Пока бьется сердце

Глава восемнадцатая. Больница

Как никогда Джону было плохо. Он уже понял что находится в больнице. Каждый раз, когда он ощущает эту боль, это может означать только одно, что он находится на больничной койке. Открыв глаза, он увидел Лили неустанно следившей за его покоем.

— Вот ты и снова с нами. Как ты себя чувствуешь не буду спрашивать, вопрос уже заезженный, да и ответ по твоему лицу мне уже известен. — заботливо сказала она.

— Что вообще произошло? Я помню драку и то как мне сильно досталось и еще что-то очень странное. — спросил Джон.

— Да помнишь ты немного. Давай может, я помогу тебе вспомнить. Ты помнишь как твои глаза стали красными и то, как ты рвал и метал наемников по всему бару. А потом остановился и дал Селин возможность вколоть тебе лекарство. — сказала Лили.

— Смутно, но да. Я думал… я думал что все это был сон… — немного поразмыслив ответил Джон. — Там была Джулия, она помогла мне сдержаться. — добавил он.

— Джулия? Это еще кто такая?

— Это девушка, которая умерла. Пока я не закончу свой путь она будет со мной. -ответил Джон, но увидев недоумение на лице Лили решил продолжить. — Я не рассказывал вам о том что произошло в Лондоне? Что бы ты поняла, я объясню. Там в Лондоне я нашел человека, у которого были ответы на мои вопросы. Этим человеком ты не поверишь, была Жизель.

— Ты про цыганку Жизель, из Амстердама? Но что она делала в Лондоне?

— Она узнала, что мне нужна помощь и пришла на выручку. Она типа медиума и она связала меня с Джулией. Это было очень необычное место, не рай, не чистилище, а что-то большее. Я переговорил с ней, и она объяснила мне, что моей вины в ее смерти нет, и рассказала что теперь она мой хранитель. Я верю что видел ее тогда, особенно после того что увидел сегодня. Я считаю, хоть это и кажется странным, что Жизель ее мать, отец Кристофер и Адалинда члены одной группы людей со способностями и что наша общая цель изменение мира. — сказал он.

— Неплохая теория, притянутая за уши, но думая это возможно. Так вот что я хотела сказать, перед тем как ты шокировал меня новостью о призраках. Селин и местные врачи выяснили, отчего у тебя эти красные глаза. Каждый раз, когда мы помогали людям, уровень твоего адреналина и активность твоего мозга была сверх нормы. Поэтому лекарство испарялось в тебе быстрее, чем должно, и все это время ты самостоятельно блокировал свои вспышки. Ты их блокировал, и электрическая активность в твоем мозгу повышалась и накапливалась. И из-за этой активности повышается уровень твоей силы, ловкости и агрессия. А красные глаза это побочный эффект этой. Ты не замечал за собой это раньше? — сказала Лили.

— После того как ты это сказала, то я припоминаю еще два раза. Один раз на ринге, другой раз в Альпах. Но что если это не только из-за того что ты описала. Что если это часть моего дара а не какая то активность мозга. — ответил он.

— Возможно и так. Мозг и необычные способности насколько мы знаем по фильмам, часто неразлучны между собой. С этим ясно, но есть еще одна странность, которую мы не можем объяснить. Ты помнишь, как превратил осколок стекла в пыль? — спросила Лили.

— В пыль, ты серьезно? Хотел бы я дать тебе объяснение, но его у меня нет. Может быть, Жизель даст на это ответ. Она сказала, что мы еще встретимся перед моим концом. А с тобой что? — спросил Джон, вглядевшись в ее лицо.

— Да так пустячок, нам всем немало досталось от наемников. Но мы отделали их намного сильнее. — ответила Лили.

— А я в это время был без сознания и позволил вам самим разбираться с моей задачей. — сказал Джон.

— Ничего, мы ведь все живы и я впервые была лидером, я справилась и это было классно. Ты был прав. Я и сама не подозревала что это во мне есть. — ответила она.

— Ты осваиваешься, это хорошо. Позови всех, я кое что хочу подарить вам. — сказал Джон и принял сидячее положение. Ребята вошли в палату и от их вида у Джона навернулись слезы на глаза. Они снова страдают из-за него, это не справедливо по отношению к ним. Из-за него они такие сейчас.

— Да ладно тебе, я знаю о чем ты сейчас думаешь, так что забудь. В этом нет твоей вины. — сказала Далия у которой были перевязаны руки. У кого-то были глубокие раны и синяки, у кого-то простые ссадины, но серьезные переломы.

Джон поковырялся в своих штанах и достал оттуда нож и порезал им свою руку.

— Пейте, и все заживет с моей скоростью. Должен же я хоть как то возместить вам вашу жертву. Пусть хоть моя ускоренная регенерация будет для вас подарком. — сказал он. Сначала все посмотрели на струйки крови, стекающие по руке Джона, и приняли это за безумие, но потом Лили приложила свои губы к порезу и начала пить кровь. Через тридцать секунд рана на ее щеке начала потихоньку затягиваться. Другие последовали ее примеру и через некоторое мгновение раны начали регенерировать, а руки Далии перестали болеть.