Последняя любовь. Плен и свобода.

Часть 38

Привлеченная вниманием Риверна, Баст, не заметила такой же, а может быть ещё более ненавидящий взгляд наложницы, что сидела напротив неё. Та переводила взгляд с неё на Алиена, который не замечал ничего, кроме переполненной тарелки девушки - та почти ничего не ела.

Он оказывал ей такие же знаки внимания, как и фаворитке, подкладывал на тарелку лучшие куски, но так и не смог вызвать её интереса. Девушка также вяло и безрадостно ковыряла еду.

Зато старик работал ножом, как золотоискатель киркой: он вскрывал им кости, вынимал из них костный мозг и непрестанно смолил свою «козью ножку», при этом, не забывая поглядывать по сторонам единственным глазом. Он видел и ненавистный взгляд черноволосой наложницы, и ложнодружелюбное подмигивание весельчака. Также от него не укрылось настроение Алиена, когда тот заметил незаинтересованность девушки в его знаках внимания.

Для молодого воина трапеза прошла в унынии, а вот старик веселился вовсю.

***

Риверн смотрел жадным взглядом с противоположного конца стола на девушку-кошку. В последнее время он чувствовал себя неважно: не хотелось ни есть, ни пить, ни развлекаться. Он в тоске бродил по станции в надежде увидеть её снова. Однако встретить девушку можно было только в обеденное время в главном зале - вредный старик зорко охранял её, нигде больше она не появлялась в одиночестве.

И Риверн страстно смотрел на неё издалека, как ребенок смотрит на желанную вещь, высоко стоящую на шкафу, которой ему строго-настрого запретили играть взрослые. Риверн не забыл холодный взгляд девушки, волны ненависти и отвращения, которыми его окатывал взгляд зелёных глаз. А также то презрение, с которым она отвергла его предложение. Её взгляд преследовал его во сне, чудился в коридорах, в залах крепости. Сетт хотел поиграть с ней, ему хотелось добраться до неё и в своей жадности насладиться её страхом. Он жаждал сжать в своих руках её голову, лицо, с которого смотрели эти глаза, и сжимать всё сильнее и сильнее. Она зажгла в нём неутолимый огонь, сжигавший его, разъедавший его внутренности.

Но всё, что он мог, это смотреть на неё издалека, терпеливо, как паук, ожидать своего часа. Он верил, что когда-нибудь ему представится шанс, и они останутся с ней наедине.

У него хватит терпения дождаться этого часа.

***

«Бои Без Правил… Я всё равно туда попаду», - сморщила носик Баст, сидя перед зеркалом, подперев лицо обеими руками. Девушки-рабыни вынимали заколки из её волос и причёсывали.

Слухи, индейские барабаны, сарафанное радио... Предположения и сплетни множатся и разрастаются, как круги на воде.

В основном их разносят слуги. А в особенности, служанки. Маленькие, хитрые, двуличные засранки, вечно всё вынюхивающие, подсматривающие и подслушивающие.

Баст не раз их заставала за этим занятием. И была крайне возмущена подобным поведением.

Теперь по всей крепости разнёсся этот слух.

Как всегда, те, кто подслушивает, слышат лишь часть разговора и относят всё на себя. Конечно, они с Алиеном так орали, что даже те, кто был за пределами внутреннего круга, могли слышать их ссору.