Попасть в сказку и не выйти замуж? Книга 2

Размер шрифта: - +

Глава 19

Баба Яга и Янина сопровождали меня в моем непростом деле. Теперь перед нами стояла новая трудноразрешимая задача. Я себя ощущала сутенершей, которая привезла клиенткам живой товар, а сейчас проверила платежеспособность покупательниц и провела рекламную акцию своих «мальчиков». Хотя, если верить словам Желаны, то она мужчин не видела двести пятьдесят семь лет, тогда это уже не сутенерство, а благотворительная акция. Два с половиной века без мужского внимания, тут от тоски такие фортели начнешь выделывать! Так что поведение русалочек можно вполне считать воспитанным и сдержанным. Ну что ж, благотворительная акция, спасательная операция, как ни назови, звучит как благое дело! Вперед, сделаем этот мир немного добрее! Ибо сытая женщина – это красота, доброта и мирное существование всех персонажей любой сказки!

- Многоуважаемые защитники тридесятого царства-государства! – обратилась я к плотно жавшимся к лошадкам воинам. - Перед вами стоит ответственная задача: не уронить чести воинства царя-батюшки, Ждана Годиновича, - вот меня перло! – А заодно увеличить количество счастливых женских особей на отдельно взятом водоеме!

- Не согласные мы! – пропищал фальцетом перепуганный рыжий богатырь, которого мы еще недавно рассматривали в качестве перспективного кавалера бабы Яги.

Великая ведьма презрительно рассмотрела этот образчик трусости и разочарованно сморщила кривой нос. Рыжий весь просиял от получения отставки, практически прыгая на месте и хлопая  в ладоши. Яга уже была намерена принять меры по исправлению ситуации, но я ее опередила:

- Смирно! – залихватски скомандовала я зычным голосом.

За добро нужно бороться, и опускать руки я была не намерена. От моей команды весь личный состав молниеносно построился в две шеренги и вытянулся по стойке «смирно».

- На первый-второй рассчитайсь, - как прапорщик со стажем, голосила я.

- Первый!                                                                                     

- Второй!                                                                                        

- Первый!

- Второй! – выкрикивали ошарашенные вояки, включая воеводу, старших конника и стрельца.

Привычное поведение в строю привело мужчин в чувство, но я не ослабляла напор.

- Раскудахтались, как бабы базарные! – я была в ударе, и рихтовала короны зазнавшихся мужиков воображаемой лопатой почем зря.

Время поджимало, мне срочно к сыну нужно, а эти охламоны строят из себя школьниц-недотрог! А то я не видела, какими плотоядными взглядами они прелести русалок поедали! И эти остолопы еще смеют ерепениться! Совсем чувство самосохранения отказывает!

- Маша, ты что нам предлагаешь? С русалками непотребство вершить на озерном берегу? – первый взял слово самый смелый, решившийся отойти аж на полтора шага от своей лошадки, при этом, не отпуская уздечки, то есть Святояр.

- Значит, в темном подвальчике у стеночки непотребства творить тебя вполне устраивает! А на бережку живописного озера – это недопустимо для твоей впечатлительной натуры? Слишком много света и пространства? Ты предпочитаешь исключительно темные и тесные подвалы? – я шла вразнос.

Святояр зло засопел, но крыть было нечем. Сам виноват, материнский инстинкт из меня рвался наружу.

- Машенька, ты же нас на грех толкаешь с малознакомыми русалками! Совестно без брака лобызаниями обмениваться! – пытался до меня достучаться менее отважный Любомир, так как отошел от лошади только на один шаг.

- Хороший мой, а когда ты меня в темном переулке к грязной стеночке прижимал, сколько мы были с тобой знакомы? День? Два? Три? И ни о каком супружестве речи не шло! Когда это в тебе появилась такая щепетильность! – насмехалась я.

Разгневанный поборник морали сверлил меня глазами, но молчал. Материнский инстинкт требовал рукоприкладства, пока удавалось его сдерживать.

- Готова выслушать твои аргументы, Тихон Игнатьевич! – демонстративно повернулась я к старшему стрельцу, уперев руки в боки. Нужно было поторапливать капризных «мальчиков», русалочки уже заждались «добрых дел». Самый перепуганный из командного состава, так и не сумевший оторваться от своей лошадки, старший стрелец решился:

- Да, как же я, свет мой, буду другую деву ласкать, если окромя тебя, голубка сизокрылая, никого иного рядом с собой не вижу? - пел соловьем старший стрелец.



Инга Ветреная

Отредактировано: 24.02.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться