Попаданка. Дочь чокнутого гения

Размер шрифта: - +

Глава 8

Дрёма нехотя отступала. Сонная тишина рассыпалась, оставляя взамен приглушённый треск и тихое дыхание, что тёплым дуновением касалось виска. А ещё мне стало жарко – так, что непременно захотелось глотнуть свежего воздуха, сбросить с себя липкую духоту.

Приоткрыла один глаз, ничего не поняла и закрыла обратно. Всё плыло, качалось и останавливаться не спешило. Подождала несколько минут и попыталась снова – результат оказался куда лучше, вот только…

Почему я лежу, уткнувшись в чью-то грудь?!

Тут соизволила проснуться память, вытаскивая из глубин события прошлого дня. Меня заперли в кабинете; я, желая успокоить оголодавший желудок, наелась хозяйских булочек и фруктов, глотнула вина и… Поплатилась за своеволие. Не знаю, что это было за вино такое чудодейственное, но возникло такое чувство, будто я раз десять оказалась под колёсами грузовика.

Попыталась выпутаться из крепких объятий Дакара (а в том, что это именно он, не сомневаюсь – запах росы и утренней свежести ни с чем не перепутаю), но тело ватное, непослушное, и единственное, на что меня хватило, – кое-как подтянуть руку к груди. И вот ещё одно открытие – одежды на мне не было, совсем, как и на мужчине рядом. Точнее, я не могу однозначно сказать про Дакара, но там, где положено быть рубашке, ткань отсутствовала. Проверять, на месте ли брюки, не стала.

Дакар на моё копошение задержал дыхание и чуть-чуть отстранился.

– Очнулась? – хриплый со сна голос, если взять в расчёт положение наших тел, подействовал странно: иголки впились в кончики пальцев, проторив себе дорожку до кончиков волос, а лицо опалило жаром.

– Очнулась, – утвердительно хмыкнул Дакар и тише добавил: – Да не красней ты, я уже всё видел.

Вот последнее откровение было совсем ни к чему! У меня же теперь от стыда щёки наверняка приобрели свекольный цвет.

Дакар высвободил одну руку и приподнял моё лицо за подбородок:

– Как чувствуешь себя? – его голос звучал серьезно и с непривычной заботой, будто и не он мгновение назад усмехался.

Кажется, именно от пресловутой заботы и участия с его стороны я прикусила губу и зажмурилась, сдерживая непрошеные слёзы. Сложно делать вид, что тебе всё равно на косые взгляды, на беспочвенные подозрения, обвинения; на нескончаемую угрозу, суть которой я так и не уловила; на случайности, что могли стоить жизни.

– Лиза? – мягко произнёс Дакар и, не дожидаясь бурного потока, прижал меня к груди. Осторожно, будто побоялся сломать.

Это стало последней каплей – беззвучно закричала, пытаясь вырвать из груди обиду на весь мир – и этот, и свой прежний. На чужую черствость, на непонимание, на бесконечно глупое стечение обстоятельств. На тех, кто вроде бы и рядом, но в то же время я сама по себе. На наивность, что пустила корни в моём сердце и не торопилась его покидать, иначе я бы не наступала на одни и те же грабли. На жизнь, что постоянно выкидывает меня на обочину, будто я недостойна счастья, любви и тепла.

Слёзы катились по щекам, оставляя огненные дорожки, и не думая заканчиваться. Будто плотину прорвало, и вся накопленная усталость, боль и разочарование обрушились на меня.

– Хватит, Лиза, – Дакар тихо прервал бесполезное нытьё и попытался отстраниться, но я вцепилась в его плечи (откуда только силы взялись?) и затрясла головой.

Пусть это продлится ещё хотя бы на миг, ведь потом я вновь стану для него незаметной рабочей силой и никем больше. А сейчас так просто поверить, что ему действительно меня жаль.

– А знаешь, если бы ты не выпила это вино, я бы подумал, что яд подсыпала именно ты…

Яд? В вине был яд?

Шмыгнула носом, задержала дыхание и болезненно так с небес на землю – хлоп! Кажется, даже сердце сотворило кульбит и забилось быстро-быстро. Да уж, наивность не лечится.

Отстранилась сама – точнее, попыталась, потому что он мне не позволил, надавив на спину широкой ладонью:

– И да, ты вновь спасла мне жизнь.

Вот как у него так получается – сначала сказать гадость, а потом полить её сиропом, чтобы не так горько глотать было? Неужели нельзя было выбрать что-то одно? Либо обвинения, либо похвалу?

Ха! А сейчас последует его коронный номер - вручит мне мешочек с золотом и выставит за дверь, мотивируя якобы заботой о моём бренном теле!

Ход моих мыслей Дакар понял правильно – и ответил, но совсем не то, что я ожидала:

– Нет уж, никуда я тебя не отпущу. Кто мне бумаги разбирать будет?

Мастер слова, не иначе…

На этот раз он меня отпустил. Правда, отстранившись, тут же пожалела об этом – я как-то упустила из виду тот факт, что одежды-то на мне нет. В очередной раз залилась краской и дёрнула на себя ткань, пытаясь прикрыться. Мои действия вызвали смех – пожалуй, даже искренний, да только мне веселиться совсем не хотелось.

Оглянулась по сторонам, пытаясь хоть как-то отвлечься от сжигающих мыслей, и обнаружила, что мы лежим на полу, рядом с камином.

В голове вспыхнула неясная картинка, отголоски и обрывки – меня перекладывают, разрезают платье, и рядом слышится голос Эдара… И если знание того, что Дакар «видел всё» вызвало лишь стыд, то присутствие при этом его брата зазвенело в душе тревожными колокольчиками.

Хозяин тем временем поднялся на ноги, потянулся, демонстрируя голый торс, босые ступни и… штаны на месте. Последнее порадовало, несмотря на страх, что всё ещё будоражил сердце. Мне сейчас для полного счастья только обнажённого мужчины и не хватало.

Попыталась сесть, одной рукой придерживая край мягкого пледа и опираясь на другую, и почувствовала, что земля уходит из-под ног. Упала на подушку и прикрыла глаза, пытаясь таким нехитрым способом унять головокружение и тошноту. Вышло так себе.



Настя Королева

Отредактировано: 23.07.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться