Помощница лорда-архивариуса

Размер шрифта: - +

Глава 17 Небесная механика

Джаспер неторопливо перекладывал страницы, вчитывался в мой неровный почерк, и лицо его становилось все мрачнее. Отложил последний лист, вздохнул, привычно побарабанил пальцами по столу. На мизинце сверкнул простой перстень с черным камнем, на котором был вырезан силуэт Ирминсула— знак рода Дрейкорнов.

— Итак, эпопея с дневником инквизитора завершена. Мы потратили несколько месяцев, чтобы отыскать книги из библиотеки Филиона Кастора. Мы добывали их, рискуя жизнью. Своими волшебными глазками ты увидела скрытый магией текст и дала мне возможность прочесть его. И все оказалось зря. Описанный в нем ритуал Слияния точь-в-точь повторяет тот, что известен теургам со слов Кастора. Результат этого ритуала всегда один: человек превращается в одержимого и гибнет. Допустим, дело не только в ритуале, а  в несовершенном сосуде. Однако в это слабо верится. Кроме того, Кастор признался в письме моему предку, что часть ритуала он утаил. Похоже, этим дневником он пустил всех по ложному следу. Облапошил императора и теургов, как болванов. Если есть еще страницы, я не знаю, где их искать. След теряется.

— Что же теперь будет? — спросила я, поднимая взгляд от его красивых рук.

Джаспер пожал плечами.

— Со спокойной душой вручу дневник императору. Но все же… что, если все же существует описание подлинного ритуала, и оно спрятано где-то? Оно может попасть в чужие руки...

Он опять взялся за последний лист.

— Что это за узор, Камилла? Он есть на странице дневника?

— Да, господин Дрейкорн. Думаю, инквизитор просто развлекался. Тянул время, перед тем как отправить на костер триста невинных жертв и вызвать демонов. Этот орнамент начертан карандашом, а не чернилами, как текст.

— Любопытно. Странный рисунок. Что-то напоминает… посмотри: эти узоры похожи на символы, которые я видел на раке инквизитора в общине. Ты говорила, это наречие дракрид. Здесь что-то написано на дракриде?

Я вгляделась в рисунок и поразилась: действительно, похоже. Затем покачала головой:

— Нет, господин Дрейкорн. Символы не складываются в слова. И начертаны они иначе… все эти завитушки, росчерки… их не должно быть.

— И все же попрошу: выпиши все символы, которые похожи на руны дракрида. Помнится, каждая обозначает слог?

Я взялась за работу и вскоре протянула Джасперу страницу с выписанными в столбик рунами.

— Отлично. Теперь напиши слоги, которые они обозначают.

Едва я закончила, Джаспер выхватил листок и пробежал глазами. Я принялась рассказывать:

— Каждая руна — это согласный звук и гласный. Всего рун двести пятьдесят две. Аксель Светлосердный — то есть, инквизитор, — написал на дракриде уклады общины, славословия, и формулы медитации, и…

— Достаточно! Ну конечно! Как же ты не заметила?

Он поднялся, поставил стул рядом с моим, сел, подвинул лист и ткнул пальцем в текст.

— Читай вслух!

— Хо, то, ко, ро, — поcлушно произнесла я, — ки, ни, гу, за, ко, ро, га, ла, за.

— И что это означает?

— Ничего. Какой-то бред.

— Хотокоторо кинигу, закоро галаза, — повторил Джаспер, я невольно прыснула и призналась:

— Похоже на ругательство на неведомом языке.

— Глупая. Это общеимперский. Инквизитор — нет, скорее, любитель загадок Кастор, —  использовал руны дракрид, чтобы передать звучание фразы: «Открой книгу, закрой глаза». Простой шифр. Фаракийский язык тоже слоговый, в нем используют похожий метод, когда пишут иностранные имена.

Я ахнула.

— Брат Борг! Но его фраза звучит иначе: «закрой книгу, открой глаза». Что хотел этим сказать Кастор?

— Я догадываюсь, — медленно произнес Джаспер. — Идем!

Мы вскочили, скорым шагом вышли в библиотеку и приблизились к каменному барельефу.

Брат Борг, казалось, пучил на нас каменные глаза с некоторым беспокойством: «Что задумали, нечестивцы?»

— Известно, что барельеф Книгоненавистника велел установить в библиотеке Филион Кастор, когда перестраивал дом, — пояснил Джаспер, — мы считали этой тонкой иронией.

Джаспер принялся осторожно ощупывать глаза Борга и книгу, которые тот сжимал толстыми пальцами левой руки. Изнывая от нетерпения и любопытства,  я нырнула под локоть Джасперу, чтобы лучше видеть. Он положил мне руку на плечо и велел:

— Принеси нож.

Я метнулась в каморку и принесла первый попавшийся нож для бумаги. Джаспер принялся осторожно соскребать слой податливого материала, который покрывал глаза и книгу на барельефе и был искусно замаскирован под камень. Сыпалась пыль, я нетерпеливо переминалась с ноги на ногу. Наконец, брат Борг ослеп, а под обложкой книги показалась небольшая панель.

— Помоги, Камилла!

Джаспер перевернул панель — словно обложку книги закрыл, — положил мою руку сверху и велел надавить; сам запустил пальцы в каменные глазницы. Раздался скрип, барельеф приподнялся и отъехал в сторону.

— Получилось! — я захлопала в ладоши.

Джаспер осторожно достал из открывшейся ниши в стене небольшой листок бумаги.

— Для меня он пуст. Что видишь ты?

— Текст на общеимперском.

— Прочти.

Я с трепетом взяла в руки листок и прочла:

— В неровный год Кровавого Меча, в день Теней, сложи четверть времени прошедшего с полуночи до сего времени с половиной от сего времени до полуночи, и прочие эфемериды укажи сообразно. Подпись: Небесный механик.

Я спросила упавшим голосом:

— Вы что-нибудь понимаете?

Его глаза лукаво блеснули.



Варвара Корсарова

Отредактировано: 04.09.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language: