Половинка тебя

Размер шрифта: - +

Глава XVII

Полночи не могла уснуть. В голове роились мириады мыслей и вопросов. Ощущение теплых сильных рук на теле не покидало и сводило с ума. Губы все еще пылали и требовали продолжения. Так нельзя. Я не имею права на подобные желания. Вернее, имею, но желать я должна не своего напористого преподавателя, а Костю, с которым состою в отношениях более месяца. Вот, что правильно и является достойным поведением молодой приличной девушки. Хотя, вчера я вела себя как лесная шаболда, которая без толики сопротивления позволила себя раздеть, пусть даже и в лучших побуждениях.

Боже, Костя! Что ему сказать? И стоит ли вообще говорить что-то? Может, всё, что было в тайге - остаётся в тайге? Нет! Так нельзя! Это нечестно по отношению к Косте. Он не заслуживает быть обманутым.

В итоге, роясь в бардаке собственных мыслей, забылась беспокойным сном, лишь когда за окном уже забрезжил рассвет.

Пробуждение далось очень тяжело. Голова, по ощущениям, напоминала ватную палочку с очень потрепанной ваткой на ней. Несколько минут пролежала с открытыми глазами, бездумно глядя в потолок. На соседней кровати никого не было, Катьки на нижнем ярусе тоже не оказалось. Значит, девочки давно проснулись и, вероятно, готовятся к скорому отъезду из лагеря. Одна я разлеглась тут тухлой амёбушкой и не пытаюсь шевельнуть даже пальцем. Хотя не мешало бы, потому что в домике прохладно, а печь топить уже бессмысленно, так как скоро выселение.

Скрипнула входная дверь, видимо, кто-то вспомнил про меня. Не подняла голову, ожидая, что вошедший сам меня растолкает при необходимости, да и вообще, навалилась абсолютная слабость и всепоглощающая лень. Услышала как кто-то аккуратно положил дрова на припечек, затем открыл дверцу буржуйки, очевидно, собираясь её растопить. Все-таки решила хотя бы приподнять голову, чтобы посмотреть, кто там из девчонок сошел с ума. 

Ну, естественно, кто ж ещё-то!? Его Величество Максим Александрович, собственной персоной. Бессильно опустила голову, тяжело вздохнув, отвернулась к стене.

Печка закрылась, послышался треск горящих дров. Приближались шаги.

- Доброе утро, - его низкий мужской голос пустил мое сердце в хаотичный пляс. - Я знаю, что ты уже проснулась, Алиса.

Плавно пропустил волосы сквозь пальцы, обнажая шею. Коснулся нежной кожи, заправляя непослушную прядь за ухо. Не выдержала, повернулась.

- Доброе, - мой голос был ни то, что осипшим - его вообще не было. Ужаснулась внезапному открытию, сопоставив головную боль, слабость и отсутствие голоса, поняла, что однозначно простыла.

- Да ты вся горишь, - приложив ладонь к моему лбу, констатировал преподаватель. 

- Ага, я твой огнетушитель, пышь-пышь, - прохрипела саркастично.

- Не смешно. Лежи здесь, сейчас приду.

Я, собственно, никуда пока что не собиралась.

Минут через десять вернулся с кружкой горячего чая в одной руке и несколькими пачек таблеток в другой.

- Так, здесь противовирусные и леденцы от кашля, - разложил передо мной блистеры с таблетками. - А это чай с малиной. Держи.

З - забота.

Пришлось сесть, чтобы принять кружку с чаем и насладиться его ароматом и вкусом, перед этим проглотив несколько таблеток. Когда он протягивал мне напиток, заметила, что на правой руке сбиты костяшки.

- Что с рукой, - не удержалась от вопроса.

- Не обращай внимания. Нервы.

Я догадывалась, что причина его нервов таилась в моём вчерашнем побеге.

Воцарилось молчание, в котором был слышен лишь треск дров в печи. Решив, что нужно разбавить сложившуюся паузу и не заострять внимание на вчерашней ситуации, спросила:

- Когда выезжаем? - голос был все ещё хриплым, горло саднило.

- Завтра в десять.

- Как завтра? Сегодня же планировали.

- Павел Николаевич перепутал даты выезда. И вместо билетов на тринадцатое число взял билеты на четырнадцатое. Организовал твоей группе дополнительный день отдыха.

- Класс, - безэмоционально произнесла я, поняв, что со своей простудой останусь подыхать в этом домике до завтра.- А где все? Что-то подозрительно тихо.

- В волейбол на поляне недалеко отсюда играют. Павел Николаевич в знак своих глубочайших извинений привез мячей и сетку.

- Класс, - снова безэмоционально. 

Ещё и мой любимый волейбольчик проходит мимо меня. Печальные печали, однако.

- Алиса, поговорим о том, что произошло вчера? – мужчина заботливо забрал из моих рук опустевшую кружку, поставил ее на стол. Взял меня за руку, нежно поглаживая подушечкой большого пальца ладонь.

- Ну, вчера было двенадцатое апреля, солнечно, - притянула его руку поближе к себе, разглядывая поврежденную кожу на костяшках. Не слабо он к чему-то приложился вчера. - Видела одного суслика и двух...

- Ты прекрасно понимаешь, о чем я хочу поговорить, - холодным тоном оборвал мой "увлекательный" рассказ, подняв лицо за подбородок, тем самым заставив смотреть ему в глаза.

Взгляд жёсткий, требовательный. Начинаю злиться в ответ.

- Понимаю. И не хочу об этом говорить и, тем более, повторять, - не отвожу глаза, настаивая на своём.

- Я про повторение ничего не говорил, - улыбнулся, будто поймал меня с поличным. - Но идея хорошая.

Подушечкой пальцев нежно провёл по нижней губе. Сердце пропустило удар, возвращая воспоминания о вчерашнем поцелуе.

- Вы прекрасно понимаете, что я имела ввиду, - скопировала его манеру говорить и, от греха подальше, убрала его руку от своего лица.

- Понимаю, - двусмысленно ответил и улыбнулся уголком губ. - И оставляю тебя наедине с мыслью о повторении. Отдыхай. Тебе нужно побольше поспать, к вечеру будешь чувствовать себя лучше.

Очень жаль, что под рукой не оказалось ничего тяжёлого, чтобы запустить в его самодовольную морду. Поэтому, немного попсиховав, решила все же поспать, так как слабость никуда не делась, да и ночью я практически не спала.



Тата Кит

Отредактировано: 28.12.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться