Покинутые

5. 2а. Открытость

Вечером сопровождающий собрал нас вместе и показал, как разбираются кресла. Легким движением руки... Постельное бельё оказалось в одном из ящиков шкафа. Мы обсудили порядок посещения душевой, а ещё поменялись местами. Близнецы теперь спали рядом с красавчиком, а мы с Леной отдельно от всех. В пижамы переодевались в светлом и тёплом душе.

Постоянное движение поезда перестало ощущаться, как только сопровождающий закрыл окна. Я лежала в темноте и слушала спокойное дыхание спящей соседки. 

Информацию о месте, куда увезли ребят, я искала ещё в прошлом году. Ни в одной доступной базе не было ничего хоть чуть-чуть стоящего внимания. Пресса сходила с ума на этой теме больше, чем обычно. Статьи можно было разделить на паникующие и чрезмерно радостные - великое благословение для детей. 

Я тихо сползла с кресла, прислушиваясь к сонным звукам. Кто-то пробубнил во сне что-то трудно различимое, и я замерла. Сейчас я не могла уснуть по вполне определенной причине, и виновником был сладко посапывающий пережаренный. Я осторожно прокралась к его креслу. На белом одеяле лежали почти черные руки. Я не видела лица, только слышала как он глубоко вдыхает и выдыхает. Я потянулась к его плечу. Мне просто жизненно необходимо было поговорить о том, что он сказал.

Страх в темноте разросся и сжимал меня до кончиков пальцев холодными колючими щупальцами. Мою руку перехватила горячая ладонь. Я задержала дыхание, чтобы не закричать. Запястье крепко сжали, а затем отпустили. Парень, почёсываясь, встал и направился к туалету мимо меня. Я бесшумно двинулась за ним. 

Для сопровождающего все должно было выглядеть так, будто парень просто отправился по естественной нужде. Он открыл дверь. Я проскользнула внутрь.

Когда дверь тихо въехала в пазы, Кирилл включил свет. Глаза заслезились. Я зажмурилась. Свет мягко погас до приемлимого. В полумраке парень казался каким-то нескладным и угловатым, только чёрные глаза выделялись. Не удивлюсь, если чёрная материя - просто его слезы. Меня подмывало начать говорить о  его догадках, но вместо этого я неожиданно спросила:

- Как ты находишь выключатели?

Он удивленно усмехнулся:

- Ты для этого позвала меня сюда?

Я кивнула. 

- Здесь силовые узлы, они выпирают, - он показал на стену. Я сделала шаг и присмотрелась. По светлым стенам тянулиьс тонкие линии, складываяясь в механический узор. На месте включатели тонкие нити собирались в одну, создавая завиток. Я тяжело вздохнула. 

- Что ты знаешь о проекте ВКШ?

Он поднял руку и прислонил палец к губам.

- Я не знаю, есть ли здесь микрофоны или камеры, - произнес он одними губами. 

- Не думаю, что здесь что-то есть, - я качнула головой. - Вряд ли они...

Я прервалась, задумавшись.

- Станут смотреть, что делают подростки в туалете? - Кирилл хмыкнул. - Конечно, это всего-лишь подростки. Что они могут сделать? Помимо очевидных вещей, мне в голову приходят ещё всякие интересные...

Мне захотелось его ударить.

- Не будь таким мерзким.

- Я и не мерзкий, я реалистичный, - он дёрнул плечом, по которому я ударила, и наклонился ко мне. - Если хочешь говорить о чем-то важном, нужно придумать шифр. 

Я согласно кивнула. 

- Морзе, язык жестов, обычный шифр подстановки[1] не подойдут, - прошептал Кирилл.

- Может, стеганография[2]? - предложила я.

- Нет, слишком просто. 

- Шифр Цезаря[3]? Транспозиция[4]?

- Я разгадывал их в пять лет, - он презрительно хмыкнул.

Несмотря на небольшую разницу в росте, мне всё равно казалось, что Кирилл нависает надо мной. Или это его слова и чувство опасности, исходящее от них, нависли грозовыми тучами, грозясь утопить.

- Названия книг. Первые буквы названий книг, - тихо сказала я. Мы с Денисом иногда так переговаривались, если становилось скучно. Тогда ещё не было мрачных закрытых комнат и не пугало непонятное будущее. Тогда Денис был рядом.

- Ты в детском саду, что ли? - фыркнул Кирилл.

- Ну и придумывай сам, - я сердито отпихнула его. Он не отодвинулся, только скрестил руки на груди, по-прежнему стоя слишком близко. В неполной темноте я видела, как задумчивость отражается на его лице, и надеялась, что он не заметит как меняет мое лицо страх. Липкие лапки холода противно бегали по плечам.

- Используем ББК[5] для каждого чётного слова, каждое нечётное шифруем квадратом Полибия[6], - Тихо произнес он.

- Это слишком сложно, - возразила я. Он недовольно нахмурился. - Что такое ББК?

- Зато относительно безопасно. ББК потом покажу. 

Сумрак комнатки был настолько плотным, что я не могла разглядеть его зрачки. Лицо Кирилла снова превратилось в насмешливую маску. 

- Я не смогу уснуть, если мы не поговорим, - тихо сказала я.