Попала, так попала, или Невеста на двоих

Размер шрифта: - +

Глава 2. Новый мир

Вот так, не останавливаясь, незнакомец поднялся к самому замку, вызвав у меня немое восхищение.

Из широких кованных ворот высыпала целая толпа. Женщины в таких же как у меня длинных платьях с пышными юбками. Чем-то они напоминали туалеты века этак восемнадцатого или девятнадцатого. Я не очень сильна в истории платьев, да и вообще в истории. Мужчины в брюках, слава богу не в лосинах, и длинных пиджаках. На ум почему-то пришло слово сюртук. Все это дополняли шейные платки.

Меня что, вынесло на съемочную площадку исторического фильма?

Я покрутила головой, стараясь найти хоть кого-то кто одет нормально. Ведь члены съемочной группы должны выглядеть как люди. Но ни камер, ни осветительных приборов, ни нормально одетых людей не заметила.

– Деточка моя, – еле поспевая за несущим меня на руках незнакомцем, семенила и переваливалась с боку на бок необъятных размеров женщина в не таком как у остальных пышном платье, переднике и чепце. – Что же ты, – она уже запыхалась, но все равно старалась не отставать и пыталась погладить меня по щеке. – Зачем же ты со скалы, да в море? А если бы расшиблась? – причитала и одновременно утирала глаза уголком передника.

Получается, что я, то есть не я. Тьфу ты, черт! Совсем запуталась. Та, за кого они меня принимают. Вот! Значит та, за кого они меня принимают, сиганула со скалы в море? А меня выловили вместо нее, и в ее платье?

Чертовщина какая-то!

Стоп. А что будет, когда узнают, что она это не я, вернее, я это не она. Да гори оно все синим пламенем!

Мысли бились о черепную коробку, причиняя боль. Лучше бы я была без сознания и не видела огромного зала, коридоров с теряющимися в темноте высокими потолками, каменных лестниц с резными, блестящими медовым деревом перилами.

Что в древности делали с самозванками? Пороли до смерти? А посчитают ведьмой, так и сожгут!

Подступила тошнота, и я наконец-то отключилась.

Снова очнулась от гадкого запаха подогретого молока и невольно отшатнулась – та же полная женщина совала мне под нос железную кружку, в которой плавала желтоватая пенка.

– Да отойди ты, Грета, – оттолкнул ее незнакомец и вовремя. Хоть желудок был пустой, но все равно подпрыгнул к зубам, а я ломанулась к краю широченной кровати. Сильная рука вернула меня обратно на подушки и пригвоздила к… перине. Точно. Это была перина. – Не видишь что ли, ей плохо, – продолжая удерживать меня одной рукой, другой он убирал с лица прилипшие волосы.

– Конечно, плохо, – Грета хлопнула себя по необъятному боку и пышная грудь заколыхалась настолько сильно, что я смотрела, не в силах отвести взгляд. – Горе-то какое! Она же так хозяина любила. Вот и не вынесло сердечко его кончины, кинулась со скалы.

Так. Кажется кто-то умер, кого девушка, за которую меня принимают, любила. Почему-то она не смогла этого пережить и бросилась со скалы. И что мне делать с этой информацией?

– Дай что-нибудь другое. Мелиссе необходимо подкрепить силы, – распорядился незнакомец.

– Сию секунду, господин, – засуетилась Грета.

Снова услышав как меня называют чужим именем, я вздрогнула, а потом принялась удивленно рассматривать комнату – большая, даже очень большая, вся отделана деревом, с ткаными гобеленами и толстыми коврами на стенах. Если она принадлежит Мелиссе, то у нее, а теперь у меня, здесь неплохое положение. Кровать с четырьмя столбиками, поддерживающими тяжелый балдахин, была удобной и мягкой. В ворохе подушек можно было вполне удобно загнездиться, что я с удовольствием и сделала.

– Это моя комната? – осмелилась задать вопрос, принимая из рук Греты чашку горячего шоколада.

– Никак умом повредилась! – Грета всплеснула руками так энергично, что я едва не опрокинула шоколад на толстое простеганное одеяло.

– Это моя комната, – мягко ответил незнакомец. – Пока не окрепнешь, поживешь здесь.

По виду Греты было видно, что эта идея ей не очень по вкусу. Видимо, нравственность барышень здесь блюлась так же строго как в нашем дореволюционном прошлом.

– А ты кто? – посмотрела на непрошенного спасителя.

Иссиня-черные волосы косо спадают на лоб, почти скрывая большие и выразительные глаза. Упрямые губы слегка подрагивают, будто стараются сдержать усмешку. Твердый подбородок, высокие скулы. Его можно было бы назвать красивым. Той особой, демонической красотой, которая редко оставляет женщин равнодушными. Я бы тоже могла ей поддаться, вот только меня останавливало абсолютное незнание своего будущего и его в нем роли.

– Ты меня не помнишь?

Снова это дрожание уголков губ.

– Точно, повредилась! – горестно воскликнула Грета, а я покачала головой.

– Меня зовут Ладислав. Теперь я хозяин этого дома и… – он замялся и почему-то отвел взгляд. – И твой хозяин тоже.

Что?!

От неожиданности я подскочила, но голову пронзила такая боль, что свалилась обратно, и в глазах потемнело.



Лана Мур

Отредактировано: 15.12.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться на подписку