Полёт хищной птицы

Глава 1 «Разрыв шаблона»

2 кайлиха 953 года от объединения племён

Я на четвертом месяце и начинаню ощущать, что это не сон, не столь ожидаемый кошмар. Пока всё тихо, хотя нет больше не эфиров, не соседей. Говорят, большая часть людей погибла, но мы стараемся не покидать стены дома.

Отрывок из дневников Сейлан Сибильды

Эти бездонные глаза поразили меня насквозь. В прямом смысле вывернули душу, вытянув её через глотку, до спазмов где-то на каждом вздохе в районе легких, отдавая в позвоночник.Они были насыщенно синими будто небо после долгого шумного дождя и осязаемо блестели. Если бы художник попытался нарисовать данные выпуклые очи, размером каждое в пол моей ладони, то определенно замучился передавать тот блеск, что они излучали. А я бы просто изобразила его звездами, не мудрствуя лукаво.

Мы стояли под высокими сводами выгнутого потолка с ажурными вставками чистой бирюзы на восковых коробах. Бра на стенах бросали длинные косые тени на нашу не многочисленную компанию, выставленную у самого центрального прохода на всеобщее обозрение. проход был отделан изумрудными камнями, переливающимися от смены угла зрения.

Я попробовала вдохнуть, но запястья не прекращали гореть огнём, а глаза, вот уже несколько минут захватили в плен волю и злополучные внутренности, отвечающие за полноценную жизнедеятельность всего организма.

Альбы, они по удивительной случайности прекрасны в своей дикой непохожести и ужасны в крайностях при детальном изучении черт. Дивный народ, который сейчас готов жечь нас, подобно инквизиторам прошлого за агностицизм.

Мне казалось, прошли столетия, прежде чем я заново стала ощущать стены дворца или скорее терема из сказок по помпезности не уступающего имперскому замку, но по размерам напоминающего скорее жилье зажиточного купца.

Он продолжал смотреть, я ощущала это теплом и щекоткой в висках, такой, что хотелось смеяться и непременно чихать. Что это за дикое ощущение, кто наслал на меня его и почему я не могу от него самостоятельно и незаметно избавиться?

И тут сбоку шепотом доноситься:

- Как твои впечатления от отца?

Хотя какой шепот может казаться таковым в комнате, набитой существами, способными распознать ультразвук своими длинными ушными раковинами.

Я сглотнула и со страхом воззрилась на Ферхо, чувствуя как к стуку сердца подкрадывается тошнота и ощущение отвращения. А виски отпустило, хотя Фер-Альбе продолжал смотреть в нашу сторону с едва скрываемым интересом хищника, изучающего занятные экземпляры дичи.

Началось всё с того, что наш корабль наткнулся на энергетическую преграду - магический барьер вокруг водной границы острова, призванной защищать от постороннего вторжения. Даже при соприкосновении с носом корабля голая энергия была не видна невооруженным взглядом. Компьютерные датчики даже в самом чувствительном режиме также ничего не зарегистрировали.

- Кто вы и какова ваша цель? - с отчетливым акцентом прошелестело из смарт-трансмиттера Ферхо, хотя никаких входящих вызовов тот не фиксировал. Сам хозяин воззрился на браслет с таким непритворным удивлением, будто это рука собственной персоной решила заговорить.

Капитан был разгневан. За всю историю торговли между ним и альбами, подобного случая никогда не происходило и ещё не происходило бы столько же лет, если бы не эти, иблисовой матери попутчики, не было бы смерти на его корабле. Что сподвигло большеглазых аборигенов замкнуть гидравлические границы, остается для него загадкой, но все свои несчастья за последнее время он связывает с нашим пребыванием.

- Моряки древности имели поговорку, - немного успокоившись и пригладив бороду правой ладонью, произнёс Каэтано, - женщине на корабле - быть беде.

- С Ярой в принципе только беде и быть, - пробормотал Ферхо, с подозрением поглядывая на свой смарт-трансмиттер, который покоился снятым на середине стола. Серебристые пластины его поблескивали в приглушенном освещёнии кабинета, но вот уже как минут пятнадцать никаких признаков жизни тот не подавал.

Возмущенно воззрилась на близнеца, но посчитала своим долгом смолчать обвинение. Очередная перебранка никак не поможет решить проблему, а она была велика. От лобового столкновения мотор перегорел и судно перестало быть транспортабельным даже при условии, что морские границы откроют.

- От тебя меня волнуют комментарии непосредственно связанные с механикой, - капитан сел напротив нас, хмуро уставившись в одну точку на стене за моей и Ферхо спинами.

- Навигационное происшествие вывело систему из строя, - констатировал ответчик. - Нет возможностей что-то починить, находясь на воде.

Огромный, как камень кулак ударил по столешнице с такой силой, что браслет подлетел в воздух.

- Так зачем ты мне, если не можешь справиться со штатной ситуацией?

То, что капитан не в духе, было заметно с порога. Волосы влажные, помятые, лицо изможденное, глаза отекли.

- Почти сутки мы стоим на одном месте и только сейчас я узнаю, что т’хальмевей выходили на связь.

Возмущение капитана почти растрогало, но все же больше меня заинтересовало иное.

- Т’хальмевей? - не приминула воспользоваться новой информацией о своих родственниках.

От этого вопроса лишь отмахнулись рукой.

- Ты правда считала, что сами альбы называют себя так? - насмешливо протянул Ферхо, закидывая обе руки на затылок и откидываясь на спинку стула в ожидании долгого разговора. - Нет, на языке о’силибриен, то есть альбийском, что дословно переводится как темный благородный язык предков, эта раса именует себя т’хальмевей. Аналога для перевода, к сожалению, не подобрать, но альбы терпеть не могут данное им людьми название.

Удивленная осведомленности приятеля, задумалась, почему никогда и нигде не натыкалась на данную информацию. Хотя интересовалась я историей народа по отцовской линии достаточно детально. Видимо запреметив какие-то сомнения, отразившиеся на моём лице, Каэтано прервал образовательный курс: