Помоги мне вспомнить

Глава 8.

Я раздраженно наблюдала, как дождь струйками стекает по стеклу окна библиотеки. На столе меня дожидался белый фарфоровый сервиз, украшенный ярко-синими птицами: чайник, исходящий паром, две хрупких даже на вид чашки, и молочник с сахарницей. Вторая чашка, впрочем, была абсолютно лишней, так как мой будущий супруг уехал по каким-то «неотложным» делам, бросив меня совершенно одну в этом огромном замке. А Анга, до этого вечно крутившаяся где-то рядом, уже несколько дней, как куда-то пропала, так что, компанию мне составляла лишь небольшая кучка слуг, шарахавшихся от меня, как от прокаженной, и, поэтому, только довершавших картину моего полного одиночества. 

Усевшись на кресло рядом со столом, я налила себе кофе и, машинально высыпав пол-сахарницы в чашку, стала бешено мешать напиток ложкой, но стоило мне его отхлебнуть, как приторно-сладкое пойло обожгло мне небо и язык, а мерзкий вкус вызвал рвотные позывы. Я выплюнула кофе обратно в чашку и смахнула сервиз на пол одним движением руки. Звук бьющегося стекла эхом раздался в библиотеке и отрезвил меня, снова напоминая мне, почему я так злюсь. 

После бала в честь нашей помолвки, Омергейр внезапно переменился, став более серьезным. Он отменил запланированную поездку в город, запретил мне выходить из замка куда-либо, даже в сад. А самое главное, он сказал, что наша свадьба переносится на неопределенный срок. 

С чувством мрачного удовлетворения, я оглядела россыпь осколков на полу и, злорадно улыбнувшись, бодро встала с кресла, наступив на несколько самых крупных осколков и превращая их в мелкую пыль, чтобы пройти к одному из книжных шкафов. В последние дни я отчаянно скучала и поэтому перечитала уже добрую часть содержимого его полок. Пока я была занята поисками новой книги, в коридоре послышались приближающиеся голоса слуг, привлеченных звоном и грохотом. 

Не желая сталкиваться с ними лицом к лицу, я решила спрятаться за шкафом, радуясь своей худобе, позволившей мне без проблем туда втиснуться.

Дверь в библиотеку скрипнула и отворилась, и до меня донесся тихий разговор: 

- Опять невеста господина  тут развлекалась, а нам убирай. Угораздило же его обручиться с психопаткой, – проворчал кто-то. 

- Небось прослышала про его богатства, и решила  к своим  ручкам прибрать, - ответил женский голос.

Услышав это, я непроизвольно сжала кулаки, но любопытство пересилило ярость и я продолжила прислушиваться к разговору. 

– Да ладно вам, будьте к бедняжке терпимее. Кто за него в здравом уме пойдет-то? Будто сами не знаете, что даже ее  приходится зельем усмирять, – вмешался третий человек. 

- А как ты объяснишь то, что она перед хозяйской сестрой так выстилается? –возразила женщина. - Уж наверное не из-за зелья...

На этом месте я перестала воспринимать то, что они говорили. Слова долетали до меня будто сквозь вату. Я боролась  с желанием выскочить из-за шкафа и расколошматить не только злосчастный пузырек с «лекарством», лежавший у меня в кармане, но и все остальное, что бьется. Какое счастье, что сегодня я его еще не пила. 

Из глаз медленно потекли слезы, я зажала себе рот, чтобы ничем не выдать своего присутствия и, облокотившись спиной на шкаф, начала шарить в карманах в поисках платка или салфетки.

Внезапно, книжная этажерка, до этого служившая мне опорой, начала медленно наклоняться вперед, открывая мое убежище. Через несколько мгновений, я уже летела на пол вместе с ней и всем ее содержимым. Приземление было болезненным. Потирая ушибленную спину, я перевела взгляд на слуг, столпившихся вокруг и пялящихся на меня, как стадо баранов на новые ворота.
 
Один из них отошел от шока раньше других, и суетливо подбежал ко мне:

- Госпожа, вы в порядке? Не сильно ударились? - обеспокоенно спросил он. Я бы могла поверить, что он искренен, если бы не узнала его по голосу - именно он обозвал меня «психопаткой». 

Я гневно оттолкнула его протянутую руку и заорала, размазывая ладонями слезы:

- Прочь! Пошли все прочь! 

Но они, казалось, не слышали моих слов, продолжая стоять, как вкопанные.

- Пропадите с глаз моих долой! Не желаю вас видеть! – завопила я еще громче, и слуги, наконец-то, в страхе быстро убрались из библиотеки, забыв даже закрыть за собой дверь.

Собрав последние силы, я поднялась на ноги, не представляя, что же мне теперь делать и как себя вести. 

Я не могла себе даже представить, что все может так обернуться. Повсюду валялись книги, вперемешку с безнадежно сломанными полками. Трудно было представить, что все это устроила я. 

Не видя ничего перед собой, я ощупью направилась к выходу из комнаты, периодически спотыкаясь. Выйдя из библиотеки, я так же механически продолжала брести по коридору без всякой цели, и не имея ни малейшего представления о том, в какой части дворца я нахожусь. В голове крутился подслушанный разговор. 

«А вдруг слуги говорили неправду? Мало ли,что могут говорить злые языки?» - думалось мне. Но как это проверить? 

И тут меня осенило: я должна во всем убедиться сама. Я найду кабинет Омергейра и разыщу там какое-либо подтверждение или опровержение услышанному сегодня. Слишком уж просто - обвинить его в том, что он накачивает меня каким-то чудодейственным зельем, не имея при этом никаких доказательств.

Я подняла голову и решительно двинулась вперед. Его кабинет находится на самом последнем этаже, поэтому, в первую очередь, я стала искать лестницу. Та была спрятана за неказистой дверью в самом конце коридора и нашла я ее без особых усилий. Поднималась я по лихо закрученным ступеням довольно долго, потихоньку начиная изнемогать от усталости. Тусклый свет, лившийся из небольших зарешеченных окошек на лестничных площадках, был единственным источником освещения. Повсюду царил запах сырости и плесени. Несколько раз я даже умудрилась поскользнуться, проклиная всех и вся, а в особенности своего жениха. 



Николь Базылева

Отредактировано: 14.11.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться