Помни меня

35

Дрожащими руками я отворила дверь, спустилась со ступенек и выбралась за калитку. Пронизывающий октябрьский ветер раздувал полы халата, заставлял обхватить себя руками, чтобы сохранить остатки тепла. Я переступала босыми ногами по ледяным лужам, раздумывая, куда теперь податься. Никого у меня нет.    Вспомнилось, что рядом живёт Лида. Я как-то видела, откуда она выходила. Обратиться за помощью к врагу  - не лучшее решение. Вряд ли она захочет меня выслушать, если ей  даже здороваться со мной было противно.  Рука потянулась к звонку возле калитки, но замерла. Уверенности прибавило то, что в  нашем доме зажгли уличный свет, а со двора донеслись громкие, недовольные крики. Найдут, точно убьют. Я все-таки нажала на черную кнопку. Дверь дома открылась, из нее выглянул мужчина в очках.  Наверное, отец Лиды.

- Позовите Лиду. Очень срочно, - крикнула я.

Мужчина скрылся. Минуты ожидания мучительно тянулись. Мне стало казаться, что он узнал меня, и  Лида не захотела выходить. Но она все же появилась, и, судя по недовольному выражению лица и металлическим ноткам в голосе, она мне была не рада:

- Чего тебе надо?

- Пусти, пожалуйста, прошу тебя, они меня убьют, -  взмолилась я, размазывая слезы. Из нашего двора на дорогу стали высыпать темные фигуры.

Лида, щурясь, вгляделась в темноту:

- Господи! Что с твоим лицом? Заходи скорее, - девушка втащила меня за руку во двор и заперла калитку.

В прихожей Лида осмотрела меня с головы до ног.  Она покачивала головой. Из взгляда исчез холод, а из голоса метал.

- Кто это тебя?

- Вася.

Лида отправила меня в ванную, снабдив пушистым полотенцем и чистой сорочкой. Сквозь шум льющейся воды слышу, как она что-то негромко поясняет родителям. Перед тем, как выйти из ванной, я оценила работу Васи. Глаз опух и не открывался, вокруг лиловым расплывалась большая гематома.

В спальне Лида великодушно уступила мне свою кровать, а себе постелила на полу. Она отыскала в аптечке мазь от синяков и сама нанесла ее на щеку.

-Лид, я не помню, чем тебя обидела. Но если сможешь, прости, пожалуйста, - еле слышно прошептала я.

-Правда не помнишь?  - в ее взгляде проскользнуло  недоверие, и я кивнула головой. - Парня моего окрутила перед нашей свадьбой. А он, дурак, признался мне. Прости, люблю тебя, но не сдержался. А я не простила. Он уехал из Гальцево, куда-то на север. Больше его не видела.

- У меня к нему были чувства? Его звали Максим?

- Какой Максим! Какие чувства! Ты как с цепи сорвалась, учёбу бросила, то с одним, то с другим шашни крутить начала.  Я пыталась тебя урезонить. Мол, у тебя же парень есть, однокурсник, а ты мне: был парень, а теперь нет его. И посмотрела как-то странно. Даже если с парнем не срослось, это не повод пускаться во все тяжкие.

- Он умер. Из-за меня. Я ему с моста сказала прыгнуть, он и прыгнул. Вспомнила под гипнозом. Надо было опять к психологу идти, а я отказалась. Может быть, и память вернулась бы.

- Ну и дурак он, - Лида погасила свет и легла.

К завтраку меня не разбудили, а проснулась я после полудня. Голова трещала, щека и глаз болезненно пульсировали. Мать Лиды, Ольга Петровна, оказалась деликатной, вопросов не задавала, налила тарелку супа и пригласила к столу.  Лиды и ее отца не было. То ли Лида собиралась на работу очень тихо, то ли я спала слишком крепко, поэтому не услышала, как она ушла. Зато девушка предусмотрительно отложила для меня клетчатое платье, пальто и новую упаковку капроновых чулок. Лидины туфли оказались мне малы, и Ольга Ивановна предложила мне свои. Они были мне чуть великоваты, но мы заложили в носы ботинок мятую бумагу.

- Оставайся у нас столько, сколько потребуется. Домой пока не ходи, - сказала она мне перед выходом.

До администрации я шла, пугливо озираясь по сторонам. Мне казалось, что Вася  поджидает меня за каждым поворотом. Но, наверное, Вася успел протрезветь и перестал сходить с ума. Сотрудники администрации смотрели на меня и неловко отводили глаза, ничего не спрашивая. Как бы мне ни хотелось, но я все же попалась на глаза Павлу. Теперь он видел меня и такой.

- Кто? – коротко спросил он, остановив меня в коридоре и вглядываясь в мое разбитое лицо.

- Брат, - так же коротко ответила я, не видя смысла покрывать Васю.

- Поехали со мной. Или он убьёт тебя рано или поздно.

- Убьёт.

- Марин, я не пойму, чего ты боишься? Обещаю, мы будем просто снимать квартиру, как соседи. Не захочешь, снимешь угол у какой-нибудь бабульки. Я займу тебе денег на первое время. Устроишься на работу, отдашь.

Можно вернуться домой и делать вид, что все нормально до следующей Васиной пьянки. Скорее всего, мне так и придется сделать. С моей стороны было бы очень некрасиво злоупотреблять гостеприимством семьи Лиды, тем более от моего братца можно ожидать чего угодно. А можно принять приглашение Павла и навсегда покинуть ненавистное Гальцево. Начать жизнь с чистого листа и сделать вид, что грязного прошлого не было, выбросить его, как старую, исписанную тетрадь, всю в кляксах и чужих пометках.

- Я согласна.

Он улыбнулся:

- Закончишь работать, не уходи. Поедем за твоими вещами. До отъезда поживешь у меня. Сразу напиши заявление об увольнении. Я попрошу, чтобы быстро подготовили приказ и рассчитали тебя.

Пашина идея пожить у него меня не обрадовала. Его мама в прошлый раз еле сдерживалась в моем присутствии. Что она скажет теперь, когда я заявлюсь с фингалом на пол-лица, а ее сын скажет, что увозит меня с собой?

Благодаря Паше все формальности с увольнением удалось уладить в тот же день. Перед тем, как отвезти меня домой, Паша заехал за участковым.

Стоило мне отворить дверь, как мать напустилась на меня:

- Где ты шлялась, шабо… - и осеклась, увидев за моей спиной Пашу и человека в форме. – Добрый вечер, - поздоровалась она. – А вы по какому делу?

- Мы ненадолго, - ответил Павел. – Мы просто подождем здесь, пока Марина соберет вещи.

- Куда соберет? Что она натворила? – мать прикрыла рот.



Ариша Дашковская

Отредактировано: 10.09.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться