторимым колоритом. Шелковистые черные волосы спускались ниже плеч и обрамляли удлиненное лицо с высокими скулами. На Ремидее такие длинные волосы носили только женщины, но этот мерканец совсем не выглядел женоподобным. Ростом выше даже, чем Арелато; мощная мускулатура проглядывала из-под обтягивающей рубахи. Похоже, тут все мужчины одевались облегающе… Или только те, кому было что показать…

Глазам парня тоже позавидовала бы любая женщина – карие, большие, красивые, с длинными густыми ресницами, они смотрели спокойно, будто издалека… Очень полные, четко очерченные губы не улыбались, но лицо все равно казалось дружелюбным и приветливым.



Светлана Волкова

Отредактировано: 11.12.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться