Последний Валентин

Размер шрифта: - +

Глава 8. Альфа

Едва меч коснулся шкуры - время как будто остановилось, превратив и призрака и воительницу в неподвижные статуи. Даже снежинки вокруг них застыли в своем бесшумном полете. Все замерло, лишь клубящаяся вокруг пары едва светящаяся дымка становилась все плотнее. Она, словно живой, мерцающий серебром туман, поднималась из снега и издавала едва уловимый шепот. Шепот усиливался, перерастая в многоголосый гомон. Неожиданно налетевшая вьюга закружила свой безумный танец вокруг замершей пары в мгновения ока скрыв ее от моих глаз, словно укрыв плотной кружевной шалью.

Ветер усилился и Вьюга заплясала быстрее. Ее танец уже не просто поднимал снежинки, он сбивал с ног, бил по лицу холодным колючим снегом от которого я не мог увернуться как ни старался. Между тем гомон превратился в стенания, которые с каждым мгновением усиливались, пока не превратились в единый многоголосый крик. Вопль был такой силы, что вековые сосны вокруг нас пригнулись к земле, словно это были не могучие деревья а ломкая луговая трава. Жуткий леденяший крик казалось проник в самые потаенные уголки души, на мгновение сковав ее страхом безысходности пока монстр внутри меня не растерзал его в клочья.

А затем все кончилось и на поляне воцарилась тишина. В ушах звенело, а тело онемело, словно превратилось в камень. Пока я заново учился дышать, мантия бесформенным лоскутом упала на землю.

Гамаюн тяжело вздохнула, скидывая последние остатки оцепения, молча подошла к шкуре и также молча водрузила ее на плечи                      

Гамаюн тяжело вздохнула, скидывая последние остатки оцепения, молча подошла к шкуре и также молча водрузила ее на плечи. Уловив мой вопршающий взгляд, она лишь покачала головой и процедила сквозь зубы: "даже не спрашивай". Вид у нее был удрученный. Покорность с которой она вернула мантию на плечи развеселила меня и остатки недавнего напряжения исчезли, развеявшись в пыль. Она расскажет мне все, когда придет время. В этом я не сомневался ни секунды, но Гамаюн казалась задумчивой. Я редко видел ее такой. Это так не вязалось с ее взбалмошным характером, что мне стало немного не по себе. Но мой смешок быстро привел ее в чувство и к ней вернулось ее прежнее состояние:

- Чего скалишься, пес? Нам пора готовиться к битве. 
Только тут я осознал, что солнце уже скрылось за горизонтом, окрасив и небо и снег вокруг нас в одинаково серый цвет. На лес опустились сумерки, а вокруг стояла немая звенящая тишина. Обычные люди сочли бы ее устрашающей, но на поляне обычных людей не было.

Возле Гамаюн стоял, широко раставив лапы, огромный пес и жадно втягивал ноздрями меняющийся морозный воздух                      

Возле Гамаюн стоял, широко раставив лапы, огромный пес и жадно втягивал ноздрями меняющийся морозный воздух. Я видел его вспыхивающие огнем глаза в глазах Юны и удивлялся, что трансформация произошла так быстро и незаметно, словно это был не я, а совершенно другое существо. Юна смотрела на меня без капли сметения и улыбалась краешком рта. Ее мускулы были напряжены, а тело как никогда напоминало тело хищника, готовящегося к броску.

" Они идут с юга" - пронеслось у меня в голове. Я последовал за ее внутренним зором и увидел серую массу стелящуюся по земле. Оплетаи, словно призраки скользили между деревьев. Они учуяли мой запах и теперь едва сдерживали свой голод. Пес переступил в нетерпении с лапы на лапу и почти тут же я почуял еле уловимый аромат, появившийся за моей спиной. Нокры. Нас пытались взять в колцо, но упавшие сосны лишали врага возможности подкрасться незаметно. Пес втянул ноздрями воздух, пытаясь по запаху определить количество нападавших. В нос ударил гнилостный смрад разлагающейся плоти. С моего горла раздался тихий предупредительный рык. Мы с Гамаюн перекинулись понимающими взглядами и молча развернулись к друг другу спинами. До битвы оставались считанные минуты.

Как ни странно, но именно в такие мгновения память начинает прокручивать всю прошлую жизнь как киноленту в кинотеатре                      

Как ни странно, но именно в такие мгновения память начинает прокручивать всю прошлую жизнь как киноленту в кинотеатре. К радости или к горю, но долгое время я был лишен этого, словно меня, как ребенка не пускали на сеанс "для взрослых". Но сейчас в голове проносились воспоминания всей моей прошлой жизни. 
Я был рад, что память вернулась. Она воскресила невыносимую боль, как будто в сердце пробили огромную дыру, но и подарила надежду. Надежду на то, что я обязательно снова встречу ту, что залечит все мои раны.

Я вдруг поймал себя на мысли о том, что мой теперешний приход на Землю был совершенно необычным. Многолюдные мегаполисы со своим несмолкающим шумом, воем сирен и постоянной возней казались сейчас чем- то эфимерным, находящимся в абсолютно другой реальности. По сути так оно и было, но по всем законам Небес я должен был сейчас находиться по другую сторону Стены и искать пару для Ирен, а не отражать атаку мерзких тварей. Но я оказался здесь, примирился со своим монстром и вдобавок ко всему, снова обрел память. Я вспомнил все о своей прошлой жизни, кем был и чем занимался. Это было похоже на то, как будто бы я вышел из комы и вдохнул воздух полной грудью, словно одна половинка меня нашла другую и я снова стал целым. Многие события жизни заиграли новыми яркими красками, словно с глаз спала пелена так долго приглушавшая их. Так приятно было чувствовать себя собой и осознавать свои силы.



Ирина Краффт

Отредактировано: 11.08.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться