Последний человек на земле...

Размер шрифта: - +

Глава 4.

Как водится, первым в квартире проснулся будильник. Р-330 поднял глаза от экрана и покосился на часы. Часы ехидно сообщили, что пора готовить завтрак. Мимо его комнаты сонно прохлопала голыми ногами Алиса. С самого первого дня здесь это, пожалуй, было её единственным послаблением для самой себя: говорить что хотела она не могла, действовала всегда согласно заранее проработанной схеме, всегда растягивала на лице улыбку, но вот никогда не отказывала себя в удовольствии прошагать утром до ванной комнаты босиком. Словно в отместку за то, что до этого ей почти год пришлось жить в месте, где не было возможности ходить без обуви, по полу ползали крысы, а воду давали в галлонах и потому приходилось умывать и промывать те части тела, что считал важным, женщина каждое утро направлялась в ванную комнату, где минимум час проводила просто возясь в воде. Также особое удовольствие она получала от купания детей, которые тоже были довольны переездом. Старший очень быстро принял правила игры и начал откликаться на «Дэни», в то время как младший по-прежнему иногда звал папу. Обнимая его руками, неспособными заменить человеческое тепло, робот часто сожалел, что ничем не может помочь. Но особенно здесь нравилось малышу Нэду, который, наконец, смог нормально двигаться, а не оставался без конца у меня на руках или в ограниченном пространстве колыбельки. Пришлось по душе месячному ребёнку и то, что теперь было вдоволь воды и мама находилась рядом, подолгу играя с ним каждый вечер в ванне, полной пены с волшебным запахом.
Иногда приходил Генри и, словно извиняясь за своё прошлое поведение и прося помощи, протягивая бывшей жене какое-нибудь дело, требующее взгляда профессионала. Она, несмотря на то, что начала работать на следующий же день по приезду, всё ещё не заработала достаточно доверия для того, чтобы иметь допуск к по-настоящему важным лицам. А мужчина заслужил и теперь частенько подкидывал личные дела клиентов, пока сам занимался выбором нового дивана в трёхэтажный дом – подарок отца Хельги, просто влюблённого в своего будущего зятя. Известный политик был как развёрнутая конфета и доверял свою безопасность и здоровье исключительно уже один раз спасшему его Генри, чем тот беззастенчиво пользовался. Так, личное дело его жены «внезапно оказалось утеряно», а потом было найдено, вот только вместо «Алиса» там значилось «Синтия», и детей у них не было. А «Алиса» вместе со своей фамилией плавно перекочевала в его семейный реестр, где тесть и тёща незаметно превратились в мать и отца Генри, горюющего, что не может познакомить невесту с «семьёй». Сама невеста сияла и всеми силами делала вид, что её живот – от нервов. Алиса после каждой встречи с ней приходила какая-то странно задумчивая и однажды Р-300 решился спросить о причине.
-Понимаешь, он ведь дурит её. Но, в отличие от меня, она верит в то, что 
это – «один раз и навсегда», не понимая, что через пару лет у него случится новое «навсегда» и тогда только могущественный папа сможет вернуть загулявшего муженька обратно в семью.
-Ну… - пожал плечами робот, - У неё он есть, почему бы ему не держать Генри до самого последнего вздоха?
-А потому, что я так не могу, - женщина вдруг забралась на диван с ногами, как не делала уже очень давно, с самой свадьбы, - Мне ведь было восемнадцать, когда он вот также шептал мне на ушко, что «никто не узнает», «ничего не случится» и «давай только попробуем». И ведь тогда я тоже верила и надеялась, что это – просто игра. Но когда в конце он вдруг стал другим, это было неожиданно! Шок! У меня был шок, - руки обхватили голову, потому что её ощутимо трясло, - Я не понимала, что происходит вокруг, хотя знала, что всё надо исправить. Просто не представляла как! Мне пророчили великую карьеру! Я могла бы стать знаменитой и делать сейчас операции в этой клинике не потому, что меня порекомендовали, а потому, что мне доверяют свои жизни! А вместо этого я вынуждена стискивать зубы на встречах с его новой женщиной и думать о том, чтобы высказать ей всё в лицо! Я глупая, да? Совсем глупая?
В коридоре за их спинами что-то упало. Р-330 повернул голову и увидел высокую светловолосую женщину, смутно похожую на Алису, которая, ошарашенно смотря на хозяйку дома, сползала по стене. У её ног золотыми шариками в последних солнечных лучах раскатывались в разные стороны апельсины…

-Как ты?
Р-330 покосился на женщину, которая, держа в руках чашку, тихо хлюпала носом. Кое-как ему удалось усадить её в мягкое кресло, однако привести в чувство, казалось, были неспособны все психологи мира. Алиса на кухне что-то быстро нарезала, будто убегая от будущего разговора.
-Хельга?
Наконец, та подняла глаза. Однако в них не было и капли понимания, словно женщина смотрела на простой кусок металла. Р-330 прикинул сколько ей было лет, когда его модель отправилась в колонии и понял, что в тот момент она ещё не родилась. В этом случае обижаться было глупо: Хельга просто никогда не думала, что существуют роботы, способные на сочувствие. А о существовании подобных когда-то очень давно вполне могла и не знать. Из кухни показалась Алиса с небольшим подносом, полным маленьких бутербродиков. Она старалась сохранять обычный тон, хотя в голосе и проскальзывала иногда паника.
-Итак… сколько ты слышала?
-Всё. Шла из больницы, хотела поделиться радостной новостью, даже апельсинов детям купила, а тут - … - она втянула воздух, словно собираясь закричать, - Твой робот проявил участие. Это какая-то новая модель?
-Нет, такая прошивка, с псевдоинтеллектуальной системой.
-Дорого вышло?
-Нет, попался новый специалист. Как раз перед…
-Падением корабля?
-Да.
Снова повисла неприятная тишина. Алиса, подняв голову, рассматривала свою гостью, гадая о дальнейших её действиях. Хельга была беременна, а потому – непредсказуема. Она вполне могла бы отправить их всех обратно в лагеря, где голод и болезнь ежедневно загоняли тысячи людей в могилу. И, если у Р-330 ещё был какой-то шанс прибиться к охране или выжить в одиночестве, то у Алисы, с висящими на шее детьми… А ведь Генри вполне может попробовать отомстить, раз его затея сорвалась…
-Гадаешь о том, что я сделаю?
Вопрос – как выстрел в голову. Алиса распрямила плечи, отчего волосы, впервые за последний год пришедшие в норму, и потому – здоровы, рассыпались золотой волной, почти полностью закрывая лицо.
-А что ты сделаешь?
-Ты… зачем ты приехала?
-У меня трое детей. Там, - подбородком указав куда-то вдаль, обняла себя руками, - Там у нас не было бы шансов.
-Ты… ещё любишь Генри?
-Нет.
Р-330 показалось, что на секунду Алиса заколебалась, словно не была уверена в ответе. Заметила это и Хельга: её глаза сжались в узкие щёлочки, а профиль стал хищным. Женщина поставила чашку на стол и чуть подалась вперёд.
-Ты собиралась спать с ним здесь?
-Нет.
-Хм… Тогда… что ты ему пообещала, чтобы он тебя сюда привёз?
-Специалиста, - и видя, как удивлённо поднялись брови гостьи, добавила, - Он знает насколько хорошо я знаю общее дело и, пожалуй, только на меня может полностью положиться.
-То есть… вас уже ничего не связывает?
-Что бы нас ни связывало, - Алиса вдруг тяжело вздохнула, - Но я по-прежнему не желаю ему зла и, пусть он и не всегда поступал правильно, но…
-Почему ты такая?
-«Какая»?
-Словно боишься чего-то.
-Ты… я поступила не очень хорошо по отношению к тебе и ты имеешь вескую причину, чтобы меня возненавидеть.
-Зачем мне ненавидеть тебя? – Хельга вдруг улыбнулась, - Неужели, если я сейчас брошу чашку на пол и мою ногу обдаст горячими брызгами, я должна злиться на пол или чашку? Испытанная боль станет последствиями неудачного решения. Это Я выбрала Генри и, несмотря на все подозрительные недоговорки, спала с ним. Звучит странно, но в такие моменты я сама себя не понимаю. Что это? Глупость? Незрелость? Мать учила меня быть взрослой и умной, однако так и смогла объяснить, как это: «быть взрослой и умной». Сейчас я понимаю, что «быть взрослой» - значит отвечать за свои решения и принимать последствия, какими бы плохими они ни были. А «быть умной» - значит приложить все усилия, чтобы последствия были только хорошими. Мамы не стало, когда мне было шестнадцать. Прошло всего два года, а я уже наломала дров… Жаль, что я поняла это слишком поздно. Но… ничего уже не сделать, правда? – она покосилась на порядком выпирающий живот, - У меня осталось не так много времени на то, чтобы привести свои чувства и мысли в норме. Совсем скоро я стану мамой и, пусть и без Генри, смогу достойно воспитать будущего члена общества.
Хельга встала. Ей было уже тяжело ходить – беременность, несмотря на повышенный уход и персональную сиделку, проходила не очень хорошо. Возможно, в этом были виноваты постоянные светские приёмы, на которых она, к неудовольствию будущего мужа, в одиночку сопровождала отца, не устающего рассказывать всем о своём счастье из-за скорого пополнения семьи.
-Ты… ты не могла бы стать моим лечащим врачом?
-Что?
-Алиса Кройс, я прошу вас стать моим лечащим врачом.
-Но… почему?
-Ты уже рожала от этого мужчины и, судя по всему, у тебя неплохо получилось. Я не знаю точно какие могут возникнуть проблемы, поэтому, прошу, будь моим лечащим врачом.
-Ты не хочешь меня уничтожить?
-Зачем? Ты всего лишь воспользовалась подвернувшейся возможностью. При этом тебе не пришлось никого обманывать. Если уж кого-то и надо наказать, то это, разумеется, Генри…



Дарья Матрохина

Отредактировано: 30.06.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться