Последний вояж

Глава 5

«Что и говорить, вечер был очень насыщенный». Выйдя из кабинки, поняла, что мои приключения еще не закончились. Опершись о раковину бедром, стояла Жанна и разглядывала свои ногти. Лицо не предвещало ничего хорошего. «Все-таки придется расстаться, если не с парой зубов, то с некоторой частью волос точно. И почему женщины видят в банальной склоке решение своих проблем?».

Не хотелось доставлять ей удовольствие, поэтому вполне спокойно подошла к раковине и начала мыть руки.

- Ну, рассказывай?

- Сказку на ночь? Извини, ты спутала меня с Шахерезадой?

Она придвинулась ближе, по дыханию можно было понять, что время, которое мы потратили на десерт, девушка провела в баре наедине с алкоголем.

- Расскажи, как ты подкатила к моему мужу. Что такое ты делаешь, чего я не умею? Кто ты такая вообще? И откуда взялась?

- Я учительница географии, если тебе от этого стало легче.

Дикий смех эхом прокатился по небольшому помещению.

- Черт! Правда что ли? Офигеть можно. Теперь Петенька занимается еще и такой благотворительностью?

- В данном случае, это я сейчас занимаюсь благотворительностью, слушая вас.

Я не успела уловить момент, когда ее настроение резко изменилось, поэтому оказалась прижатой к раковине. Липкие пальцы обхватили мое горло, достаточно крепко для ее, в общем-то, миниатюрной фигурки. Попыталась оторвать их от себя, но алкоголь возымел действие. Налитые кровью и дикой злобой глаза могли бы, наверное, прожечь на коже дыры. «Она что чистый спирт пила? Так нарезаться за двадцать минут».

- Я угробила на этого жлоба три года! Понимаешь три года, все для него делала, все. И он пожалеет об этом! Пришлось даже его чокнутую дочурку терпеть, улыбаться ей. Он за все ответит,- она приостановилась и еще посильнее поднажала. – А тут ты. Хлоп-хлоп и все парень готов развестись. А ведь с руки ел…

- Жанна, - говорить было трудно, да и выходило, что я не говорю, а хриплю. – Успокойтесь, он собирается с вами развестись не из-за меня. Мы познакомились то только вчера…

- Вчера??? За сутки окрутила, вот козел!

«Ну, все ты меня достала тупая коровища». Руки немного ослабли от недостатка воздуха, но ударить ее кулаком в левый висок получилось неплохо. Потом вдавила каблук в маленькую ножку. Девушка завизжала от боли, выкрутив запястье с усилием наклонила голову этой «конфетки» над раковиной и включила воду похолоднее. Благо краны здесь были выгнуты высокой дугой, а не располагались низко.

- Вот и отлично… Умоемся, а то я смотрю ты совсем распоясалась. Не надо так много пить. Не надо…

Держать было неудобно, она сучила ручками и ножками пытаясь вырваться, но стоически перенося все эти неудобства, плескала в лицо бунтарки холодной водой и терла, пытаясь привести в чувство.

- Все, все… - послышалось невнятное бульканье.- Хватит, перестань, дура …

- Так, по-моему, не все, раз я дура.

- Нет. Не надо больше… Перестань…

Наверное, в этот момент милосердие взяло верх, разжав руки, отступила в сторону. Дико зыркнув, девчонка откинула прядки мокрых волос с лица. Зрелище, конечно, то еще. Косметика поплыла, чем-то она сейчас была похожа на персонажей из клипов Мерлина Менсона.

- Давай ты, сейчас вытрешь лицо…

- Пошла ты!

С размаху влепила мне затрещину и вылетела из туалета.

- Мне очень жаль. Не думал, что Жанна может вас побить. Черт!

- Если быть точной, она меня не побила. Да и я не божий одуванчик. Просто не ожидала вот и все.

Он убрал от щеки полотенце со льдом, подошел к столику, где стояло ведерко с шампанским и, достав от туда новую партию, снова подал мне.

Мы были в его номере. Я возлежала на диване и прикладывала холодный компресс, а Петр наматывал круги вокруг меня. Даже с закрытыми глазами можно было определить, где он находиться по исходившим от него волнам недовольства.

- Мне ее жаль. Вот и все.

- Жаль? Мне никогда не понять женщин.

- Я не зациклена на своей внешности. Поэтому небольшой синячок меня не очень огорчит, правда остальная часть отдыха испорчена, придется отказаться от экскурсий.

Послышались шаги, очередной заход.

- Петр, перестаньте ходить. А то ко всему прочему у меня морская болезнь начнется.

Тяжелый вздох. Диван рядом с моими коленями просел от его веса. Приоткрыв один глаз, посмотрела в сосредоточенное, хмурое лицо.

- Что вы так на меня смотрите?

Он наклонился и уперся ладонью сбоку от моего лица, убрал полотенце со льдом. Сцена уже начала попахивать бульварным романом. «Осталось только ему наклониться и поцеловать меня нежно в трепещущие губы… О черт! Может мне тоже начать писать слезливые истории о вечной любви?». Я знала за собой, что в критические моменты нервозность выходит изнутри со смехом. Вот прямо как сейчас, глупый смешок.