Попробуй спрятаться

Размер шрифта: - +

2 отрывок

                                                                                    * * *

Несколько лет спустя.


 

С самого утра Санёк Лукин творил лишь добрые дела. Вначале вскопал огород соседке бабе Шуре. Потом нашел ненормальную козу ненормальных дачников Антипиных.

Соседка совершенно неожиданно и щедро расплатилась, не обещая, как обычно, «с пенсии маленечко подкинуть». Антипины отвалили за потерянную скотину вообще по-городскому – дали тыщу, полкило конфет и умную книжку о том, как заводить друзей. (Чудные люди, право слово. Коза-то и сама домой брела. Только чужими огородами, зараза.)

Санек пересчитал заработанную наличность и понял, что сегодня он – гуляет. Причем не по единственной деревенской улице, а на дискотеке в соседнем Сельце, где девочки водились – загляденье!

Намывшись в бане и побрив пушок на щеках, Санек вдел в кроссовки новые шнурки, очень нарядный вышел со двора и понял, что день сегодня удался во всем: в Сельцо, на мотоциклах, собиралась половина деревенской молодежи, в коляске у Мишани нашлось свободное местечко.

Гуляем, парни!

Лукин барином доехал до самого клуба, не запылив шнурков. Уже у кассы услышал радостную новость: главный гад Сельца, сын лавочников Гукиных, свалился с ангиной (облопавшись дармового мороженого, наверное). А это означало, что Таньку можно приглашать на медленные танцы, не опасаясь «выйти покурить» с амбалом Гукиным. (Конфеты от дачников, надо сказать, в тот вечер очень пригодились.)

Натанцевавшись и чуть позже вдосталь нацеловавшись, Санек пропустил отъезд моторизованных односельчан, но сильно не тужил. Два километра пёхом - не цена за поцелуи Танечки и мстительную радость в адрес приболевшего, драчливого дитяти лавочников. (Танька даже бюстгальтер позволила расстегнуть. А уж целоваться умела – ум за разум заходил!)     

Довольный Санек брел по тропинке через лес, верхнюю губу, замечательно пахнущую земляничной Танькиной помадой, понюхивал. И грезил. Говорят, от незалеченной ангины с мужиками неприятности случаются вроде импотенции… Или это про корь мама рассказывала? Или свинкой пугала…

Не важно! Важно – Танька обещала послезавтра до моста прогуляться, а уж там… Если период расстегивания бюстгальтера пройдет быстрее, по накатанной, как пройденный этап, то…

Мечты не успели получить развития. Перепуганный Санек, по инерции, сделал шаг и затормозил, как вкопанный.

Преграждая ему дорогу, посередине тропки сидел ВОЛК.

Слабый лунный свет поливал шкуру хищника легким серебром, белые подпалины на груди и под мордой как будто подсвечивали зверя снизу. Глаза мерцали зеленью. Волк сидел на тропинке полноправным хозяином леса, смотрел в глаза человеку, но пока не скалился. Не напружинивал лап и не готовился к броску.

Остолбеневший пешеход почувствовал, как сердце подкатилось к горлу, подтаскивая за собой вибрирующий желудок. В голове проскочила здравая мысль: «Да гори она огнем эта Танька, шалава чертова! Доехал бы с Мишаней до дома, сейчас бы спал уже давно!..»

Парнишка старался не поддаться панике. Сделав осторожный шаг назад, скосил глаза через плечо, повернувшись боком, огляделся…

На первый взгляд – никого. Кусты и темень.

Но волки ж нападают стаей! Если вспомнить рассказы охотников, то сейчас перед Саньком сидел загонщик. Волк, что показывается явно, пугает, заставляя жертву побежать! Настоящая охота начнется, когда Санек покажет спину…

Матерь Божья, спаси и сохрани!!!

На Лукина накатывал первобытный ужас. Он знал – бежать нельзя! Но ноги, не подчиняясь рассудку, уже начали торопливый отход…

Мозг подсказал: «Палка! Ищи палку, дурень!! Вклинишь в пасть, не дашь зубам сжаться на горле!!»

Едва парень начал пятиться, волк поднялся на лапы и зарычал. Негромко, утробно и отчего-то совсем не страшно, без явной угрозы. Как будто попросил о чем-то, не собираясь нападать.

Но тихое рычание-ворчание лишь подстегнуло панику. Санек резко повернулся и бросился обратно по тропинке!..

Волк в несколько прыжков обогнал бегущего и снова преградил дорогу. Сел, вытягивая шею вперед и оскаливая зубы. Теперь хищник рычал уже с определенной угрозой, как будто показывал: пройти не дам!

Лукин затравленно обернулся, облизал губы, суматошно прикидывая варианты спасения… Подумал: может, закричать?! Завопить, что было силы?! До деревни метров триста, авось услышат, или хоть волк напугается?!

Развернувшись, Санек, бочком-бочком, двинулся прежним курсом. Волк медленно пошел параллельно человеку, как бы подталкивая, задвигая того в кусты. Шея зверя пригибалась к земле, волк следил за каждым шагом Лукина, но почему-то все еще не нападал. Маневры путника и зверя напоминали шатание маятника: из стороны в сторону, из стороны в сторону - едва Санек сбивался с какого-то направления, волк оскаливал зубы и заставлял двигаться в нужном ему русле. Не позволял сбиваться с курса. Вероятнее всего, Санек точно угадал  – волк был загонщиком и выводил его на стаю.

-  Господи, да что тебе нужно-то?! – проскулил парнишка. – Лето ж на дворе, вы сытые! Шел бы ты отсюда, серый, загрызешь, охотники всех ваших отстреляют...

Нога Санька уперлась в некий предмет. Шаткий, явно не булыжник. Лукин решил, что это палка, стремительно нагнулся и, наткнувшись пальцами на что-то теплое, обернутое в ткань и округлое, наконец-то заорал! С испугу подумал, что наткнулся на ногу трупа. Чуть не споткнулся о первую жертву лесного хищника, которому отужинать помешал!



Оксана Обухова

Отредактировано: 11.07.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться