Последний мост к истине - Начало

Глава 16

Фиалку куда-то волокли. Она ощущала это даже сквозь пелену бессознательного состояния. Один раз девушка приходила в себя и даже смогла рассмотреть похитителей, но их уродливые чешуйчатые морды, похожие на смесь ящерицы с птицей, рычащий смех и неожиданно сильные когтистые лапы быстро отправили Фиалку обратно в добрые и безопасные объятья обморока.

Снов не было. Только порой, сквозь темноту пробивались тычки и глухое рычание, но они не успевали формироваться в образы и растворялись в пустоте.

Тьма, словно теплое одеяло, укутывала девушку, делая страхи далекими и несущественными. Она убаюкивала, успокаивала, защищала. Только вечно прятаться в этой доброй темноте девушка не могла, как бы сильно ей этого не хотелось.

Отвратительная вонь прорвалась сквозь пелену и разорвала безопасность забытья. Энни открыла глаза, но поначалу окружающая тьма была такой же непроглядной, как и чернота небытия. Вокруг толклись какие-то животные, похрюкивая и касаясь Фиалки своими теплыми шершавыми боками. От них разило помоями и грязью.

«Свиньи», — догадалась Фиалка. — Меня бросили свиньям».

В жизни ей не раз приходилось общаться со свиньями, всё-таки отчим был свинопасом. Девушку больше беспокоила темень и рычащие голоса, которые доносились откуда-то спереди.

Фиалка зажмурилась, прикрыла лицо руками и принялась считать. Этому трюку она научалась, когда отчим повадился запирать её в темном чулане, без единого лучика света. Чтобы хоть чем-то себя занять, девочка решила выяснить, как быстро её глаза привыкают к темноте, и как это можно ускорить. Времени на это у неё было предостаточно.

Досчитав до ста, девушка убрала руки и открыла глаза. Теперь темнота вокруг не была такой черной. Серыми тенями выступили спины свиней, которые меланхолично толклись в маленьком загончике. Где-то впереди, за темным силуэтом решетчатого заграждения, стоял кто-то ещё, но яснее девушка со своего места разглядеть не могла.

Ей было страшно, ей было очень страшно. Сердце колотилось как бешеное, в голове роились тысячи пугающих мыслей и образов. Хотелось забиться в самый дальний угол этого загончика, свернуться в клубок, зажмуриться и проснуться, в тепле и уюте трещащего огня, рядом с друзьями. Она бы вцепилась в Мартина, или Полдона, или Фолла, или в Гарри, и больше ни за что бы не разжала своих рук.

Раздалось непонятное щелканье и причмокивание, дополненное гортанными рыками. Фиалка вздрогнула, выныривая из омута мыслей о несбыточном, и принялась высматривать источник этих странных звуков.

Вновь раздался горловой треск, и девушка увидела его источник. Две невысоких, уродливых тени, похожих больше на собак, вставших на задние лапы, маячили за оградой свинарника, явно о чем-то переговариваясь. Их язык, полный стрёкота и бульканья, больно бил по ушам, хотя казалось, свиньям было всё-равно на эту какофонию. Хрюшки продолжали меланхолично толкаться в тесном загоне, то и дело норовя повалить девушку в грязь.

Переборов страх и отчаянье, что начало пускать свои корни в сердце девушки, Энни начала проталкиваться вперед. Нужно было узнать побольше о своих похитителях. Нужно было понять, где она и что её ждет впереди, но самое главное — нужно было выяснить, как ей выкрутиться и воссоединиться с друзьями.

Ноги и руки слушались неохотно, будто тело само сопротивлялось решению девушки. Сердце колотилось, словно крылышки пойманного в банку мотыля, губы дрожали, слезы рвались из глаз, но Энни продолжала ползти вперед, протискиваясь между теплыми боками свиней, которые возмущенно повизгивали в ответ на этакую наглость.

Чем ближе Фиалка подбиралась к ограде, тем больше ей удавалось разглядеть. Теперь она видела шершавые стены по обе стороны загона и высокий свод над своей головой.

«Пещера», — отметила девушка про себя. — Я в пещере».

Стрекочущие тени, казалось, не заметили возни в загоне и продолжали скрипеть друг на друга, размахивая лапами. Блеклый свет, едва пробивающийся откуда-то спереди, мешал рассмотреть их, лишь очерчивая силуэты. Свиные туши тоже не добавляли обзора, но высовываться и смотреть поверх щетинистых спин девушке не хотелось.

Замерев в нескольких шагах от изгороди, Фиалка осторожно приподнялась и тут же отпрянула назад, сворачиваясь в комок. По ту сторону забора, грубо сплетенного из длинных ивовых веток, стояли две уродливые чешуйчатые собаки, переговариваясь на своём ужасном языке. Они были размером с невысокого человека, чуть повыше ее самой, но гораздо шире в плечах. Уродливые вытянутые морды венчались несколькими рядами коротких наростов, похожих на маленькие рожки. Бесформенные тряпки служили существам подобием одежды. Тот из ящеров, что был немножко крупнее, держал в когтистых трехпалых лапах короткое копьё. Его собеседник имел за плечами большую плетенную корзину.

Их вид вызывал у девушки трепет. Она скрючилась, стараясь прижаться к земле, и принялась перебирать в памяти всех фейри, о которых ей доводилось слышать. Только из человекоподобных ящеров на ум лезли одни драконы. Но на великих, могущественных и мудрых первозмеев эти заморыши мало походили.

Справившись с волной страха и отвращения, Фиалка вновь приподнялась, чтобы осмотреть окружение и поискать выход. В тот же миг мощная когтистая лапа ухватила её копну волос и вытянула к самой изгороди.

— Человек! — пророкотала на всеобщем ящерица, держащая девушку. — Ты понимаешь нас, человек?

Фиалка мычала и брыкалась, пытаясь вывернуться из железной хватки чудовища, но все её потуги были напрасны. Ящерица только сильнее прижала её к плетеному забору.

Второе существо застрекотало, скаля свои длинные желтоватые зубы.

— Ты понимаешь меня? — рук пленителя прокатился по пещере, гулко отскакивая от высоких сводов.

— Да! — пискнула девушка.



Рудный Кот

Отредактировано: 03.11.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться