Помни меня

20

После этого случая я очень сомневалась, что мое присутствие при поздравлении классной руководительницы не ознаменуется каким-либо казусом. Поэтому я надеялась, что Света забудет о своих словах. Но она не забыла. Позвонила и полчаса попрекала за безответственность и забывчивость. Оказывается, я ее уже должна была ждать полностью готовая к выходу.

- Пятнадцать минут на сборы тебе! И ни минутой больше, - кричала она в трубку. – Я уже бегу к тебе. И если ты не успеешь одеться, то потащу тебя, в чем будешь. И никаких отмазок! Я уже свои деньги за тебя положила.

Отведённого ею времени мне хватило с лихвой, чтобы натянуть джинсы и джемпер и соорудить пучок на голове. Светка ждала меня веранде, прислонившись к дверному косяку. Мой внешний вид Света оценила на троечку с минусом:    

 - И с каких это пор мы перестали крутиться? – хмыкнула она. - Голова, как обсосанная. Да и вид, как у бледной моли. Хоть бы накрасилась. Дэнчик будет и Игорек. Вот! Да практически вся наша компашка пойдет, все те, что не разбежались. И это… Лидка припрется, - добавила, скривив губы. – Но ты не  переживай. В кафешку мы ее не звали. Не хватало нам, чтоб вы там с нею перегрызлись.

  После упоминания о какой-то Лидке желание куда-либо идти и вовсе пропало. Не хотела я ни с кем грызться, особенно по поводам, о которых не помнила.

- Не ссы в компот, подруга. Ты эту курицу на раз-два уделаешь, - Света хлопнула меня по спине. – Давай обувайся, одевайся скорее и погнали.

Мы долго петляли по улицам, стараясь не угодить ногой в одну из бессчётных глубоких луж. Дороги развезло. Бурая снежная кашица противно чавкала и хлюпала под сапогами, разбрызгиваясь в стороны. Возле дома Антонины Ивановны уже собралась толпа. Судя по недовольным лицам нас ждали уже давно. Девушка в ярко-красном пальто держала коробку с тортом, а долговязый парень рядом с ней - большой серебристый пакет. К моему удивлению, меня тут же начали тискать, целовать в щёки, задавать вопросы о самочувствии и о жизни. Страх и неуверенность медленно таяли.  Но стоило мне  наткнуться на колючий взгляд из-под тёмных ресниц девушки в вязаной шапочке, демонстративно отошедшей от меня подальше, как эти чувства вернулись вновь.

Кто-то из ребят нажал на звонок.  Буквально через несколько минут на крыльце появилась Антонина Ивановна, сухонькая, старенькая, с совершенно белоснежными волосами, собранными в аккуратную строгую причёску. Шаркая калошами, она дошла до калитки, улыбаясь, приняла подарки и поздравления и радушно пригласила к себе на чай.

Её домик, скромный и опрятный, приятного мятного цвета с причудливыми узорами   на ставнях и обналичке, напоминал сказочный. Ухоженный двор  контрастировал с раскисшей улицей, даже неловко было ступать  по выложенной плиткой дорожке  сапогами, на которые налипла желтоватая грязь.  

Стоило перешагнуть порог ее дома, как тут же окутывала атмосфера покоя. Каждая вещь занимала своё строго отведённое место. На подоконниках розовым и сиреневым цвели фиалки, в кашпо на стене зеленела традесканция, а в деревянной кадке у кресла разросся фикус. Накинутые  на спинки немного потертых плюшевых кресел  ажурные белоснежные  салфетки говорили, что дом живет своей жизнью вне времени и вне моды. Он обнимал гостей, располагал к себе, согревал и дарил умиротворение. Так же, как и его хозяйка, находящая для каждого бывшего ученика доброе слово.

В такой обстановке я расслабилась, и теперь даже странное поведение девушки, продолжавшей бросать недобрые взгляды в мою сторону, не пугало, а лишь вызывало недоумение. Поймав ее взгляд, я не  отвела свой, а наоборот, принялась внимательно рассматривать её, отчего она смутилась, поджала губы и отвернулась. Если бы не выражение неприязни, застывшее маской, ее можно было бы назвать красивой. Ее роскошные темные волосы были заколоты в высокий хвост, который при резких поворотах головы бил ее по худеньким плечам.  Огромными карие глаза были одарены  природой густыми длинными ресницами.  В отличие от других собравшихся здесь девушек, на ее лице не было ни грамма косметики. Она держалась холодно и  отстраненно со всеми, кроме  Антонины Ивановны. Та самая Лида, догадалась я.

От мыслей о ней меня отвлекли разговоры за чаем с ароматными травами и принесённым нами тортом. Кроме того, хозяйка достала вкуснейшее домашнее абрикосовое варенье и булочки с изюмом. Антонина Ивановна  расспрашивала, кто чем живёт, рассказывала, кто из наших одноклассников недавно звонил. Когда кто-нибудь начинал вспоминать очередной забавный случай из школьной жизни, остальные наперебой вставляли свои реплики, смеялись над общими, понятными только им шутками,  я чувствовала себя лишней, случайным свидетелем чужих разговоров. Так пролетело два часа.  Девушки встали, чтобы помочь Антонине Ивановне убрать со стола, но она их остановила:

- Идите, милые, отдыхайте. Мне Иванцова поможет.

- Да зачем? Мы сейчас быстренько уберём и вместе пойдём в клуб, - женщина явно хотела остаться со мной с глазу на глаз,  но Света не понимала намеков.

- Свет, я вас догоню. Лучше не ждите, я сама приду к вам.

- Ну ладно, давай, - недоверчиво покосилась она. – Только точно приходи.

Ребята шумно распрощались с Антониной Ивановной с горячими объятьями и пожеланиями здоровья и долголетия и высыпали во двор. А я медленно  начала  собирать посуду.  Чашки да блюдца – и убирать нечего.

- Ты присядь, я потом сама отнесу, - остановила меня успевшая проводить гостей Антонина Ивановна, и я послушно опустилась на диван, а она присела на кресло рядом.

- Мариночка, весь вечер за тобой наблюдаю, вижу, что-то не так. Подавленная, молчаливая, совсем на себя не похожа. Маму твою видела на днях, говорит, уборщицей работаешь, - она обеспокоенно взглянула на меня.



Ариша Дашковская

Отредактировано: 10.09.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться