Помни меня

12

В прихожей я схватила с вешалки первую попавшуюся вещь. Ею оказалась огромная вязаная кофта тёти Вали. Вставив руки в широченные рукава и запахнув полы, я вышла на слабо освещенное крыльцо. Желтое пятно света выхватывало лишь малую часть двора.  То, что было за забором, тонуло в кромешной тьме. Если приглядеться, можно было различить очертания чьей-то фигуры.

Подойдя ближе к забору, я поняла, что хочу последовать совету тети  Вали - бежать- вот только не к пришедшему, а обратно. У калитки, положив на нее предплечья, стоял  тот самый Хмырь с фотографии. Я медленно перебирала ногами, обутыми в скользкие галоши. Подсознательно мне хотелось оттянуть встречу, неизбежность которой я осознавала. 

 - Как я погляжу, ты не сильно соскучилась, Рыжая. Помнишь, кто я?

- Не  очень. Но я видела ваши фотографии.

- Марин, юмор наше все?

- Как вас зовут?

- Стас, допустим, - улыбнулся он.

 - Хорошо, Стас. Я хочу вас предупредить, я не помню, что между нами было, поэтому наши отношения не будут прежними…

Его раскатистый смех не дал мне договорить:

- Не звезданул, значит, Васька. Я Витек. Это я прикололся.

- Смешная шутка. А хотя не очень. До свидания, -  я развернулась и пошла в сторону дома.

 - Погоди, разговор важный есть. Выйди на пару минут.

Все внутри меня вопило,  что не нужно слушать его, нужно домой и чем скорее, тем лучше, но я с овечьей покорностью вышла за калитку, и тут же оказалась прижатой к забору.

- Оделась-то чего так? Мороз на улице. Заболеешь, - он провел холодным носом по щеке, ткнулся им в волосы, с шумом вдохнув их запах, а я оторопела от неожиданности и даже не могла найти в себе сил на протест.

 - Дай хоть погрею, - одним движением он расстегнул молнию на зимней куртке и  снова сгреб меня  в охапку, вжимаясь так сильно, что я почувствовала, какая часть его тела уперлась в мое бедро.

  - Чувствуешь, да? Чувствуешь, как сильно я по тебе соскучился? – хрипло прошептал он. – Поехали ко мне. Или просто покатаемся.

Его рука скользнула по моей  щеке, обхватила подбородок. Большой палец коснулся губ, очертил их контур, раздвинул их тут же уперся в плотно стиснутые зубы. С ужасом я поняла, что сейчас незнакомый мужик сунул в мой рот свой грязный палец. Воображение услужливо нарисовало криво обрезанный ноготь с черной полоской грязи.  К горлу подступила тошнота.

- Ну же, пусти меня! Тебе же нравится работать ротиком, - прерывающимся шепотом попросил он.

Я разжала челюсти. Он одобрительно улыбнулся и просунул палец вглубь, а я с силой сомкнула челюсти.

- Ты что творишь, нах? – вскрикнул он, отскочил как ошпаренный и замахал  укушенным пальцем в воздухе.

- Извините, пожалуйста, -  пролепетала я. - Я не хотела делать вам больно. Случайно получилось. Вы подуйте – быстрей пройдёт.

Мой лечащий врач при выписке  прочитал мне целую лекцию по поводу, как важно  «не наломать дров», и я теперь изо всех сил пыталась свести  печальный опыт общения Виктора со мной к чему-то нейтральному:

- Я предупреждала, что у меня проблемы с памятью. Давайте подождем немного,  а когда я все вспомню, возобновим наши отношения. Пока мы можем общаться как друзья.

- Я не понял, ты что, продинамить меня решила? – он встряхнул меня за плечи, а я беспомощно уставилась в его искаженное  яростью лицо. -  Снюхалась в городе с кем-то, пока в больнице кайфовала, да? Придумала – как друзья! Я тебе что, пионер, чтоб за ручку с тобой ходить? Ладно, проехали! Телефон себе оставь. Отработала уже, - он оттолкнул меня с брезгливостью, так что я влетела спиной в забор.

Напоследок он  бросил на меня злобный, презрительный взгляд и, смачно сплюнув,  размашисто зашагал к ленд роверу.

Только оказавшись на веранде, я почувствовала, что зубы колотятся, а тело бьет мелкой дрожью.   Пару минут назад меня беззастенчиво лапал незнакомый мужчина, совал в рот грязные пальцы, требовал секса, а напоследок оскорбил. Хуже всего, что я совершенно не помню, чем могла заслужить подобное отношение.

Незаметно юркнуть в свою комнату не получилось.

- Что так быстро? – тётя Валя подскочила с дивана. – Поссорились опять?

- Типа того, - уклончиво ответила я.  Ну не может она понять, что «опять» для меня не существует.

- Вот дура, - протянул Вася. – Кто же тебя по клубнякам возить будет?

- Значит, никто не будет,  - буркнула я, скрываясь за занавеской – слишком ненадежной преградой от живущих в этом доме.

В соседней комнате орал телевизор. Закончилось «Кривое зеркало». Теперь родственники смотрели сериал про ментов, громко комментируя. Так громко, что я с трудом слышала свои мысли. Хотелось  крикнуть им: «Достали! Да заткнитесь уже оба!» Я закрыла уши ладонями, но помогло мало.

Что я делаю здесь, с этими людьми? Я не чувствую к ним любви, близости, лишь раздражение. Они не могут быть моей семьей. Так же как и Виктор не мог быть моим парнем. Мне рядом стоять с ним было неприятно, не говоря о том, чтобы целоваться.  А он мне говорил… Хорошо работаешь ротиком… Противно.  Отработала телефон? Да уж. Эти мысли сводили  с ума.  Проще руководствоваться принципом: не помню, значит, не было.

А может, действительно не было. И нет. Может, я до сих пор в коме, а когда очнусь (если очнусь), рядом со мной будет моя любимая семья, а не эта пародия на неё. Да, да! Это просто затянувшийся дурной сон.

Зачем-то набрала номер Максима. Безэмоциональное: «Абонент в сети не зарегистрирован» резануло по сердцу. От меня в  пустоту улетело смс: «Спокойной ночи. Люблю тебя и Лисёнка». Давясь слезами, улеглась на кровать. Скрючившись, подтянула ноги к подбородку. В голове билась единственная мысль: Вас не существует. Вас не существует. Вас не существует… Только, к кому она относилась, я так и не разобралась, до того, как уснула.



Ариша Дашковская

Отредактировано: 10.09.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться