Последние из рода

Размер шрифта: - +

Глава 23. Истории при свечах.

Выйдя из шатра, Брог остановился и повернулся к следовавшим за ним мальчикам.

– Идёмте, поможете мне с чучелом, а за одним и обсудим кое-что. Есть один разговор.

И Брог быстрым шагом зашагал к дальнему краю поляны, туда, где начиналась стена темнеющего в сумерках леса. Мальчики приблизились к отцу, и он понизил голос до шёпота:

– Начнем с другого. Вы в порядке? Что всё-таки с вами произошло после того как вы исчезли? Рассказывайте всё.

И мальчики, дополняя друг друга, поведали отцу всё что произошло с ними начиная от их побега от слуг императора через туннель, начинающийся в доме Дорга, до того самого момента, как очнулись рядом с Арчибальдом. Брог выслушал их, ни разу не прервав, а потом некоторое время стоял, задумавшись, поглаживая себя по густой черной бороде. Лицо кузнеца вдруг стало серьёзным, можно даже сказать тревожным, когда он сказал сыновьям:

– Да, с миром в последнее время совсем что-то неладно твориться. Послушайте меня внимательно, я всё-таки не орех, и понимаю, что здесь что-то происходит. Я знаю, что есть что-то, чего не знаем мы, и есть люди, которые это знают. Да, понимаю, это может показаться чепухой, но вдумайтесь в мои слова. Что-то тёмное происходит за невидимой завесой, и пока оно не проявит себя, и я говорю даже не о вашем этом Варгане, нет. Я пока не понимаю что, но это что-то глубже. Таких тёмных времён ещё никогда не бывало в нашем мире, ни разу с тех пор, как Великие вдохнули жизнь в первых из нас. Запомните, время игр прошло, теперь уже никому нельзя доверять. Да вы собственно и сами уже убедились на своём опыте. Не знаю, сколько ещё продлиться это затишье, но буря уже не за горами – мои кости уже ломит, словно кузнечным молотом.

Мальчики смотрели на своего отца, осознавая, какой же он всё-таки мудрый и интуитивный человек, несмотря на то, что он всего лишь сельский кузнец. Брог резко обернулся, потому что из чащи донёсся шорох, и мальчикам даже показалось, что где-то в глубине кустов папоротника мелькнул желтый огонёк.

– Идёмте отсюда. Не нравится мне этот лес. Уж слишком много в нем магии – по крайней мере, по рассказам местных.

И быстрым шагом Брог зашагал обратно к шатру. Около одной из стен шатра лежало множество перевязанных красными лентами пучков сена.

– Так, – начал Брог, – основной каркас я уже выковал, осталось только закрепить всё это сено на нём. Я схожу и принесу его, а вы берите сено и начинайте перетаскивать его на переднюю поляну – стол будет стоять там. А затем вместе все закрепим.

Брог вошёл в шатёр, а мальчики принялись переносить сено.

После нескольких часов работы, Брог и его сыновья стояли на поляне, любуясь своим творением. Из всего лишь соломы, ткани и железных прутьев они соорудили поистине впечатляющее чучело огромного кабана с когтистыми лапами, клыками, величиною с меч, и перепончатыми крыльями. К этому времени, стол уже был готов и ломился от всевозможных праздничных угощений, в основном состоявших из свинины: жаренное и тушенное свиное мясо, сало, свиные ушки и два больших кабана, запеченных целиком. Женщины раскладывали столовые приборы и расставляли посуду. Всех жителей Далёкого окутало праздничное настроение – и не важно, что они были за много миль от дома, и что с ними произошло; сегодня был самый главный праздник в году, и ничто не могло его испортить.

К закату, все уже сидели за праздничным столом, который, по традиции, был овальной формы. Все жители села расположились на скамьях и горячо обсуждали каждый свое. Казалось, все селение, в котором ютились беженцы – да что там селение – весь лес затих и притаился, прислушиваясь к звукам пира. Эленор, Валендил и Урануил сидели рядом со своими родителями, напротив них сидел Эорган с женой и Бэйн. Большинство односельчан братьев выжили и сейчас веселились вовсю. За последние месяцы, мальчики ещё ни разу не чувствовали себя такими счастливыми. Они словно провалились в прошлое, в свои глубокие воспоминания, когда при свете Эстеры и множества свечей они гуляли до рассвета, веселились, рассказывали истории и конечно пировали. На секунду, Эленору даже показалось, что лес вокруг растворился, уступив место родным лугам, полям пшеницы, фермам и мельницам. Мальчик обвел взглядом поляну, освещённую светом десятков ламп – между прочим горящих на всё том же свином жиру – и заметил две фигуры, стоявшие на самом краю света и мрака. Приглядевшись, он рассмотрел развивающиеся на ветру бороды и понял: Арчибальд и Дорг явились на праздник. Не то, чтобы он не хотел их видеть – Дорг был ему очень даже приятен – но вот Арчибальд был слишком уж загадочным и предвещал неприятности, как молния предвещает гром. Два старика медленно обошли стол и уселись рядом с мальчиками на заранее оставленные им места. Особого участия в разговорах они не принимали, лишь молча ели да пили, но на это, собственно, никто и не обратил внимания – все были слишком заняты. Смех ещё долго разносился над поляной, мясо шло на ура и медовуха с элем текли рекой. Наконец, Дэрк, деревенский сказитель поднялся со своего места. Все сразу притихли, когда из кожаной сумки за спиной он бережно, словно новорождённого ребёнка, вытащил небольшую лютню с незамысловатым цветочно-ягодным узором, обегающим всю деку и корпус. При одном взгляде на неё на ум приходила весна, пение птиц, прогалины в снегу, капель, ягоды рябины и маленькие – и ещё совсем слабые – цветы под снегом. И когда Дэрк медленно провёл рукой по струнам, поляну наполнила весна; как будто бы в звуке этой на первый взгляд совсем обычной лютни были заключены голоса всех птиц, что возвращаются в родные края после зимних холодов, эхо всех капель, что, падая с кончиков сосулек и ударяясь об землю, разбиваются на тысячи осколков и даже безмолвный шёпот только проклюнувшихся почек на голых ветвях и молодой травы, казалось, слышался среди мелодично перетекающих друг в друга аккордов. Всё вокруг замерло, прислушиваясь к волшебным нотам. И тогда молодой бард произнёс:



Данил Кабельков

Отредактировано: 31.03.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться