Помешательство

Глава 4. Какой-нибудь там домкрат или кладезь талантов, неисчерпаемых возможностей.

Сергей еще долго не покидал смотровую. Он сидел на своем месте и сверлил взглядом крышку стола, как это делала Анна некоторое время назад. Нет, он не обдумывал сказанное ею, не обдумывал ее лечение, не обдумывал и недавнюю ссору с Алёной, на самом деле мысли его беспорядочно блуждали вокруг всех этих тем, и Сергей не мог остановиться хотя бы на одной из них.

– Хотелось бы мне залезть в Вашу голову, мэтр, – устало произнес он, подходя к зеркалу и упираясь в его холодную поверхность лбом.  – Хотя мне это вовсе не нужно, чтобы понять, что Вы ничего не знаете Валерий Витальевич, Вы и сами еще не решили, как Вам дальше быть с Бергер. И Вы можете уволить меня за эти слова.

В ответ лишь тягостная тишина наполняла помещение. Дверь скрипнула и в смотровой появилась Лисицына. Сергей, не отнимая головы от гладкой прохладной поверхности, посмотрел в ее сторону и вымученно улыбнулся.

– Да это нелегко, – поддержала его Анастасия Игоревна своим мягким успокаивающим голосом.

– Нелегко, – эхом повторил Сергей, оборачиваясь к начальнице, не отрывая головы от зеркала, теперь он упирался в него затылком

– А что нелегко, Анастасия Игоревна? Терапия Бергер? Быть в подмастерьях у самого Михайлова? Или сама жизнь, как она есть?

 Лисицына тяжело вздохнула и, осторожно ступая по полу в туфлях на высоком каблуке, прошла к столу и села на место Сергея.

– Если рассуждать философски, то собственно всё вышеперечисленное. Но как специалиста меня волнует больше третье.

– Ну, еще бы, – закатил глаза Сергей. – Не беспокойтесь, вешаться не собираюсь.

– Сереж, присядь, – попросила начальница, указывая рукой на стул напротив себя. Сергей не без колебания присел на место Анны и, скрестив руки на груди, откинулся на спинку стула. «Вот ирония», – кисло подумал он, вспоминая, что в подобной позе сидела сегодня и Анна.

– Анна Бергер очень интересный экземпляр … э-э-э… человек, – неловко произнесла Лисицына тем временем. Сергею стало совершенно понятно, что тема эта уже была обсуждена ею с Михайловым, и он спросил:

– Вы были там за зеркалом, вместе с Михайловым?

Лисицына кивнула.

– Случай для нашего центра необычный, – смущенно произнесла она. – Но сейчас дело не в этом. Я понимаю, что ты только вначале пути и еще многое тебе предстоит узнать. И мне хотелось бы сказать тебе. Дать совет что ли…

Сергей внимал. Но это не расслабляло начальницу.

– Понимаешь, в нашей жизни есть немало вещей, о которых мы задумываемся. Еще больше, о которых мы редко задумываемся. А еще больше, о которых задумывается не каждый из нас. Так вот, как бы тебя не тянуло к размышлениям о последних, этого делать не стоит.

– Да Вы философ, Анастасия Игоревна, – натянуто усмехнулся Сергей.

– Ты ведь понимаешь, о чем я, – одновременно и строго, и мягко изрекла она. – Нас и тех, кто реально задумывается над этими вещами, разделает тонкая грань, очень и очень тонкая.

– Какая же? – без особого энтузиазма поинтересовался Сергей только потому, что вопроса этого требовала ситуация.

– Мы психотерапевты, а они пациенты, – доверительно сообщила начальница. – Мы чувствуем эту грань и знаем, когда нужно вовремя остановиться.

Сергей задумался над ее словами. Не нравился ему весь этот разговор, простые слова казались зловещими предсказаниями, и он спросил:

– Вы ведь сами сказали, что Анна не совсем обычный пациент для нашего центра. Я думаю, что в случае неудачи, пострадает престиж клиники, ведь Бергер не последний человек в городе – Сергей старался ударить по самому больному, ведь «Равновесие» было для Лисицыной всем. – Зачем же мы занимаемся ею?

Анастасии Игоревне не понравилась постановка вопроса, и Сергей поспешил добавить:

– Нет, я, конечно, понимаю благородные мотивы и все такое, но все же стоит ли так рисковать клинике?

– Иногда благородные мотивы, – это единственные мотивы, которые требуют внимания, – философски изрекла Лисицына.

Но Сергей посчитал, что она слукавила. Клиника была полна сплетен о романтических отношениях между Лисицыной и Михайловым. Конечно, источниками этих слухов были все те же Леночка, Ксюшенька и, конечно же, Катенька, но Сергей догадывался, что слухи не возникают на пустом месте.

А Лисицына тут же перевела разговор в другое русло.

– Мы тут с Валерой поговорили и решили на время терапии Бергер объявить тебе свободное посещение.

– В честь чего это?  – возмутился Сергей.

– Не буду лукавить, – по-прежнему оставаясь спокойной, ответила начальница.  – Терапия очень сложная и тебе понадобится достаточно сил и возможность быстро восстанавливать эти силы.

Сергей кивнул. Чего это он, в самом деле? Свободное посещение, – это же мечта любого сотрудника «Равновесия» и все же что-то его беспокоило. Особенно после того как Лисицына прибавила:

– Самое важное, если ты почувствуешь, что уже на грани. Что что-то меняется в тебе. Да при любых негативных симптомах. Сразу же говори мне. Благородные мотивы – это конечно хорошо, но жертвовать ценными сотрудниками тоже не в моих правилах.



Лия Чу

Отредактировано: 27.02.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться