Половинка тебя

Размер шрифта: - +

Глава I

— Алиса, проснись ты уже! Скоро препод придет! — шипела мне в ухо моя одногруппница, а по совместительству и лучшая подруга — Катька.
— Катя, я все понимаю: новый препод, скоро весна, мы пережили апокалипсис 2012 года, но можно я сейчас подремлю еще пять минуточек и после буду вся являть собой собранность и внимание? — прогнусавила я, не поднимая головы с парты и не открывая глаз.
Сейчас вся моя группа находилась в предвкушении встречи с новым преподавателем по истории Древнего мира. Так получилось, что старый препод (во всех смыслах слова «старый») среди учебного года уехал жить к дочери в Германию, а мы, будущие историки, студенты третьего курса, остались без самой важной для нас дисциплины. Но печалиться пришлось недолго, так как деканат в кратчайшие сроки нашел нового преподавателя, который сегодня должен провести у нас первую пару. Среди потока ходят слухи о том, что новому преподавателя не больше тридцати лет, красивый, статный, высокий и прочие бла-бла о мужской внешности. Меня же это мало интересовало, так как сегодня я не выспалась из-за того, что переписывала Катькины конспекты, дабы не пасть лицом в грязь перед этим самым новым преподавателем.
— И чем же ты занималась всю ночь? Опять с парнями граффити рисовала? — поинтересовалась Катя, при этом подкладывая мне под голову свою самую толстую тетрадь. Заботливая моя.
— Чтоб ты знала, я всю ночь пыталась разобрать твои писульки. Ты точно конспекты на русском пишешь? Потому что почти всю сегодняшнюю ночь мне казалось, что я перевожу с арабского, — все еще не открывая глаза, спросила я.
— А я тебе говорила, пиши сама, наш старый препод не так уж быстро говорил, чтобы не успевать за ним записывать.
— Кать, будь другом, когда зайдет новый препод, просто подними мне голову за волосы, а затем и веки мне тоже подними, чтобы он решил, что для меня его пары — самые интересные пары в мире. Хорошо?
— Боюсь, что теперь я вам не поверю.
Мужской незнакомый мне голос раздался в тишине аудитории. Резко поднимаю голову и встречаюсь взглядом с зелеными, словно трава под солнцем, глазами, смотрящими на меня с усмешкой. Его поза говорила о том, что он чувствует себя здесь весьма уверенно, а именно — он практически сидит на преподавательском столе, лишь слегка опираясь левой ногой о пол. Из чего не сложно сделать вывод, что это и есть тот самый новый преподаватель, которого сегодня все так жаждили увидеть. Тут же заливаюсь краской до самых кончиков ушей, так оконфузиться перед преподавателем, еще даже не увидев его. Могу. Умею. Практикую.
— Здравствуйте, господа студенты. Я ваш новый преподаватель по истории Древнего мира до конца этого учебного года. Обращаться ко мне только на «Вы» и только Максим Александрович. Всем ясно? — спросил он, обведя всех присутствующих взглядом.
— Максим Александрович?! Да его имя должно быть Тор или Видар. Он же просто бог. Скандинавский, мать его, бог, — восторженно шепчет мне в ухо Катя.
Тут я, пожалуй, с ней соглашусь. Наш новый препод являл собой воистину скандинавского небожителя: русые волосы, зачесанные назад, зеленые глаза, рост не меньше ста восьмидесяти сантиметров, подтянутая фигура. Белоснежная рубашка облегает широкие плечи, закатанные рукава позволяют видеть красивые мужские руки со слегка выступающими венами. Казалось, что еще мгновение и ему в руки прилетит Мьёльнир, поразивший где-то неведомую нами цель. Хотя, взглянув на девичью часть нашей группы, я поняла, что целью были девичьи сердца. Вот и Ермакова Света — первая выскочка нашей группы, незаметно расстегнула на своей розовой блузке пару пуговиц, выпячивая свою весьма выдающуюся часть девичьего тела. Господи, она бы еще ее на голову ему выложила.
— Ну, а теперь давайте знакомиться с вами, заодно проверим все ли здесь, — начал Максим Александрович, открыв журнал, но так и не соизволив слезть со стола. — Абрамов.
— Здесь, — отозвался главный ловелас нашей группы.
— Версткин.
— Здесь, — наш главный заучка с кудрявой головой и огромными очками.
Так и продолжалось неторопливое выявление присутствующих и отсутствующих: парни лениво отзывались, услышав свою фамилию, девчонки же делали это, кто на что горазд.
— Ермакова.
— Это я! Здравствуйте, Максим Александрович, очень приятно с вами познакомиться, — встала наша главная звезда, произнеся свою пламенную речь заискивающим тоном, моргая при этом так часто, что я начала переживать, как бы она не взлетела.
— Заметил. Пуговицы можете застегнуть обратно: прохладно сегодня, — холодно взглянув на нее, и улыбнувшись одним уголком губ, ответил он ей. — Зорин.

Перекличка продолжилась.
— Петрова.
— Я, — подняв руку, откликнулась Катька, до этого, казалось, вовсе переставшая дышать.

Поставив галочку в журнале, Максим Александрович продолжил.
— Соколовская.
— Я, — отзываюсь, подняв руку.
— Соколовская Алиса? Я был уверен, что ваше имя не иначе как Вий, ну знаете «Поднимите мне веки!», — улыбаясь и ехидно прищурив глаза, колко заметил он.
— Боюсь, что с тем Вием у нас разные цели для поднятия век, да и помощников в этом деле у него будет побольше, чем один. Одна, — взглянув на Катьку, отвечаю ему.
— Да и Вий пострашнее будет, — уже без улыбки, он несколько изучающе оглядел меня. — Тихонов, — продолжил дальше оглашать список, словно ничего и не было.
Я же сидела и пыталась вспомнить — расчесалась ли я сегодня утром перед парами. Хотя, с моей кудрявостью можно подумать, что мне слово «расческа» вообще не знакомо.
После выявления двух отсутствующих началась обычная полуторачасовая пара, посвященная мифам Древней Греции и прочим подобным интересностям. Стоит отдать должное Максиму Александровичу — рассказывал он весьма интересно и увлекательно.
Пару раз я возвращала Катькину челюсть на место. У нее так всегда: когда она видит или слышит что-то интересное, у нее тут же открывается рот. С ее копной рыжих волос и веснушками смотрится очень забавно.
Все хорошее рано или поздно имеет свойство заканчиваться, так и эта пара закончилась, пролетев, как миг. Следующими на очереди оказались две пары истории России, которые вела Лариса Вениаминовна — самый скучный, из всех существующих, преподаватель. На ее парах я и дала себе вдоволь выспаться, не храпела, разве что, из скромности.



Тата Кит

Отредактировано: 28.12.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться