После Войны

Глава 16. Принятые решения

Гермиона стояла перед длинным тусклым зеркалом в туалете на втором этаже и разглядывала своё отражение. За прошедшие пару недель она окончательно перестала себя узнавать: стала раздражительной, дёрганной, мнительной. В последний раз она была такой во время поисков крестражей, когда Рон ушёл, оставив их с Гарри вдвоём. Тогда она ощущала на плечах сильнейший груз ответственности, смешанный со страхом, что они не справятся с возложенной на них миссией.

Гермиона открыла кран и ополоснула лицо. Все её проблемы от безделья. Стоит только расслабиться, как тут же начинаешь сходить с ума. Это с ней и случилось. Ей нужны вовсе не успокоительные зелья. Ей нужно заняться делом. Через месяц первое сентября, а значит, неплохо бы сесть за учёбу. Решено: она сегодня же составит план для повторения и наведается в библиотеку.

Сквозь обшарпанную дверцу кабинки просочилось прозрачное личико. Гермиона улыбнулась.

— Здравствуй, Миртл. Как твои дела?

Плакса Миртл подозрительно сощурилась за толстыми стёклами очков.

— А как, по-твоему, у меня могут быть дела? — обиженно проворчала она, зависая над раковиной. — Сижу тут целыми днями совсем одна, и никто ко мне больше не заглядывает.

— Слушай, Миртл, если тебе так скучно, ты могла бы пообщаться с другими призраками.

— С другими призраками? — пронзительно взвизгнула Миртл. — Хочешь сказать, больше никто не захочет со мной общаться? Ну конечно! Кому интересно разговаривать с Плаксой Миртл! Она ведь такая жалкая и противная! Над ней можно только смеяться, смеяться, смеяться! — Привидение залилось горькими слезами.

Гермиона нахмурилась.

— Перестань видеть оскорбления там, где их нет, — строго произнесла она. — Ты обижаешься только потому, что хочешь обижаться.

Миртл перестала всхлипывать и уставилась на неё большими прозрачными глазами.

— Я и должна обижаться. Я же Плакса Миртл, которую все хотят обидеть. Разве нет?

С воем она взвилась под потолок и нырнула в ближайший унитаз, щедро обдав Гермиону брызгами с головы до ног. Отплёвываясь, Гермиона достала волшебную палочку и принялась сушиться. Любопытно. Выходит, отпечаток души Миртл сохранил характер не тронутым. Вот уже пятьдесят лет её призрак живёт в туалете, но развитие так и осталось на уровне тринадцатилетнего подростка.

Гермиона передёрнула плечами, выходя в коридор. Мысль о том, что можно вот так застрять на какой-то ступени развития, казалась ей ужасной. Миртл всё равно что попала в ловушку, вынужденная годы и годы повторять одни и те же ошибки по кругу…

Она резко остановилась.

Вот оно. Вот причина. Рон обижается потому, что с детства привык быть в чьей-то тени: вначале над ним довлели старшие братья, потом слава Гарри. Его восприятие мира — всего лишь инерция, привычка. Вот чего он пытался добиться: хотел ощутить собственную важность.

Как всё оказалось сложно и в то же время — проще простого! Желание пойти и немедленно поговорить с Роном зажглось в душе ярким пламенем. Гермиона чуть не бегом бросилась на его поиски. Как она могла думать, что между ними всё кончено?! Ничего не кончено, пока хотя бы один из двоих борется!

* * *

После двух бессонных ночей и тысячи сомнений Анжелина наконец-то приняла решение. Когда она оставила Алисию, ей пришлось приложить всю силу воли, какая у неё оставалась, чтобы не свернуть в сторону астрономической башни. Пустота, которую она ощущала после разговора с Джорджем, была буквально взорвана откровениями Алисии.

Она заставила себя вернуться в гостиную и умыться холодной водой. Затем отправилась в лазарет и весь день помогала Помфри, пока из головы не исчезло всё лишнее — страхи, боль, разочарование, непонимание. Теперь она могла разобраться в случившемся и в себе самой.

Сейчас она шла на встречу с Алисией, не чувствуя ничего, кроме спокойствия. Она знала: никакие слёзы, упрёки или заверения не смогут сбить её. Она всё решила и на этот раз будет следовать принятому решению до конца. Заметив её, Алисия тут же спрыгнула с подоконника и неуверенно улыбнулась. Глаза у неё были красные.

— Привет.

— Привет, — ровно отозвалась Анжелина. — Для начала ответь на вопрос. Зачем ты вернулась в Хогвартс?

— Из-за Оливера, — охотно объяснила Алисия. — После выписки из Мунго я должна была вернуться на работу, но бросила всё и помчалась за ним. Я уже ни на что не надеюсь. Мне просто нужно было провести с ним ещё немного времени, чтобы… отпустить. — Она исподлобья покосилась на Анжелину и снова уткнулась взглядом в пол. — Вот.

— А что насчёт нас и нашей дружбы?

Алисия покраснела и ещё ниже опустила голову.

— Я думала, ты меня не простишь, поэтому даже не попыталась… Я была уверена, что всё кончено.

«И не ошиблась», — подумала Анжелина, но вслух сказала:

— Ты ведь могла просто рассказать мне всё. Про Оливера. Ещё несколько лет назад.

Алисия смотрела на подругу обескураженно пополам с дикой надеждой в карих глазах.

— Ты прекрасно знаешь Оливера, — спокойно говорила Анжелина. — Из всех девчонок в Хогвартсе он больше всего общался со мной, Кэти и с тобой. Мы были для него партнёрами по команде. Он никогда не обращал на тебя того самого внимания не потому, что ты не в его вкусе, а потому что ему в принципе было неинтересно играть в любовь. Он любит играть исключительно в квиддич. Оливер — тот типичный парень, который не понимает намёков и не умеет читать по глазам. Так что у вас действительно было мало шансов, но если бы ты только рассказала мне…